Творцы миров - Никитин Юрий Александрович - Страница 77

– Орки! – вскрикнула Азалинда. – Бежим!

– Не сейчас, – возразил я.

Лук уже в моих руках, я быстро натянул тетиву. Стрела сорвалась с протяжным свистом, орк подпрыгнул и упал навзничь, раскинув руки и не выпуская дубину. Двое выскочили с диким ревом, держа дубины над головой. Земля задрожала от их топота. Я выстрелил дважды, оба упали, уткнувшись мордами, лапы все так же раскинуты, дубины не выпускают из зеленых пальцев.

Азалинда воскликнула с восторгом:

– Всех убиваешь с одного выстрела! И так быстро? Кто ты, герой?

Я скромно улыбнулся:

– Просто хай. Хайлэвел.

– Ты великий воин!.. Ты сможешь выполнить квест Арджнуны!

– Это старый эльф с седыми волосами и шрамами? – спросил я. – Да, я уже взял у него квест на этих орков.

На груди одного орка поблескивало, я нажал на «Взять», это оказался значок орка, на всякий случай кликнул на «Поднять все», но значок оказался один. Все верно, мы программировали, чтобы выпадал с каждого четвертого, но в случайном порядке. То есть может выпасть и сразу с двух подряд, а может попасться десяток орков без значков.

– Один есть, – сказал я с удовлетворением, сам посмеялся над собой, обычно писатели не читают книг, а создатели игр не играют, а во мне разгорается азарт нуба. – Давай посмотрим, что там еще…

Она пошла за мной покорно и заученно, замирала на месте, когда я останавливался. Окаменевшая деревянная стена давно кончилась, я пошел вдоль опушки, поглядывал в лес, чтобы за деревьями не подобрались неожиданно орки или огры. Понятно, что побью, я сделал себе ХП стократное, но не хочу, чтобы моя неуязвимость стала заметна.

Орки выметнулись довольно неожиданно, словно научились прятаться за толстыми деревьями. Я начал быстро стрелять из лука, скорость я поставил себе пятикратную, руки только мелькают, орки валятся, как спелые груши, но из леса с ревом выскакивали еще и еще, уже целые группы.

Я продолжил бить из лука, даже когда меня окружили кольцом и начали молотить дубинами. Но стрелять стало труднее, в такой толчее не вижу крестик прицела, я слышал отчаянный крик Азалинды, я крикнул:

– Близко не подходи!.. Бафить не смей!

– Почему?

– Я пробафленый, – солгал я.

Если она начнет бафить, то большой выброс энергии привлечет мобов, у них зрение и восприятие устроено по-другому, они ринутся на Азалинду и тут же убьют: у лекарей, даже у высоколэвельных, запас ХП очень низок.

– Меч! – донесся ее крик. – У тебя меч… есть?

Убрав лук, я выхватил меч и начал крушить их в капусту. С мечом прицеливаться не надо, зеленые тела валятся как груши, Азалинда прокричала:

– Отступай! Их слишком много!

– Не для меня, – ответил я хвастливо.

Я перебил их с полсотни, когда мощный выброс энергии ресторил мне ХП. Я с удивлением увидел, что орки сбили с меня почти пятую часть жизни, что вообще-то круто, я же делал себя практически бессмертным. Азалинда восстановила на пару черточек, бедолага не знает, что для моего лечения и лекарь должен быть предельного лэвела.

Работая мечом, я увидел, что на нее бросилось с десяток орков. Я стиснул челюсти, бедняжка лечила меня, хотя мне лечение не нужно, а сама сейчас погибнет… Она бросилась бежать, но не в город, а понеслась по широкой дуге мимо нашей толпы. Я все еще надеялся, что свернет к эльфийской деревне, но Азалинда упорно нарезала круг, пошла на второй. То один орк, то другой успевал нагнать и ударить дубиной, жизни оставалось на донышке, но Азалинда торопливо восполняла ее за счет маны, но, понятно, такое долго не продлится.

Я сгоряча схватил лук, намереваясь перестрелять сперва тех, кто гонится за нею, но вовремя вспомнил про скилл хэйт, быстро задействовал, и монстры, забыв про Азалинду, с яростью набросились на меня все.

Я поменял лук на меч, рубил и рубил, начал злиться, ибо из леса выскакивают целые толпы. Меня окружили так, что уже не могу никуда сдвинуться, остается только рубиться.

