Артания - Никитин Юрий Александрович - Страница 101

Морда дракона лежала на земле всего в десятке шагов от Придона, но все равно нависшие, как выступы скал, надбровные дуги оказались на уровне глаз человека. Сейчас глазные яблоки дракона были закрыты толстой кожистой пленкой, но он как почувствовал взгляд человека, веко поднялось, на Придона взглянули самые огромные и страшные глаза, какие он когда-либо видел. Нечеловеческие и нерассуждающие глаза рептилии, холодные и точные, умеющие только находить цель для убийства.

Ноги ослабели, Придон чувствовал, как бешено колотится сердце, слышал голоса Аснерда, Конста и Вяземайта, что-то говорили Коман и Болгор, потом Вяземайт засмеялся:

– Аснерд, он в самом деле… Точно, похож на тебя! Не заметил?

Голова дракона напоминала каменный валун, грубо обделанный тупым долотом. Глаза пряталась в узкие каменные щели, даже короткая шея выглядит литой, хотя от затылка по ней идет короткий гребень, а на спине уже страшный костяной лес до самого кончика хвоста. Из вывернутых ноздрей толчками вырываются горячие струи, сожгли корочку льда на камне и теперь плавят, как воск, сам гранит.

Аснерд сказал довольно:

– Ага. Красавец!

– И характером, наверное… – добавил Вяземайт.

– Ага, – снова согласился Аснерд. – Хорош!

На спине дракона медленно опускался гребень. Придону он напоминал заостренные колья для казни, между которыми протянули темно-зеленую шкуру. Сейчас эти чудовищные иглы валились одна на другую, ветер уже не трепал гребень, хотя дракон сел на площадку точно против ветра.

На спине появился человек в теплой меховой одежде. Спускался по веревке, привязанной к одной из игл, соскальзывал, ударялся. Придон сразу ощутил к нему неимоверное презрение, мужчина не должен быть таким слабым и неуклюжим.

Наконец ноги хозяина дракона коснулись земли. Он еще освобождался от веревки, та оказалась привязанной поперек пояса, когда Аснерд опасливо обошел морду дракона, крикнул весело:

– У тебя неплохой конь!

Хозяин дракона обернулся. У него было чистое, хоть и очень загорелое на высокогорном солнце лицо, ясные синие-синие глаза. Тонкая рука, появившись из широкого рукава, замедленным движением сбросила меховой капюшон. Придон ощутил, как будто его кто ткнул кулаком в живот. А девушка тряхнула головой, длинные золотые волосы, чистые и блестящие, крупными локонами рассыпались роскошным водопадом, в них подобно золотинкам заблистали крупные золотые искры.

– Меня зовут Яська, – сказала она чистым ясным голосом. – Вам не сказали, что приеду я?.. Вы правы, у меня лучший крылатый, как вы говорите, конь по эту сторону гор!.. Лучше только…

Она остановилась, Аснерд сказал ревниво:

– Что, есть еще лучше? Не поверю.

– У моего брата, – призналась она. – Да, у Иггельда получше.

Аснерд развел руками. Придон видел, что старый воевода потрясен не меньше, чем он сам. Девушка надменно и насмешливо улыбалась. У нее такое же чистое ясное лицо, как и голос. Теперь Придон понимал, зачем ей этот капюшон, только мужчины, да и то не все, гордятся грубыми обветренными лицами.

– Конь… – сказал Аснерд, – конь… Черт, у нас только вот этот герой способен смотреть на красивую женщину и говорить о ее коне, но не я, не я, старый воевода Аснерд, который знает, что такое красота, когда ее видит!

Яська улыбнулась, ее удивительно синие глаза метнули стрелу в сторону Придона.

– Так этот тот самый, кто попытается войти в земли дэвов?

– Тот самый, – подтвердил Аснерд. – Его зовут Придон. Он умеет даже говорить и чесаться. Ты не смотри, красавица, что у него челюсть до земли. Он не всегда такой…

– А какой бывает? – поинтересовалась она.

– Ого! Он даже умеет шмыгать носом. А челюсть…

Красавица внимательно рассматривала Придона. В ее широко расставленных глазах мелькали странные искорки. На щеках появились ямочки.

– Иногда поднимает и до пояса?

– Даже выше! – заверил Аснерд с восторгом. – И слюни у него не всегда текут, чесс слово! Он бывает умным, клянусь твоим крылатым конем!.. Почти как человек. Ты уверена, что это… это с крыльями поднимет нас всех? Я, знаешь ли, так хорошо пообедал…

– Поднимет, – ответила девушка. – Надеюсь, что поднимет. Но пусть отдохнет чуть. Мы ломились через встречный ветер. Мой Асмард притомился.

