Князь Владимир - Никитин Юрий Александрович - Страница 156

– Захват? – вскрикнул Рольд пораженно.

Ингельд торопливо зажал рот могучему викингу, зашипел, как разъяренная змея. Рольд виновато замолчал.

– И еще, – велел Ингельд жестко. – Никому ни слова. Пока не соберешь всех в большой гриднице, которую так опрометчиво дал мне в жилье конунг Вольдемар. Оттуда рукой подать до его терема!

Рольд смотрел горящими глазами. Лицо его пылало, рука дергалась, пальцы хватались за рукоять меча.

– Сделаю, ярл! Если удастся, то это я буду твоим ярлом, а ты станешь великим конунгом всех этих земель! И все викинги будут в этой Гардарике, стране городов, настоящими ярлами!

Он поспешно выбежал из гридницы. Ингельд вышел немного погодя, взял двух берсерков, сам пошел прочесывать узкие улочки города. Трудно остановить распоясавшихся викингов, ведь все богатства взятого города в их руках! И почти невозможно оторвать от грабежа и вернуть в тесную гридницу.

Вечером на площадь со всех сторон начали стягиваться викинги. Многие гнали перед собой плененных мужчин и женщин, не столько для продажи, сколько для того, чтобы те несли на себе награбленное. Пленников брали в тех концах, которые оказали хоть малое сопротивлении при захвате города. Люди Ингельда, посвященные в тайну, силой заставляли отпускать рабов, хотя разъяренные викинги брызгали слюной и хватались за топоры.

Выставив охрану у ворот, Ингельд велел никого не выпускать. Кто воспротивится, того рубить без жалости: они еще в походе, а в походе ярл властвует над отрядом как бог. Одновременно объясняли, что завтра утром весь город будет ихним. Так стоит ли брать добычу по малости? Завтра все люди этого богатейшего града станут их рабами, траллами, только безумный будет портить сегодня то, что утром получит по праву!

Викинги разом повеселели, даже прокричали здравицу мудрому ярлу. Уже спокойнее Ингельд объяснил ситуацию. Каждый согласился, что такая удача выпадает нечасто. Город не надо даже брать – они уже в самом сердце. Даже детинец, внутренняя крепость, в их руках. Их здесь пять тысяч отважнейших воинов – да в десять раз меньшие по числу отряды захватывали огромные и богатые города в Британии, Франции, Испании, Италии, Сицилии!

Поздней ночью, когда в измученном грабежами городе затихли крики и звон железа – почти все викинги уже были заперты в огромной усадьбе Ингельда, – сам ярл Ингельд осторожно вышел на крыльцо.

Небо черное, звездное. Легкие тучки то прятали узкий серп луны, то открывали его сверкающее лезвие.

Воздух был наполнен запахами браги и пота. Викинги тесными рядами заполняли весь огромный двор в ожидании приказа. Стояли, подпирая стены спинами, сидели тесными кружками вокруг поленьев, которые разжигать было не велено. Топоры и мечи держали у ног, многие уже загодя надели боевые доспехи. На сумрачных лицах нетерпеливое ожидание.

К Ингельду поспешил человек, закутанный в черный плащ. По могучей фигуре, которую не скроешь и в ночи, Ингельд узнал Рольда. Золотые волосы Рольда блестели в серебристом лунном свете.

– Все тихо, – прошелестел его приглушенный голос, – я сходил к княжескому терему, обошел вокруг и вернулся, никого не потревожив. Там пируют, охраны почти нет… Да и была бы – что могут против наших мечей и нашей ярости?

– Викинги? – спросил Ингельд.

– Оповещены.

– А те, кого не удалось застать?

– Услышат шум боя – поймут сразу.

– Добро… Сколько здесь?

– В твоей усадьбе две тысячи, да еще три придут на зов от городских врат!

Ингельд гордо улыбнулся. Киев, столица Гардарики, сам падал в жадные до кровавой сечи и богатой добычи руки викингов. Только раз им удалось овладеть им, когда Аскольд и Дир взяли город и стали в нем князьями. Правда, злые языки говорят, что кияне их сами пригласили на княжение.

– Пойдем, я объясню, куда какие отряды вести. Нужно как можно скорее перебить бояр, воевод, знатных людей! Все – быстро, стремительно. Для схваток не задерживаться, убивать всех по дороге, но в дома, даже самые богатые, не врываться! За грабежи прежде времени буду предавать смерти! Наша добыча – весь город. Кто попытается грабить раньше времени, тот будет грабить не местных жителей, а своих же друзей!

Викинги одобрительно зароптали, искоса бросали взгляды направо и налево. Это они понимали. Завтра утром можно поделить весь город, дома и людей вместе со скотом и богатствами. И хотя велик соблазн ворваться в богатый дом, убить мужчин, а женщин насиловать, срывая с них золотые кольца и серьги, но зачем это делать впопыхах, словно спешишь унести ноги?

Ни один из викингов не спал. Ингельд заметил, что некоторые уже почти грызли края своих щитов, готовые впасть в священную ярость берсерков. Кое-кто точил меч, а когда Ингельд появился среди викингов, он услышал нетерпеливые голоса.

– Слушайте, – сказал он негромко, – и передавайте дальше, так как я не могу кричать: за стеной могут быть чужие уши. Конунг Вольдемар уверен, что я вас собрал здесь, чтобы не бесчинствовали в его городе. Он прав, но только наполовину! Я собрал вас здесь, чтобы вы не бесчинствовали… в своем городе!

Одобрительный ропот и смех встретили его слова. Он вскинул руку, обрывая голоса:

– Я сам поведу малый отряд на княжий терем. А вы, все здесь опытные воины, разбейтесь на отряды для захвата боярских домов. Убивайте, убивайте и убивайте! Не останавливайтесь, если это женщина или ребенок. Киян слишком много, они сомнут нас числом, если не успеем за ночь срезать всю верхушку… Рольд, пойдем еще раз проверим дорогу к терему конунга Вольдемара!

Из окон княжеского терема падали отблески факелов, на узорных занавесях метались черные силуэты. Доносились удалые песни: конунг Вольдемар праздновал победу. Дружинники великого князя, уже навеселе, радостными воплями приветствовали ярла и его помощника. Оба показали себя в боях, а отважных уважают везде.

– Я бы сохранил жизнь Вольдемару, – сказал Ингельд с сожалением. – Но он ведь дерется как разъяренный тур! Он перебьет половину моего отряда, если пытаться взять живым.

– Я тоже, – вздохнул Рольд, – его полюбили многие. Но ведь, не удавив пчел, меду не достать?