Изгой - Никитин Юрий Александрович - Страница 105

Олег молчал, лицо его было в тени, но Россоха видел темные круги под глазами, глубокие складки на лбу и тоску в глазах.

Не дождавшись отклика, Россоха заговорил убитым голосом, сам чувствуя, как голос дрожит от жалости и сильнейшего сочувствия:

– Она все просчитала! Олег, зачем, ну зачем ты тогда, а? Раскрыл нам свой день и место рождения! Что за дурь?.. И вот Хакама просчитала все звездные карты, проследила твою судьбу! Теперь она знает твой смертный час. Она знает, что все это лето ты уязвим, как никогда не был уязвим раньше... а теперь вот умрёшь. Звезды сошлись, все предначертания сбываются. Она только хочет, чтобы это было от ее руки.

– Что я ей сделал? – спросил Олег с горечью. – Из одинокой чародейки, хозяйки крохотной долины, затерявшейся среди гор, сделал владычицей мира! В составе Семерых Тайных, конечно.

– Олег, любовь женщины отвергать опасно... Но зачем, зачем ты тогда? Понимаю, хотелось завоевать нас не только силой, но и, так сказать, сердца. Да, завоевал... но не всех, не всех! И вот теперь свою тайну, которую ты нам доверил, она обратила против тебя. Думаешь, ты случайно встретил Скифа тогда в корчме?.. Случайно на вас нападали то одни разбойники, то другие, а то и вовсе откровенные наемные убийцы? Да она вела этого Скифа почти год в одиночку, потом сумела состыковать вас, а уже намного, намного позже... для завершения своей задумки созвала остальных чародеев!

Олег признал:

– Да, это было блестяще.

– Все, – сказал Россоха с горечью, – абсолютно всё сбывалось по ее расчетам! Даже в мельчайших мелочах. Разве что вы после гибели Гелона не пошли в земли Миш, как показали звездные карты, но и это, как оказалось, было просто неверным истолкованием, ведь Агафирс и Скиф так похожи! Словом, прямые дороги к городу Гелона заранее нанесли на все карты, роздали войскам, и те тут же двинулись к вашим стенам!

Олег вспомнил, что только буквально чудо помешало им пойти в страну Миш. Если бы не отказ Колоксая возглавить царство, то они бы сейчас уже въезжали в городские врата столицы царства Миш. Где их ждали ловушки и... гибель.

– Но ты-то не остался? – спросил он. – Ты почему-то здесь.

– А что я? – огрызнулся Россоха. – Я урод. Недоумок. Вообще не маг, ибо настоящий маг всегда на стороне побеждающего. Да и толку от меня мало. Если честно, то вообще никакого!

– Не скажи, – возразил Олег. – Ты согрел мое сердце. Теперь оно стучит с новой силой.

Россоха хмыкнул смущенно, поёрзал, сказал невесёлым голосом:

– Олег, я осмотрел земли Гелонии и ее кордоны сверху... Глазами орла! Олег удивился:

– Сверху?

– Не своими, – объяснил Россоха, – не своими! Орел там один летал, ну я и...

– Но как? Или ты как-то сохранил свою магию?

– Увы, ее никто не сохранил... Но за свою жизнь мы что-то да научились делать лучше, чем другие... Я с детства любил птиц, зверей, потому всегда умел находить общую нить хоть с птицей, хоть с лесным зверем. На беду, Хакама умеет это делать ещё лучше. Говорят, она может даже глазами муравья. Она их любит, знает, заботится о них, вот и постигла некоторые их тайны.

– А что тут хорошего? Вот орёл – это да... Представляю, сколько ты увидел!

– Муравей заползет в такие норы, – возразил Россоха, – что куда там орлу! И все сокровища земные муравей видит и знает, где что лежит... Так вот, увидел я в самом деле, Олег, нехорошее. С Хакамой явились такие силы, что я сперва даже не понял, зачем столько. Вся конная армия Агафирса, а это, скажу тебе, теперь самое лучшее войско, что только существует на свете! А потом только сообразил, что это не Хакама привела, а сам Агафирс. Просто он не собирается здесь останавливаться. Захватив Гелонию, он обеспечивает себе прочный тыл, после чего тут же идёт дальше. Он завоеватель по натуре!

Олег поморщился:

– Нет. Это Скиф – завоеватель. В нем это живет, кипит. А вот Агафирса мы сами сделали завоевателем. Когда Гелон и Скиф ушли от Миш, то вся власть осталась Агафирсу, как будто презрительно отброшенная братьями! И хотя наследником и так является Агафирс просто по старшинству, все равно теперь на нем это позорное пятно, что он подобрал брошенное наземь более благородными братьями. Народ везде любит красивые жесты. Теперь Агафирсу постоянно приходится доказывать, что и он чего-то стоит. Вполне возможно, что для своих земель он сделал не меньше, чем сделал Гелон, и не меньше, чем сделал бы Скиф, но все равно его сравнивают с отсутствующими братьями и всякий раз говорят: а вот если бы они у нас были правителями, то у нас бы вообще молочные реки в кисельных берегах...

Россоха кивнул:

– Представляю, как это бесит Агафирса!

– Не думал, что ты такой злорадный. Подумай, не будь на Агафирсе такого пятна, пошел бы он войной на братьев? А так его легче подтолкнуть. Мол, сразу решить все задачи. Но вот то, что Агафирс двинул все войска... Это мало того что есть еще противник пострашнее – Хакама. Она, увы, не одна. С ней пятеро самых сильных чародеев белого света. И у каждого наверняка что-то из вещей, накопивших магию...

Россоха спросил грустно:

– А у тебя?

Олег сказал с досадой:

– Если б знал, где упаду... Ничего у меня нет. Ни-че-го! Я вообще презирал вещи. Черт, сейчас бы это так пригодилось... Хоть что-нибудь мелкое, я бы сумел по-вернуть, использовать. Но нет ничего. Видел бы меня один мой лохматый друг... Он еще дал мне кличку – Олег Вещий! А я такое проморгал – прекращение магического дождя. Да и самого дождя, если честно, не чувствовал, не знал о нем. Пил магию, как свинья помои, думал, что так было вечно и будет вечно. А теперь даже магической щепочки нет... Недаром про таких говорят, что на звезды смотрит, а ямы под ногами не зрит...

Россоха развел руками:

– Да, Олег... Это верно, за тобой это заметили. И не преминули воспользоваться. Мол, он все о Высоком да о Высоком, на этом и поймаем! Мы тоже когда-то о Высоком... пробовали. Но кто устал, кто увидел, что в невысоком можно быстрее нарыть радостей. Хакама тоже, говорят, искала в Высоком, но... недолго. Высокое всё-таки далеко, до него еще добраться надо, а невысокое вот оно, бери, пользуйся!

Олег сказал раздраженно:

– Так и пусть пользуется! Я при чем?