Глаз Павлина - Шалыгин Вячеслав Владимирович - Страница 58

– Он и так не вывалится, – парень положил Глаз в сумку и попытался задвинуть ее под скамью.

– Делай что я сказал! – прикрикнул на него Красавчик, и спутник испуганно подчинился. Он тщательно застегнул «молнию» и, не выпрямляясь, взглянул на командира в ожидании дальнейших указаний. Красавчик бросил на него одобряющий взгляд и приказал:

– Когда подлетит наш вертолет, лезь в него вместе с сумкой и скажи пилоту, чтобы не ждал больше никого – сразу на аэродром. Беляев будет там. Понятно?

– Так точно, – ответил парень, просияв от приятной перспективы убраться с поля боя, да еще так легко и быстро.

Красавчик отвернулся и с тоской осмотрел горизонт. Эрик запаздывал, а оправившиеся после взбучки агенты из их бывшей конторы уже грузились в свой вертолет и буквально через пять минут должны были предпринять попытку атаковать яхту с воздуха. Катерам до расстояния прицельного огня оставалось тоже не более пяти минут хода. То, что в одном из них находились свои, сути дела не меняло. Две девицы и банковский клерк с зачаточными знаниями о войне были скорее обузой, чем подмогой в маленьком морском сражении, которое предстояло Красавчику и его трусоватому помощнику.

Сыщик пополнил магазин и, опустившись для устойчивости на колени, прицелился в одного из пассажиров головного катера. Уже после того, как хлопнул выстрел, до Красавчика вдруг дошло, почему лицо жертвы ему немного знакомо. Он с досадой плюнул на белоснежную палубу полубака и, надев на прицел колпачок, положил оружие на бедро. Сыщик только что вышел за рамки своих полномочий. Он случайно ухлопал одного из членов синдиката, известного среди своих под прозвищем Нервный…

Засвистевшие вокруг пули немного отрезвили его задремавшую бдительность, и Красавчик упал на палубу ничком. Бормоча ругательства, он подполз к бушприту и снова снял с прицела колпачок.

– А нечего было соваться куда не следует! – подбодрил он себя единственным пришедшим на ум оправданием и, быстро прицелясь, ранил рулевого на катере номер два.

Внезапно справа от него раздался звук рвущегося железа. Боковым зрением Красавчик рассмотрел в палубе ряд частых круглых дырочек. Он, не раздумывая, перевернулся на спину и влепил несколько пуль в брюхо проносящегося над ним вертолета. Машина ушла на круг, а сыщик снова лег на живот и, перезарядив винтовку, подстрелил кормчего на катере номер один. Катера ответили шквальным огнем, и Красавчик был вынужден отползти почти на ют, чтобы укрыться от пробивающих обшивку пуль.

Неожиданно на помощь воюющему на два фронта экипажу яхты пришел Брагин. Он послал три импульса подряд, один из которых пробил борт первого катера на уровне ватерлинии. Красавчик оценил поступок клерка, который принимал на себя часть удара, будучи слабо вооруженным и практически беспомощным перед опытными вражескими бойцами.

– Добивай их, не жди! – крикнул сыщик изо всех сил, не надеясь, что Брагин его услышит.

Костя то ли все же услышал, то ли догадался, о чем кричит Красавчик, и поднял винтовку прикладом вверх, встряхнув ее, словно сосуд, из которого уже не выливается ни капли. В оружии кончился заряд. Сыщик сокрушенно покачал головой. Подбитый Брагиным катер по-прежнему держался на плаву, хотя и потерял былую маневренность. Это означало, что, раскрыв себя, Костя добился совсем не того эффекта, на который рассчитывал. Красавчик лихорадочно прокачивал все возможные варианты выхода из ситуации, но без Эрика расклад выходил скверным, точнее – не выходил вовсе. Уйти от перегруженного катера или яхты на «Почтальоне» было бы проще простого, но вертолет сводил все усилия на нет. Красавчик со злостью посмотрел на возвращающийся к рубежу атаки геликоптер и, вскинув винтовку, несколько раз выстрелил по кабине. Вертолет немного «клюнул» круглым носом, но почти сразу его полет выровнялся, и машина зависла, разворачиваясь к яхте немного боком. Из открытой двери засверкали вспышки выстрелов, а вокруг Красавчика зазвучала уже знакомая музыка.

