Приказ обсуждению не подлежит - Нестеров Михаил Петрович - Страница 45

Мой напарник Всеволод Филимонов (мы работали с ним в ночную смену) спросил, что я делаю. Я ответил, что подкоп: хочу совершить побег. Филимонов специально замерил расстояние от котельной до забора, которое оказалось в пределах ста метров, и сказал, что за десять лет не выкопаешь. Я как раз докопал до метровой глубины. Сдернув Филимонова вниз, я задушил его. Потом я снял с него куртку с металлической биркой «ФИЛИМОНОВ В.А. 2-й отряд» и опустил его в яму, скрыл труп за железным листом и поставил на него шкаф.

На следующий день (14 ноября) я подбросил куртку Филимонова в машину, которая забирала готовую продукцию (рукавицы и сетки для овощей) со склада, и она выехала за пределы колонии.

На утренней проверке Филимонова в строю не оказалось. Позже в грузовике среди тюков с рукавицами нашли его куртку, и Филимонова, как совершившего побег из колонии, объявили в розыск.

Вечером, заступив на смену в котельной, я открыл пару емкостей с мазутом и отворил печную дверцу. Потом достал труп Филимонова и переодел его в свою робу. Потом пододвинул бочку с мазутом еще ближе к топке и соединил их черенком от метлы. Когда огонь пополз по черенку, я выбежал из котельной…

Я укрылся под деревянным щитом выгребной ямы туалета и просидел там до среды. Сильно обгоревший труп Филимонова опознали как мой по железной бирке «МАРКОВЦЕВ С.М. 2-й отряд» и похоронили.

16 ноября приблизительно в 4 утра я выбрался из выгребной ямы и побежал к площадке с мусором. Там я забрался в мусорный контейнер и стал ждать мусорную машину. Она забирала мусор по четвергам во время утренней проверки, когда вся колония стояла в строю. В половине восьмого утра подъехал «КамАЗ», и контейнер, где я находился (а также еще четыре контейнера), опрокинулся в кузов.

Когда мусор отвезли на свалку, я выбрался и пошел в контору по приему цветного металла, расположенную на территории свалки. Там я завладел джипом «Паджеро», принадлежавшим приемщику, и одеждой последнего. И приехал на этой машине в город. На следующий день я встретился с начальником профильного отдела военной контрразведки ФСБ, где мне было сделано предложение стать агентом по особо важным поручениям…

…Находясь на допросе в следственном отделе «Лефортово», я сказал следователю прокуратуры Пинковскому, что готов указать место, где хранилось оружие для операции, подготовленной лично мною. На меня надели наручники и посадили в один из двух джипов «Мерседес» со спецномерами. Всего оперативников, не считая Пинковского и полковника Демчева из следственного отдела, было шесть человек. Мои руки были скованы за спиной. Когда машины выехали с Волгоградского проспекта на трассу М-5 в сторону аэропорта «Быково», я попросил закурить. Сидящий справа оперативник сунул мне в рот прикуренную сигарету. Я подтолкнул ее языком, и она упала мне на брюки, которые начали тлеть. Мне разомкнули наручники и сковали руки спереди. По дороге в Жуковский я самостоятельно выкурил еще одну сигарету.

Когда машины въехали во двор частного дома в Жуковском, который я снимал со своими бойцами, оперативники тут же сломали замки и обыскали дом, сбили замки на гараже, где хранилось оружие. Оно лежало на полках – унифицированный автомат Калашникова АПС, пистолет «глок», а также специальный пистолет «амфибия». Остальное вооружение, включая диверсионный заряд, находилось в гаражном погребе.

