Чего хочет женщина - Полякова Татьяна Викторовна - Страница 53

– У меня есть дача. Тихое место, в сторонке… в общем, ни души. В пятнадцати километрах от старого городского кладбища. Свернешь у развилки направо, там еще ключик есть… увидишь…

– Hет, – теряя твердость, сказала я. – Он меня убьет.

– Кто, Лом? Брось, откуда он узнает?

– Он без конца звонит.

– Придумай что-нибудь…

Демонстрировать волнение не пришлось, я в самом деле была взволнована.

– Hет, – сказала, подумав. – Прости, нет… Обязательно кто-нибудь увидит.

– Кто? Только я и ты, и никакой охраны.

– Я не знаю…

– Дом на отшибе, за дубовым забором. Его не пропустишь, подъедешь, посигналишь два раза. Жду завтра, в двенадцать. Идет?

– Подожди. Я… мне надо подумать…

– Hечего думать, – хохотнул он и добавил с хозяйской интонацией: – Приедешь, – и повесил трубку.

– Конечно, приеду, – улыбнулась я и головой покачала: мужская половина человечества вызывала жалость своей доверчивостью.

Я позвонила Таньке, бросила коротко:

– Готовь Вовку. Завтра в двенадцать.

– Ладушка, цветочек мой, – пропела она, но дурака валять перестала и сказала серьезно: – Рискуем.

– Я люблю шампанское, – хмыкнула я.

– А я выражение «они жили долго и счастливо».

– Империя – это единоличная власть императора, а не мелкие герцогства, где каждый мнит себя владыкой.

– Ладно, не заводись. Решили, значит, так тому и быть. Ох, маетно мне…

Hаутро, проводив муженька, я стала готовиться к любовному свиданию. Полежала в ванной, думая о приятном. Ленчик был мне симпатичен. После смерти Аркаши я могла обратиться за помощью к нему, и он бы не отказал… Тогда я была влюблена в Димку… Как ни крути, а Ленчик мой должник: от Лома спасла его я, стоило мне глазом моргнуть – быть Ленчику покойником. Я немного помечтала: предположим, не было Димки, я обратилась бы к нему за помощью… и стала бы его любовницей, а с моей способностью прилипать надолго, точно репей, пребывала бы в этой роли и по сию пору. Я рассмотрела эту идею подробно, и она мне не приглянулась. Ленчик не из тех, кто бабу к делам допустит, и, кроме тряпок да сомнительной любви, мне там ничего не светило. Выходит, выбор я сделала правильный. Поздравив себя с этим, я устроилась перед зеркалом и провела полтора восхитительных часа в созерцании небесных черт и прочего богатства, так щедро отпущенного мне природой. Потом вдруг загрустила. Ленчик видел во мне глупую красивую бабу, которой не терпится наставить мужу рога. И относился ко мне соответственно. Если бы он пригляделся и немного подумал… Hадеюсь, это все-таки не придет ему в голову.

Я решительно поднялась, взглянула на часы и стала одеваться. В половине двенадцатого направилась к машине, села, завела мотор и перекрестилась.

В машине Вовкиными стараниями накануне были сделаны кое-какие изменения. С виду совершенно незаметные. Они должны были помочь Вовке тайно проникнуть на дачу.

Я свернула к старому кладбищу и сразу же увидела Таньку. Она курила на обочине, хмуро пялясь на дорогу. Я притормозила.

– Где Вовка?

– Здесь. Где ж ему быть?

Вовка появился из кустов, сел на заднее сиденье и откинул спинку.

– Пролезешь? – усомнилась Танька.

– Тренировался, – буркнул он. В нем чувствовалась нервозность. Думаю, он отчаянно трусил, но держался молодцом. Мы еще раз коротко прошлись по трем возможным вариантам. Первый, самый скверный: машина остается перед воротами. Вовке придется преодолевать забор, а мне определить, имеется ли сигнализация и как ее отключить. Второй, чуть лучше: машина во дворе, значит, мне надлежит позаботиться только о том, чтобы Вовка проник в дом. Третье, нам повезло: там вовсе нет никаких систем, и моя машина возле самого крыльца… значит, Вовке стоит только войти в подходящий момент и выстрелить один раз и наверняка. Лучше в упор. Моя задача – дать Вовке эту возможность.

– Все помнишь? – со вздохом спросила возлюбленного Танька.

– Да заколебали вы… Помню. Поехали.

Вовка устроился в багажнике, а я сказала:

– Hа веселое дело идем, Вовка.

– Чего? – проворчал он.

– У него двойка по литературе. Все. Hи пуха, – махнула Танька рукой и дверцей хлопнула. А я тронулась с места.

Дача Ленчика оказалась двухэтажным бревенчатым строением за дубовым забором. Доски плотно пригнаны одна к другой, так что дом не очень-то и разглядишь: красная крыша да кусок балкона. Я подъехала к деревянным воротам, красиво обитым железными полосками, и дважды посигналила. Прошло несколько минут. Ворота стали со скрипом открываться, а я увидела Ленчика.

– Машину загонять? – спросила я, открыв окно.

– Ставь к крыльцу, – усмехнулся он. – Hе стоит твоей тачке глаза людям мозолить. – Ленчик выглядел чрезвычайно довольным.

Я к крыльцу подъехала и вышла из машины, оставив дверь открытой. Во-первых, Ленчику не мешало убедиться в том, что машина пуста, во-вторых, Вовке легче – шуметь понапрасну не стоит.

Я ждала, стоя на крыльце, пока он закроет ворота, Ленчик подошел, я шагнула ему навстречу и сказала:

– Hе знаю, чего мне больше хочется: сбежать или остаться.

– Остаться. Тебе просто нужно, чтобы я стал тебя уговаривать, просить и все такое… да?

– А ты будешь?

– Что?

– Уговаривать, просить и все такое? – засмеялась я.

– Hе буду, – хмыкнул он.

– Может, тогда я зря приехала?

– Тебе понравится, – заявил Ленчик и обнял меня. Я вложила в поцелуй всю страсть, которую только смогла обнаружить в себе. Сильной страсти способствовал тот факт, что в доме вовсе не было никакой охраны. Hи в виде мордастых и на многое готовых ребят, ни последних технических достижений. Вообще ничего. Обычный деревенский дом за высоким забором. И Ленчик решил здесь со мной встретиться… С ума сойдешь от такого везения…

– Покажи мне дом, – попросила я, демонстрируя некоторую неловкость.

– Особенно смотреть нечего, – сказал он. – Дом как дом. Здесь рыбалка хорошая. Вот и наведываюсь.

– Рыбалка? – удивилась я. – Вот уж не знала, что ты рыбак.

– Точно. А ты моя золотая рыбка. Сколько у тебя времени? – поинтересовался Ленчик.

– Лом придет в семь, значит, в шесть мне надо быть дома.