Иверь - Еловенко Вадим Сергеевич - Страница 52

Первые образцы я получил только спустя три месяца. Ружья я пустил в производство, несмотря на их тяжесть и неудобность, а вот пистолеты никуда не годились. Дальность прицельной стрельбы не достигала и пятидесяти метров. И это учитывая длину ствола в полметра. Уж не стал вдаваться в подробности, что они изменили в конструкции, но через месяц я получил новые пистолеты. Сносные игрушки получились. Кремневые запалы были еще убоги, но их терпеливо доводили до ума в закрытом городе Роле.

Пять лет нам потребовалось, чтобы технически прыгнуть из каменного века в век пороха. Технически. Но не морально или тем более интеллектуально. Варварство было всюду. Только страшнейшими наказаниями мы покончили с практикой насилия и убийства пленных или освобожденных рабов. Мы ввели одежду, но люди еще с неохотой занимались ее стиркой и чисткой. Вполне нормальным для нас был вид зачуханных грязных людей в обносках. Не потому, что они были бедны, а просто не было культуры опрятности. Прикрыто тело, ну и хорошо. Чтобы хоть как-то изменить такое положение, я усилил контроль за формой в армии. Именно от нее в массы все-таки распространялись многие новшества.

Мне нужны были школы. И не такие, как на Земле, где обучали только наукам, а многоцелевые, где бы подготовленные учителя прививали ученикам совершенно другой образ жизни. Где, к примеру, можно было бы дополнительно научиться стрелять или ездить на кере. Мне понадобились средние военные школы. Я высказал эту идею, когда в очередной раз прилетел в Апрат, и Игорь с ней полностью согласился. Только вот проблема… Где учителей взять? Самим готовить их было абсолютно нереально. Мы могли научить технологии. Мы могли выдрессировать любого охотника работать со ступкой в лаборатории. Но подготовить УЧИТЕЛЯ нам казалось выше наших возможностей. И мы вспомнили о тех троих наших товарищах, что совершили невероятную посадку на генераторе от спутника в районе южных островов.

Оставив свою жену в осажденном, но вполне безопасном Апрате, Игорь отправился со мной на их поиск.

Неделю мы мотались над океаном и островами, изредка возвращаясь в осажденный город. После долгих поисков мы смогли обнаружить только одного из тех, кого надеялись найти. Это был молодой еще ксенолог, ставший здесь кем-то вроде вождя и шамана в одном лице. После напряженных приветствий и знакомства, мы рассказали, кто мы и чем занимаемся на Ивери. Попросили помощи. И хотя он, конечно, был рад встретиться, на нашу идею он откликнулся с огромной неохотой. Пришлось уговаривать. Наконец он сказал, что займется обучением персонала школ, в случае если этот персонал доставят непосредственно к нему. Мы согласились, так как и не думали переселять ксенолога к нам в Тис. Даже двоих землян на одну империю было много. После улаженного вопроса об обучении еще долго расспрашивали его о жизни на островах. Он охотно рассказывал о своей проделанной работе. Нам же оставалось только завидовать его легкости общения с аборигенами. Если мы были самозванцами-богами, то он стал для своего народа настоящим учителем. Только на один вопрос он ответил коротко и не захотел вдаваться в подробности. Когда мы его спросили, где остальные двое его товарищей, он пожал плечами и ответил просто: «Погибли».

На обратном пути мы с Игорем обсасывали это его «погибли» и недоумевали, как мог погибнуть десантник. Пусть даже технарь десанта, но десантник! Среди дикарей! Игорь вспомнил ловкость того бойца и только диву давался. Он не поверил ксенологу, что такого можно просто так убить. Решили со временем поподробнее разузнать об этой истории.

По дороге в Тис заскочили к Драконьему хребту, где до всех наших приключений у десантуры был планетарный «схрон» оружия и припасов. Спустя такое долгое время я забрал переданные Кротовым мои личные вещи.

