Великий маг - Никитин Юрий Александрович - Страница 62

Она вернулась в ванную, я склонился над клавой своего компа, теперь ей бы не увидеть моих стыдливо пылающих ушей. За спиной послышались шаги. Кристина подошла босая, но теперь в маечке и шортах. Конечно, вымя отчетливо проступает через тонкую ткань, а бюстгальтеры Кристина не носит принципиально, но это все-таки совсем не прежний сшибающий с ног вызов.

Принтер бесшумно выплюнул длинную распечатку. Я взял лист и принялся рассматривать ветвистое дерево моих героев.

Практически все авторы ваяют видеороманы, как до того писали текстовые – ориентируясь на одну группу населения, возрастную или айкьюшную. У меня таких одномерных штук всего две, потом стал делать два варианта сложности, а с недавних пор – по три.

Раньше меня доставали письмами, мол, в таком-то вашем романе у вас такие чистые и трепетные отношения, так почему же в этом все так грубо, низменно, зачем так много крови, насилия? Теперь в опциях юзер ставит галочку на «жестокость», и все будет чисто и трепетно. Или выбрать уровень сложности «детский».

Конечно, возрастной уровень весьма условен. Большинство взрослых дядей предпочитают даже игры проходить на детском уровне сложности, дабы не напрягаться, а сами дети всегда находят способ отключить защиту и проходить все сцены насилия, убийств, откровенного изнасилования и кошмаров.

Кристина просматривала тексты договоров, в которые я внес пометки. И хотя теперь уже не поверю, что она всего лишь литагент, для нее самой эта приставка «лит» звучит, наверное, дико, но с ролью освоилась прекрасно. Для агентов, как я слышал, диплом юриста обязателен, ее замечания дельные, а работоспособность просто невероятная. Если, конечно, предположить, что все делает сама, а не штат сотрудников, которым относит эти бумаги и швыряет на столы.

Я устроился за ноутбуком, глаза бессмысленно скользят по буквам. Подлый лгун. Да не по отношению к Кристине, это всего лишь живая плоть, я именно так думаю о себе всякий раз, когда сдаю рукопись. Ведь сдаю незавершенную… да не просто незавершенную, а откровенно сырую! От первой и до последней страницы надо править, выбрасывать целые куски, абзацы, переставлять местами. Кроить, убирать проходные персонажи, сделать более выпуклыми главные… Убрать расхожие сентенции, нравоучения, снять таблички «Дерево» с деревьев, как сам же рекомендуешь молодым да начинающим!

Но… когда жмут сроки, навязанные издательством, когда – собственные, а когда и потому сдаешь сырое, что подпирает новая ярчайшая идея, супертема, необычные герои – это будет книга! А эту, ладно, сдам, как есть, зато покажу себя во всем блеске в следующей. Покажу, все попадаете.

Правда, с той книгой, что как сверхновая звезда сияет даже в солнечный день, история, скорее всего, повторится. Ну так уж устроено восприятие писателя, как и любого художника, что мысленно видим целый мир, но при попытке перенести его на бумагу, холст, кинопленку, хард пропадает девяносто девять процентов всего-всего. Кому удается перенести хотя бы пять, объявляем талантищами, кто перенес десять – гениями.

– А вот хрен в задницу, – сказал я себе люто. – С этой книгой такое не пройдет! Пока не вылижешь весь текст, скотина, пока не выловишь все баги… даже микроскопические!.. и не думай, и не мечтай… понял?

– Понял, – ответил я себе покорно. – Ты прав, гад, эту книгу надо вычистить до блеска.

Но глазные яблоки то и дело поворачивало в сторону Кристины. А сэмплы остаются плоскими, взгляду ну никак не зацепиться. Там всего лишь картинки, а я ведь ставил их так, чтобы изменить мир!.. Ну что я за скот, а?

От жвачника звук пошел громче. В Думе бурно обсуждают проект нового закона. Мне стало не по себе: под контроль государства стараются поставить человечка уже прямо и не знаю как. Компы уже без сидюков, а это явно не по воле фирм-изготовителей, чувствуется мощь государства. Даже мощь сговорившихся государств.

