В бою антракта не бывает - Нестеров Михаил Петрович - Страница 44

Рыжов тем временем ответил Росомахе:

– На связи.

– Страхов с лесничим на «уазике», а за ними микроавтобус, взяли направление на обход Каменева, – передал наблюдатель.

– Принял. Отбой. Так, мужики, приготовились! Судя по всему, майор владеет ситуацией. Будем подстраиваться под него. Действовать только по моей команде.

Семен уже давно вогнал патрон в патронник, а сейчас в оптику наблюдал набегавшие друг на друга стволы деревьев по обе стороны крутого поворота. Мешали кусты, и Семен встал с колена, выпрямившись и склонив для удобства голову. Поза его была красивой: вполоборота к дороге, опорная нога прямая, локти обеих рук приподняты.

Трое его товарищей тоже заняли удобные позиции, так как стреляли одинаково хорошо из любого положения. Один привалился для удобства к стволу кедра, заодно маскируясь за ним.

Начальник типографии тоже встал, но брать ружье наизготовку пока не спешил, за что и получил от Рыжова, оторвавшегося от прицела, очередное замечание:

– Приготовься! На твоем ружье снизу есть штука – спусковой крючок. Если кто и попадется на него, только не ты. Положи на него свой палец и перестань дрожать. Но прежде взведи курок!.. А вот и они. Все внимание на них, слушать только меня.

Семен пожалел, что в машине помощник, а не лесник, но для начала хватит и его.

Он еще раз потянул чувствительными, как у лани, ноздрями воздух:

– Ветерок с поселка. Слышно нас не будет.

Романову не пришлось ехать на рейсовом автобусе. Он увидел на дороге военный «УАЗ», направляющийся в сторону основного шоссе, и поднял руку, останавливая машину. Подойдя к открывшейся двери, он увидел на погонах пассажира начальственную майорскую звезду.

– Вы не в Подольское, случаем? – Романов раскрыл перед начальником местного гарнизона удостоверение и дал всмотреться.

– Садись, подброшу, конечно, – ответил майор. – Заодно развлечешь нас дорогой, расскажешь, какого черта забыл в тайге секретный агент военной разведки.

– Почему секретный? – Романов, усаживаясь, пожал руку пожилому мужчине, представившемуся как Бертнев. «Бертнев, Бертнев... – вспоминал Романов знакомую фамилию. – А, так это главный лесничий».

– Почему секретный, спрашиваешь? – Майор отдал шоферу с сержантскими погонами команду трогаться. – Потому что в остальных случаях меня ставят в известность. А тут проигнорировали. – Майор рассмеялся. – Понравилось в гостях у Каменева?

«Таежная почта», – ухмыльнулся Романов.

– Как тебе наша оперативность? – возобновил он опрос.

– Оперативность на высшем уровне.

– А ты чего удрал-то? Охотники, что ли, спугнули? Пользуйся моментом и дай втык леснику, что сидит от тебя по левую руку. Ладно, не отвечай, и так знаю: дали знать тебе про Серегу Каменева. Потому и говорю сейчас в открытую, при всех.

«Похоже, я узнаю новости последним», – вздохнул Романов.

По идее должно было полегчать, но что-то не давало Романову покоя. Он кивал или односложно отвечал на вопросы майора, который через слово сыпал матом, и все больше убеждался, что его отъезд действительно похож на бегство.

– Так! По-моему, майор чувствует себя совсем неплохо, черт бы его побрал! – Рыжов продолжал всматриваться в оптику. Судя по лицу Страхова, которое виделось благодушным, но чуточку сероватым, на этом этапе он сам должен проявить инициативу. Хотя... Черт его знает. Может, дожидается эффектного появления товарищей, а сам на первых порах сотворит на лице растерянную мину. Одна проблема – сейчас он не может выйти на связь. Семен готов был принять пристальный взгляд и кивок майора как команду к атаке. Мало, мало согласованности в действиях, немного посетовал Рыжов. Своих товарищей, расположившихся по обе стороны от него, он понимал с полвзгляда: Славу Третилова с внешностью ученого-ядерщика, который с легкостью мог освежевать не только убитого тигра, но и лесника, попадись он под руку; Виталия Чумакова с непримечательной наружностью.