С Команом и Болгором она обменялась лишь кивками, ни тени тепла, как и вражды, просто как будто общалась с говорящими быками. Издали донесся укоризненный голос Вяземайта:

– Яська, не слушайте их! Идите сюда, у меня тут костер. Для вас поджарю мясо.

Придон сказал мстительно:

– Асмард! Почти как Аснерд.

Девушка оглянулась через плечо:

– Смотрите, оно в самом деле разговаривает!

– И даже пробует острить, – хохотнул Аснерд.

– Вот так? – изумилась Яська.

– Как может, – пояснил Аснерд.

Вяземайт, который всегда все видел на три шага вперед, уже спешно раскладывал куски мяса на горячие камни, а уже поджаренные снял и протянул Яське. Аснерд перехватил и сам подал красавице. Она улыбнулась, как ребенок, Придон снова поймал лукавый взгляд ее смеющихся глаз.

Ветер утих, сидели на камнях, подстелив мешки с привезенной Яськой теплой одеждой. Странное ощущение коснулось Придона: тихое очарование, словно сидит не в горах в пяти шагах от морды дракона, а на берегу спокойного озера в родной Артании.

Яська ела быстро, с удовольствием, сверкали белые зубки, такие ровные и блестящие, что Придон поймал себя на том, что забывает жевать, все смотрит неотрывно, мысленно ведет солнечным лучом по ровному ряду, заставляя вспыхивать одну жемчужину за другой, а когда доходит до края, то с таким же наслаждением ведет обратно.

Яська вдруг сказала очень серьезно:

– Мне все-таки не нравится, что вы голые.

Аснерд удивился.

– Голые?

– До пояса голые, – ответила она твердо. – А вы знаете, что такое встречный ветер?

– Знаем, – ответил Придон дерзко.

Она проглотила едкое словцо, сказала почти мягко:

– Я вам не зря привезла теплые шубы. Поверьте, не зря. Не нравится вам? Тогда купите другую, получше. Или украдите, мне все равно. Вон торговый склад, там есть все. Вы очень красивые мужчины, смотреть на вас одно удовольствие… но в полете вас рассматривать некому. А промерзшие кому вы нужны?

Аснерд гордо выпятил грудь.

– У нас, артан, горячая кровь!

– Горный воздух, – предостерегла она, – даже кипящую воду превращается в лед!

– Так то воду, – коротко сказал Придон.

Яська окинула его внимательным взглядом с головы до ног и обратно, ненадолго задерживая взгляд на ровных квадратиках живота, широких грудных мускулах, на упрямо выдвинутом подбородке, высоких скулах… затем их взгляды встретились. Придону почудилось, что между ними двумя проскользнула короткая молния. Во всяком случае, его тряхнуло, он ощутил, да и Яська вздрогнула, смотрит странно, глаза поспешно опустила.

Дракон шумно вздохнул, голова его приподнялась, он посмотрел на чужаков с удивлением. Яська поспешно проглотила последний ломтик мяса.

– Пора.

Аснерд беспокойно вздохнул. Все смотрели, как Яська бесстрашно подошла к самой морде дракона. Что-то говорила, ее пальцы трогали и гладили его ноздри, похожие на сопла кузнечных мехов. Дракон не двигался, только кожистая перепонка на одном глазу приподнялась и тут же опустилась.

Затем она помахала рукой.

– Заходите сбоку и залезайте по задней лапе.

– А по передней? – спросил Аснерд.

Она оглядела его критически.

– У вас крепкие кости, но только не для зубов моего дракона.

Вяземайт полез первым, он волхв, все новое должен познавать первым, затем начал взбираться Аснерд. Придон тем временем подошел к лапе, что больше напоминала покрытое чешуей изогнутое бревно. Острые когти погрузились в твердый как камень снег. Придон услышал неприятный скрип, понял с холодком во внутренностях, что когти чудовищного зверя расцарапывают камень, словно это сухой песок.

Он полез, сорвался, лапа скользкая, как гигантская сосулька, больно стукнулся бровью. Снова полез, цепляясь за крупные чешуйки, что становились все крупнее, а когда по округлому боку забрался на спину, под ногами пошли уже широкие, как лопаты, костяные пластины с тупыми шипами посредине. Вдоль хребта от самого затылка тянулся уже знакомый издали гребень. Вяземайт умостился между самыми толстыми и высокими иглами, Аснерд осторожно усаживался сзади, их разделяла только одна игла, правда, толщиной с оглоблю.