Сейчас с трибуны один из депутатов докладывает о проекте насчет полного запрещения лазерных дисков. Мол, Интернет третьего поколения позволяет мгновенно получать любую информацию любого объема. Лазерные диски совершенно не нужны, а если кто-то их держит, то законный вопрос: зачем?

– Закручивают гайки, – пробормотал я. – Ладно, пусть… Уже не успеют.

Каждый знает, что специальные поисковые программы периодически проверяют по всему земному шару компы по случайно выбранным фразам, так что пиратская копия книги находится быстро. А это – немалый штраф. За «copy» литпроизведения на свой комп взимается небольшая плата, после чего спецпрога исключает из числа исследуемых. Или же наоборот, заносит в «куплено», деталями не интересовался. Я знаю, что правило работает беспощадно, а так как покупка электронной книги обходится в сто раз дешевле, чем бумажной, то я никогда не пирачу. Тем более что мне не так уж и много книг надо. Сильных авторов уже знаю, к книжной полке с новинками подхожу, как к минному полю, аннотациям и рекламам не верю.

В окошечке Аутлука быстро сменялись цифры. Кристина помалкивала, и тогда я сам, движимый непонятно чем, чуть ли не чувством вины, мол, разоблачил и разрушил такую прекрасную игру, сказал:

– Кристина, просмотри почту.

– Ой, – сказала она испуганно, – это же такое личное!.. Можно ли мне?

– Можно, – ответил я великодушно, а сам запоздало подумал, стоит ли в самом деле, – там одни рекламки, а остальные письма – деловые. Или от читателей.

– Хорошо, – ответила она послушно, – спасибо за доверие… А ссылки на новые порносайты заносить в папку «Избранное» или же в отдельный файл?

– Уши оборву, – пообещал я. – Удаляй все.

– Ой, – прощебетала она, – как же вы тогда… Впрочем, как скажете, Владимир Юрьевич. Но, может, самые интересные оставить? С извращениями?

– Прибью, – пообещал я.

Она послушно щелкнула левой кнопкой. Конечно, девять из десяти писем – реклама товаров, услуг, десятое – от читателя, который хочет, чтобы я прочел его роман и помог пристроить. И так почти в каждом десятке, наконец Кристина наловчилась отправлять в корзину большую часть почты, даже не вскрывая конверты.

Ее это заняло на четверть часа, за это время пришло еще восемь писем. Я видел, как она щелкнула по пиктограмме конвертика, тот развернулся, на миг мелькнул английский шрифт, тут же прога перевела все на русский, сохранив все графические навороты буквиц и собственных разработок.

– Ого, – сказала она с уважением. – Из Международного комитета при ЮНЕСКО… Дорогой мистер и все такое… Любезности и патока на абзац, а дальше… ага, приглашение на конференцию!.. Не в Мухосранск, а на какой-то остров в Средиземном море… королевские особы… виднейшие светила… благословение папы римского… Свободный обмен мнениями…

– В корзину, – велел я.

– Жестокий вы, Владимир Юрьевич, – сказала она. – У вас было тяжелое детство?

– Очень, – согласился я. – Так что, Кристина, лучше не перечь.

– Все сделаю, – заверила она елейным голосом, – что скажете. И как хотите. Хоть на рояле. Или на столе, за неимением рояля. Вы и на такие конфы не ездиете?

– Я что, похож на дикаря?

Она осмотрела мня с головы до ног, сказала нерешительно:

– Если честно, то да. А почему не ездиете, спросить можно?

Я поморщился.

– Спросить можно все. А вот отвечать… Ладно, я сегодня чегой-то совсем добрый. Наверное, съел что-нибудь. Лапушка, немногие в состоянии идти в ногу со временем. Я могу. Остальные все еще тащатся в прошлом веке карет и хомутов. Когда не было Инета, телевидения, даже фотоаппаратов, то нужно было таскать свои задницы, чтобы узреть, к примеру, египетские пирамиды! Другого пути просто не было. Но сейчас я одним щелчком грызуна вызову на экране Египет, другим – пирамиды, третьим – выберу, что с ними делать, то есть бродить ли виртуально по всем грязным подземельям, или же взобраться на самую вершину, а оттуда взирать на весь Египет?.. Я получу информации… да и удовольствия больше от виртуального путешествия, чем от лазания, аки тупой обезьян или человек девятнадцатого века, по всяким каирам.