Один Василий Селянин, натурально бежавший из Ленинска, едва справлялся с волнением. Он последовал совету Семена и взял ружье наизготовку. С рук дрожь перекочевала на спину, оттуда на шею, и мушка прыгала перед глазами.

Но дрожь в руках таяла по мере приближения машин, только голова продолжала мелко подергиваться. Но и эти непроизвольные колебания прекратились разом, вместе с очередной командой Рыжова.

– Они останавливаются. Прямо напротив нас. Не знаю, как удалось это майору, но он молодец. Все, пошли!

– Тормозни-ка вон там, – Страхов указал на нависший над дорогой куст, откуда полутора часами ранее он отправился на смену. – Наверное, я пью много жидкости.

Он вышел из машины, подождал, когда остановится микроавтобус, и жестом руки показал охотникам, чтобы они присоединились к нему. В сторону леса, где поджидала пятерка его приятелей, старался не смотреть. Теперь пора на деле убедиться, чего стоят его партнеры по сборной, дать им оценку и узнать, насколько их слова не расходятся с делом.

Трое охотников покинули свои места, на их лицах легко читалось недопонимание относительно скорой остановки. Кто-то решил, что бойкий лесник еще до прибытия на кордон решил выяснить финансовую сторону дела. Нередко так и происходило, когда лесники за деньги позволяли охотникам больше свободы на своих участках, нежели было оговорено в конторе и соответственно оплачено.

В микроавтобусе остался только водитель. Он опустил стекло и высунулся из окна, давая понять, что он так же принимает участие в разговоре.

– Что случилось, Андрей Викторович?

Валерка, начавший было проявлять нетерпение, встрепенулся: оказывается, старшего зовут не Алексей, как он представился. Странно, у него имя-отчество как у Андрея Каменева. На помощника стало наваливаться смутное беспокойство, и он медленно повернул голову.

Валеркин «иж» лежал между сиденьями, и он, стряхивая с себя оцепенение, потянулся к оружию. Майор действовал быстрее, и пальцы Валерки вместо ружья ткнулись в руку Страхова. А тот, давая плечом и коротким поворотом корпуса импульс другой руке, обратной стороной ладони сильно ударил Валерку в шею.

Из всей группы майор был единственным, чье лицо было открыто на обозрение, остальные были едва различимы за опущенными сеткам накомарников. Охотники видели лишь размытые черты, остальное дорисовывало воображение, и этот психологический фактор играл против них.

Майор все больше нравился Рыжову, а этап захвата виделся заранее спланированным.

Семен взял на себя тройку вышедших охотников, держа их на прицеле. К нему присоединился Третилов и Виталий Чумаков, последним – Селянин. Клим Лозовский взял на себя водителя и вошел с ним в непосредственный контакт. Именно голос Лозовского прозвучал первым с момента нападения. Водитель сделал попытку уйти с линии прицела и добраться до оружия.

Клим легко пресек попытку водителя, выстрелив с трех шагов. Стрелял играючи, на опережение, так, чтобы пуля прошла впритирку с головой водителя.

– На место! – Клим поймал на себе взгляды остальных охотников и дурашливо расшаркался: – Клим Лозовский, ваш гид. – Затем снова занялся своим подопечным. – Пошел вон из машины!

– Может, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – старший непроизвольно поднял руки, но держал их не высоко, на уровне лица, словно прикрывался. – Я не знаю, кто вы, но вас ждут большие неприятности. Я заместитель начальника кадров «Россугля»...

Страхов стрелял с расстояния пяти шагов. К этому времени он вышел из машины, вооружившись Валеркиным «ижем». Выстрел порадовал его: заряд попал кадровику в лицо и кисти рук.

Пистолет Макарова, на котором еще не остыли следы Михаила Кисина, был у Клима, и тот, воспользовавшись замешательством, выстрелил в затылок вылезавшему из автобуса охотнику.

Остальных взяли в полукольцо и теснили к лесу.

Майор кивнул Лозовскому: «Давай».