И тут я не поверил глазам: жизни у меня осталось чуть меньше половины. И удрать не могу, меня зажали, как в тисках. Можно скрулом вернуться в деревню, однако Азалинде придет конец, И я рубил и рубил, все еще надеясь, что успею перебить всех, пока меня забьют самого, или же прорублю просеку в живой стене и смогу удрать.

– Уходи! – крикнул я. – Их слишком много! Нам не справиться!

Она прокричала в ответ:

– Нет, я буду тебя лечить!

– Не смей…

Но могучий выброс энергии восстановил у меня два деления, которые орки тут же опустили за одну минуту, зато за Азалиндой бросилась целая толпа. Я ударил по ним скиллом Агрессион, все повернулись и бросились на меня, я рубился, рубился, крикнул снова:

– Уходи!

– Нет…

– Уходи и жди меня в деревне!

– Нет, я тебя не оставлю…

Она продолжала выбрасывать в мою сторону сноп исцеляющего огня, я в свою очередь агрил монстров на себя, полоска жизни подошла к краю, огров самом деле остается уже мало, я сделал попытку вырваться из кольца, ура, получилось… и тут два последних удара, полученные в спину и в затылок, бросили меня а землю.

Я слышал жалобный вскрик Азалинды, она подбежала ко мне и пыталась воскресить, но монстры успели убить ее в самом начале заклинания. Мы лежали рядом, я смотрел ошарашенно по сторонам, уж никак не ожидал, что забьют вот так, хотя, конечно, я мог бы воспользоваться скрулом и улететь в деревню, но тогда убили бы эту нежную эльфийку с кротким взглядом. Правда, ее все равно убили, как-то все глупо и нелепо…

Орки, потоптавшись по нашим трупам, победно вздымали дубины, ревели, один изобразил нечто вроде неуклюжего танца, потом дружно потопали в лес. Азалинда сказала печально:

– Прости, это я виновата… Ладно, я вернусь в деревню. А ты в свой человейник?

– Погоди, – сказал я. – Погоди…

Она помолчала, потом спросила тихо:

– А что будет? Ты же не сможешь нас реснуть? Ты не хилер. Даже я не могу вот так…

– Я связался с одним другом. Он уже бежит сюда.

Минут через пять томительного ожидания, за которые мимо нас прошли и бродячие гоблины, и шайка оборванных мародеров, на горизонте показалась сверкающая точка. Николай примчался на ездовом драконе, огромный в своих доспехах высшей защиты, сверкающий, грозный, как бог войны. Голова вся укрыта полным шлемом, только синие глаза грозно блеснули в прорези забрала.

Не слезая с дракона, он коротко взмахнул дланью в блистающем железе. Нет, в блистающем мифриле. Холодное пламя взметнулось вокруг нас из-под земли, ударило столбом в небо. Я увидел, что сила помощнее меня поднимает мое тело, а способность двигаться ощутил, когда пламя опало.

Всадник спросил гулким голосом:

– Чего-нить ишшо, босс?

– Спасибо, – поблагодарил я. – Дальше сами…

Он захохотал, дракон развернулся и, гулко топая динозаврьими лапами, понесся в обратную сторону. Азалинда смотрела на меня огромными глазами, в них испуг и восторг.

– Какие могучие у тебя друзья…. – прошептала она с благоговением. – Или это был бог?

– Почему бог?

– Ты, ты воззвал к нему, он явил милость…

– А-а-а…

– Я угадала?

Я сказал шутливо:

– Ну да. Потому что я ему постоянно приношу на жертвенник девственниц. Ты девственница?

Она испуганно кивнула:

– Да… Ты много убил девственниц?

Мне стало неловко, я пробормотал:

– Прости, я глупо пошутил. Конечно же, я не убиваю девственниц. А это не бог, а мой приятель. Просто он… в отличие от меня очень много времени проводит в байме… в смысле, в боях и сражениях, вот и накачал себе высокий лэвел, добыл доспехи, меч.

Она подумала, кивнула с важностью:

– Ну да, ты же маг. Тебе не нужно быть в битвах. Для тебя важны квесты, поиски нужных заклятий и редких ингредиентов.

– Спасибо, – сказал я. – Хорошая ты.

Она подняла голову, всматриваясь в мое лицо дивными эльфийскими глазищами.

– Правда?

– Правда, – ответил я.

Здоровье мое восстановилось полностью, как и мана, Эльфийка смотрит виновато, не смогла спасти меня, вылечить, а то, что я дурак и сам полез в гущу монстров, роли не играет, лекари дураков тоже должны спасать, клятва Гименея или Геродота, не помню, обязывает. Даже гомосексуалистов и кошатников надо спасать, ничего не поделаешь, издержки профессии.