Война колдунов. Вторжение - Рудазов Александр - Страница 105

– Эй, хватит уже! – возопил Логмир. – Султан, ты чё, черешню съел?! Я столько глины не запомню!

– Ваше величество, правда, у него же голова, а не жесткий диск… – посочувствовала бедному закатонцу Ванесса. – Может, как-нибудь попроще?..

– Я не требую от него невозможного. Пусть запишет на бумаге.

Логмир обреченно взял у Вон тетрадку и принялся кое-как царапать под королевскую диктовку. Чрезмерная грамотность не входит в число достоинств истинного героя, поэтому процесс шел медленно, с кучей ошибок и помарок. К тому же писал он на родном локонском – вавилонская рыбка обучает только устной речи.

– А мы куда полетим? – спросила Ванесса. – К столице, с маршалом?.. Или сразу с войсками, к границе?..

– Ни туда и ни туда, – покачал головой Креол. – Мы полетим… вот сюда!

Он бухнул на стол пухлый том, топорщащийся во все стороны разноцветными закладками. «Тайны и загадки Империи Гор», том восемнадцатый.

Когда Креолу рассказали о том, что серые заслали колдуна-шпиона только ради того, чтобы украсть эту книгу, он сразу насторожился подобно охотничьему псу. А ознакомившись с расшифровкой, сделанной профессором Фтарейменом, разве что не начал пускать жадные слюни.

– А ты что, знаешь, что это за Стальные Солдаты? – с сомнением спросила Вон.

– Понятия не имею. Но если это нужно серым – это пригодится и мне!

– А где их искать, знаешь?

– Конечно! – начал перебирать пачку листков Креол. – Тот тип все расшифровал. Надо на закате встать в тени горы Орлиный Клюв. Оттуда будет видно изображение на скале напротив – фазан, держащий веточку бамбука. На кончике этой веточки в скале есть сквозная трещина. И солнечный луч, пройдя сквозь эту трещину, укажет секретную дверь!

– Орлиный Клюв, говорите? – заинтересовался Хобокен. – Вы что ж, к этой горе лететь собираетесь?

– А что, маршал, вы ее знаете? – удивилась Вон.

– Да как же не знать! Гора-то, можно сказать, уникальная! Прямо у ее подножия ведь давным-давно было такое… такое… ну, вот вроде как наш Инженерный Университет. Там в старину гориане мудрили над такими штукенциями… ну, будем думать, правильно ваш писака это дело расшифровал. Если где и быть всяким хитрым кладам, так только в районе Орлиного Клюва.

– Маршал, а вы, значит, и в древней истории подкованы?.. – еще больше удивилась Ванесса.

– Да где уж мне, зеньорита! В военной истории – это да, битву вам любую расскажу и нарисую. Хоть древнюю, хоть современную. Да и все ж тоже не настолько древнюю, конечно… Гориане-то, будем думать, вымерли уж две, а то даже три тыщи лет назад… не помню точно, прости Единый.

– А откуда же вы тогда это знаете?

– Да как же не знать, когда я сам в тех местах бывал и гору ту видел, как вас сейчас! Кампания 7072, всего-то четвертое сражение, в котором мне довелось командовать.

– А расскажите! – заинтересовалась Ванесса.

– Рассказать?.. Изволь, расскажу. Было мне, почитай, всего-то тридцать годов, и был я всего только полковником. Правду говоря, это и вовсе не кампания была, а тактические учения – обучались сражаться в горной местности, специальный корпус готовили, горный. Всего-то пять тысяч и было у меня под началом. Сплошь пехота да десяток пушчонок – так, ерунда, бахалки учебные. Ну, кавалерия-то в горах и вовсе бесполезна. А только вышло все так, что довелось нам выдержать такую баталию, что не приведи Единый повторить! Жил там один тихий народец – кииги. Мы их Рисовальщиками прозвали – все они чего-то на скалах да на земле калякали… Они нас не трогали, и мы их не трогали. Пара их у нас проводниками служила, показывали где чего. Пару месяцев мы так на учениях провели. А потом заявились откуда ни возьмись какие-то тощие человечишки с кошачьими мордахами. Мы, говорят, стекр-аамы, земля эта вся как есть наша, а эти кииги наши данники. Вы, люди, уходите, с вами мы, мол, не ссорились. Я, конечно, решил разобраться во всем ладком. Что, мол, за данники такие, почему я о том не знаю? Тут, между прочим, земля почти что рокушская – граница чисто условная, пальцем в воздухе прочерченная. А о вас я ничего знать не знаю. Доказательства у вас есть?.. Стекр-аамы шипом зашипели, но рокушскому оружию возражать не посмели – ушли. Смотрим, кииги грустят. Зря, говорят, вы это сделали. Так бы они взяли свою дань и ушли. А так скоро вернутся с большой силой и всех вас перебьют. А из наших каждого десятого для острастки в землю положат – чтоб больше с данью не артачились. Да, думаю, нехорошо это я на чужой праздник со своей пляской вылез… Кииги-то эти – ну совсем не вояки, будем думать. Росточком и до колена мне не достанут, оружья отродясь не держивали… Растят в пещерах какие-то грибы, рыбку в речках ловят, тем и сыты. Решил я, прости Единый, немного задержаться с учениями, посмотреть, как дело обернется. И точно – трех восьмиц не прошло, как нагрянула стекр-аамов несметная сила! Тысяч за тридцать, вот не совру! Они, конечно, человека помельче, пощуплее, да и оружие дрянь – палки бронзовые и рогатки с камнями. Но числом нас превосходят вшестеро, да и горы им – что мать родная. А нам – злая мачеха…

– Но вы ведь победили? – спросила Ванесса.

– А когда это Бокаверде Хобокен хоть одну баталию проигрывал?! – подбоченился Железный Маршал. – Конечно, победил! Разгромил тех кошкомордов в пух и прах! Пинков им надавал, да заказал впредь за данью являться! Ну, кииги нас поблагодарили за помощь, а вождь их, белый кииг, нам так говорит – однажды, мол, мы вам этот должок сполна вернем. Сегодня вы нас спасли, а придет время – мы весь ваш Рокуш спасем. Ну, я тоже поклонился им за такую щедрость, а сам улыбаюсь втихомолку. Про себя думаю – ладно уж зря хвалиться, мелкота, что вы можете-то…

Хобокен вздохнул и задумчиво сказал:

– А только вышло так, что не хвалились они. Ровно через пятьдесят лет доложила мне разведка, что подходит к границе тьма серых во главе с самыми сильномогучими колдунами… А в Рокуше оборонной силы тогда почитай что и вовсе не было – очень уж королек блаженненький на троне сидел… Ладно, думаю, Бокаверде, и так ты на свете зажился супротив всякой меры, пора уж и честь знать. Все лучше, чем в постели дух испустить, под себя испражняясь. Собрал дивизию, грянул марш, пошел серых встречей встречать. Заманил их не куда-нибудь, а аккурат в Дориллово ущелье – великолепная там позиция, прости Единый. Я там и артиллерию обустроил, и мины расставил, и тактику продумал до последней точки. Всегда уверен был, что нагрянут однажды, раз уж наши войска, прости Единый, в сортир спущены. Только такого превосходства в численности все же не ждал. Восьмикратно превосходящие силы однажды разгромил, чем горжусь, а вот двадцатикратных не приходилось… Но отступать не приучен. И вот тут-то ко мне эти коротышки и заявились нежданно-негаданно… Ровно столько их пришло, сколько солдат у меня было – как заранее знали. Пришли, говорят, вернуть должок, как было обещано…