Сыщик шагнул за угол палубной надстройки и, не по ситуации спокойно улыбаясь, обратился к спрятавшемуся там спутнику:

– По-хорошему, надо бы рвать отсюда когти, но вот на чем?

– А может, отдать им эту штуковину? – неуверенно спросил парень, взвешивая в руке сумку.

– Лучше застрелись, – посоветовал Красавчик и презрительно сплюнул.

Из белоснежной красавицы океанская яхта уверенно превращалась в сито.

Красавчик подхватил лежащий без дела у ног спутника ручной пулемет и, дернув затвор, вернулся на полубак. Вертолет временно ослабил натиск, но с катеров огонь оставался по-прежнему интенсивным, хотя и не прицельным. Яхта уже миновала точку встречи с дрейфующими суденышками, и теперь арена боевых действий постепенно передвигалась за корму. «Почтальон» пытался поравняться с яхтой, однако с подбитого катера их обстреливали из автоматов, и команда Брагина не смела поднять над бортом головы. В таком положении управлять катером было непросто, а тем более – не имея никакого опыта – подойти к яхте. Брагин благоразумно набрал скорость и увел катер далеко вперед. Красавчик сразу же успокоился, поскольку теперь на нем лежала ответственность только за себя. Он установил пулемет на сошки и тщательно прицелился. Подбитый катер безнадежно отставал, представляя из себя с каждой минутой все меньшую проблему, зато второй почти нагнал яхту, маневрируя и подпрыгивая на кильватерной волне так, что прицелиться Красавчику было довольно сложно. Он дал несколько коротких очередей, и катер ушел в сторону. Спустя минуту он вернулся в прежнюю позицию, и с его носа стукнул один глухой выстрел. Красавчик инстинктивно оттолкнулся от палубы практически всем телом и вылетел через низкое ограждение за борт. Ровно через мгновение в корму яхты врезался ракетный снаряд типа «стингер», и палуба судна встала на дыбы. Упругая взрывная волна подхватила все еще сжимавшего ручку заветной сумки спутника и, протащив сквозь обломки мостика, выбросила исковерканное тело за левый борт.

Красавчик нырнул как можно глубже и, раскрыв глаза, взглянул наверх. Там сверкнули отблески взрыва, в ушах зазвенело от гулкого удара, и Красавчик немного «потерялся». Он сосредоточился на мелькающих перед глазами пятнах света и тени. Когда их вращение остановилось, сыщик замер, прислушиваясь к ощущениям. Внутри ушей нестерпимо щипало и звенело. Красавчик прикоснулся к ним пальцем и почувствовал, что температура воды в этом месте гораздо выше, чем везде. Это означало, что из ушей сыщика текла кровь. Подъемная сила тянула его вверх боком, и Красавчик перевернулся, чтобы всплывать более ровно. Главное, он остался жив, а поврежденные барабанные перепонки в расчет пока можно было и не брать. Сыщик присмотрелся к темнеющему невдалеке корпусу тонущей яхты и заметил, как под ее килем медленно погружается в зеленую пучину чье-то тело. Красавчик развернулся и энергично заработал руками и ногами. Легкие начало распирать от недостатка кислорода, но Красавчик точно знал, что до потери сознания у него есть еще не меньше трех минут. С учетом того, что форму он за прошедшее без тренировок время слегка подрастерял, – двух с половиной. Тело его недавнего спутника тонуло, увлекаемое зажатой в руке сумкой и, рассмотрев это, сыщик вложил в гребки рук и ног все оставшиеся силы. Спутник был уже на приличной глубине, когда, едва не останавливаясь от боли в ушах, его настиг Красавчик. Он резко вырвал из коченеющей руки сумку и принялся всплывать. Медленно, словно его не подстегивали боль и разрывающая угасающее сознание паника.