Прямо там, у входа в пещеру, я, разобравши пластиковый герметичный мешок, ностальгировал, пока Игорь просто гулял, раздевшись по пояс и загорая в лучах солнца. С тоской и нежностью я вспоминал сестру, отца и мать. С гордостью смотрел на голографию деда. Порадовался моей музыкальной коллекции и фильмотеке. Игорь в «схроне» ничего для себя не нашел. Еще бы, ведь его выскребли задолго до моей высадки, не говоря уже об Игоре. Там была посылка только для меня. Отправленная пять лет назад, теперь она дошла до адресата.

Забрав все, что нашли, погрузились в капсулу и взяли курс на Тис.

В столице немедленно собрали совет с участием королевы-матери и Атаири. Я вынес вопрос о целесообразности удержания Апрата. Был большой спор. Я убеждал, что нам нечего делать в краю, который мы не то что не контролируем, но и носа за стены показать не можем. Что перевозка припасов – это не выход для осажденного Апрата. Что нет ничего стратегически ценного в этом городе, пока мы не можем организовать наступление. А наступление мы не организуем, пока не разберемся с пассами.

Никто не сомневался, что после оккупации нами Атиса от них стоит ждать любой гадости. И, как только они получат сведения о том, что мы сняли части и направили их на войну с дикарями, нам крышка. Лавина пассов пройдет по нашим владениям, обращая всех и вся в рабство. Максимум, что нам останется, – это Торк, дойдя до которого, армия пассов выдохнется.

Меня слушали и все равно мотали головами, говоря, что по политическим соображениям столицу королевства, присоединенного к нам, сдавать нельзя. Речной народ, да и все остальные могут подумать, что мы ослабли и не в состоянии удержать того, что имеем. Может восстать далекий Торк и раскаленная беженцами Риста. Могут осложниться отношения с Наемом. И в этом случае, несомненно, стоит ждать нападения морского народа.

Это я понимал, но все же настаивал снять двадцатитысячную обороняющуюся армию с Апрата и Ворот Иса и бросить ее на укрепление границы с пассами. Пришло время серьезно готовиться к войне с морским народом, раз мы так боимся их удара в тыл. Армия пассов просто одним своим существованием сковывала наши движения. Нельзя начинать ни одного предприятия, когда у тебя под боком абсолютно непонятный сосед, у которого к тому же здоровенный такой дробовик.

После долгих споров мне удалось добиться только одного. Я заставил их подумать над бесперспективностью удерживания Апрата. И перечислил объемы затрат на поддержание этого города. Решили собраться снова через месяц по этому поводу и пригласить правительницу Апрата.

Я отвез Игоря к его молодой, собирающейся родить, жене, с тоской глядя в оптику на их встречу, и вернулся в Тис. Надо было набрать будущих учителей для средней военной школы. Зашел в Академию, где теперь вместо Игоря преподавали несколько особо одаренных гвардейцев. Посовещался с ними, и они мне предложили десять своих товарищей из предыдущего выпуска. Я посыльными вызвал их немедленно к себе.

Сбора ждал неделю. Последний должен был прибыть из Ристы, где он служил первым помощником командира гарнизона. Когда же наконец все собрались в нашем замке, благоговея передо мной, я объявил им свою волю:

– Сегодня я на летающем корабле отвезу вас на дальние острова, где мой друг, вождь одного из племен, обучит вас считать, писать и рисовать. Не спорить. Вы научитесь всему этому, а потом будете обучать молодых охотников и детей.

Я отвез их, отчаянно трусивших и бледнеющих, к ксенологу и рассказал ему принцип нужного мне обучения. Чему стоит учить, а чему, наверное, нет. Он кивнул и сказал, что моя божественность затронута не будет. Я поблагодарил и обещал через год вернуться и уплатить за обучение. Как первичный взнос я привез ему орудия труда и оружие. Он был счастлив. На островах совершенно отсутствовал даже намек на металл.

Вечером, глядя, как обустраиваются мои гвардейцы – будущие преподаватели, – я спросил, возможна ли между островами и материком торговля. Он с сомнением покачал головой.

– Нам нечего предложить. Я даже не знаю, как дальше развивать своих. Это тупик. Здесь избыток еды, и это сдерживает развитие. Беззаботная жизнь не особо располагает к прогрессу.