Когда я указал место хранения диверсионного заряда, двое оперативников спустились в бетонированный погреб. Я в это время сидел на металлическом стуле, прикованный левой рукой к правой руке оперативника наручниками. Не вставая, я ударил ногой в пах полковника Демчева, стоящего передо мной, поднырнул под руку сцепленного со мной оперативника и ударил его в висок. Потом снес подсечкой еще одного эфэсбэшника, который, падая, ударился о крышку люка… Бросил в погреб запаску от «Жигулей» и стул, на котором сидел, не давая выбраться двум операм. Я вместе с бесчувственным опекуном, с которым был по-прежнему скован наручниками, сблизился с погребом и захлопнул крышку. Свалил с ног следователя прокуратуры Пинковского. Пинковский ударился о стеллаж головой и потерял сознание. Я при помощи отрезка трубы заблокировал оперативников в погребе, просунув ее в проушины. И только после этого смог воспользоваться оружием, которое было разложено на полу. Из бесшумного пистолета «амфибия» я стреножил двух водителей джипов, которые бежали к гаражу. Потом я достал ключи из кармана оперативника и освободился от наручников.

…Забрав у оперативников рации и сотовые телефоны, я переоделся в костюм одного из них и воспользовался джипом со спецномерами. На нем я приехал в Москву…

…Вместе со мной в двухместной камере находился человек – грузин по национальности, имени которого я не знаю. Но в один из редких моментов, когда он говорил (в основном угрожал мне: «Когда ты уснешь, я тебя убью»), он рассказал, что у него был сложный перелом бедра и теперь в его кости находится титановый штырь. Что подтверждалось длинным шрамом на наружной поверхности его бедра…

Когда я задушил сокамерника, я разбил унитаз и воспользовался острым осколком как скальпелем, а проволокой, которая стягивала резиновую муфту, – как инструментом для вынимания штифта из кости. Я сделал глубокий надрез в районе ягодицы сокамерника…

Продев проволоку в ушко штифта и сделав петлю, я стал рывками тянуть штифт на себя… С помощью титанового штифта я раскачал кирпичи под окном и вытащил прутья решетки, а также металлические пластины-»реснички». Окно выходило во двор тюрьмы и для побега интереса не представляло.

Я спрятался под кроватью, оставив труп на виду. Когда принесли ужин, в камеру ворвались два охранника. Обычно они не заходили в камеру, но, увидев окно без решеток, ворвались внутрь и поспешили к окну. Я воспользовался этим и снес ближайшего ко мне охранника подсечкой. А когда вылез из-под кровати, добил его и переключился на второго контролера.

Я надел форму контролера СИЗО и вооружился двумя пистолетами «грач»… На КПП я убил двух охранников и вышел из тюрьмы. На парковочной площадке стояли несколько машин. Я выбрал «Мерседес», за рулем которого сидел человек лет тридцати – тридцати пяти. Я навел на него оба пистолета, и водитель сказал мне: «Садись». По его сотовому телефону я связался со своим руководством…

«Расскажи про Марка, – попросила Марта. – Хочу знать о нем». Но как рассказать про человека, который, по его словам, привык работать руками, так как всякие там газы и отравленные пули портят диверсионный дух…

– Ну… – Артемов на минуту задумался. И продолжил в вопросительных тонах. – Он сильный человек, так?

– Наверное, – улыбнулась Марта.

– Вообще-то его зовут Сергеем. Он здорово похож на Пирса Броснана. Всегда носит черные очки – потому что от его взгляда женщины так и падают. Что еще?.. Да, он не расстается с фотографическим сотовым телефоном, его карманы набиты взрывающимися пейджерами. У него есть индивидуальный спасательный модуль – типа миниатюрной подлодки. Любимые средства передвижения – параплан и доска для серфинга. Он похож на меня – только он выше, красивее и моложе. Да, чуть не забыл: с женщинами он напористо нежен, друзей у него, кроме меня, нет, а с врагами он беспощаден.

– А если серьезно?

– Буквально в двух словах: он – «парень из общежития», авантюрист, никудышный семьянин, богохульник и лицемер.

– Как и я. Он на меня похож, не находишь?

Распечатка телефонного разговора: Андрей (абонент №1) – Борович (абонент №2).

Телефон абонента №1: 387 (код Боснии) 71 (код г. Сараево) 34-90-91.

Телефон абонента №2: 942-18-18 (г. Москва).

АНДРЕЙ: Здравствуйте, это Андрей.