Направление главного удара - Нестеров Михаил Петрович - Страница 51

Для Тимура его визави сделал все, чтобы русский морпех отправил его «вертушкой» на мостки. Англичанин чуть наклонился, сближаясь по инерции и вытянув руку вперед. Тимур механически захватил его левой рукой за руку выше локтя. Отшагнул, вынуждая «котика» потянуться для захвата. Тот тоже действовал на механике и выпрямил руку защищаясь. Тимур мгновенно записал этот контрприем себе в актив. Он повис на его руке и, падая назад к его ногам, с вращением выполнил бросок. Два ножа вышли из ножен с лязгом. Тимур обнажил свой клинок мгновением раньше и с коротким замахом нанес англичанину колющий удар в шею.

Джеб отработал коротко и жестко, рассекая горло противника от уха до уха. Вынимая нож, он уже придал руке ускорение. Со стороны казалось, он наносит широкий хук справа и немного не достает головы соперника. Когда он убрал нож на место, все четверо командос были мертвы.

Теперь медлить нельзя.

– Пошли, пошли! – Джеб первым направился к берегу. Там, ступив на дорожку, он не таясь побежал впереди отряда, навстречу зарослям бамбука.

Вот и ворота. Массивные. Гаражные – пришло определение. За ними – Лолка.

Джеб все это время гнал мысли о девушке, чтобы они не мешали работе. В голове крутились обрывки из разговора с Мурой: «Мне нужно кое с кем свести счеты». И недосказанное: «В такие минуты забываешь все хорошее».

Во время первого знакомства Джеба с Абрамовым он на вопрос капитана ответил: «Когда я работаю, я не злюсь ни на людей, ни на ситуацию». Он верил, что научился управлять эмоциями.

Сейчас в душе нет места злобе, но все хорошее он действительно забыл. Скрепя сердце, похоронил на время образ Лолиты.

Он подозвал Тимура, склонился над ним и прошептал на ухо:

– Ворота часто открываются. На них точно никаких сторожков.

– Да. Через забор лезть опасно.

– Давай, Тима, пошел.

Тимур убрал автомат за спину и привычно прикусил лезвие ножа. Встал на сцепленные руки командира и одним махом оказался на гребне ворот. Спрыгнув по ту сторону, он чуть присел, прижавшись спиной к мокрой створке и взяв нож в руку. Обследовав дверцу, вмонтированную в створку, он не нашел сюрпризов и сдвинул запор в сторону. Дверца открылась с едва различимым скрипом, но он утонул в шумном потоке дождя. Как канули в нем легкие шаги спецназовцев.

2

Гарри Капано считал последние часы, подчитывал последние минуты. То, что он окончательно обречен, явилось к нему в виде «котика» по имени Макинрой и определения «приставили». Морпех был вооружен пистолетом, огромным ножом с зазубренным обухом. Он не демонстрировал оружие, оно естественно, как трусы или майка, было при нем. Макинрой сразу же определил себе место. Он залез в гамак, покосился на лампу и прикрыл глаза военной кепи. Капано подумал, что Макинрой тоже участвовал в убийстве русских, и эта мысль не принесла Гарри ни горечи, ни сожаления. Больше всего его волновала собственная судьба.

Он и раньше догадывался, что Стэнфорд подставляет его. Откровения Хантера прозвучали для Гарри как смертный приговор.

Запутался, качал головой разведчик, горько усмехнувшись: дал Стэнфорду пососать палец, а тот намертво вцепился в руку. В его глазах застыло холодное предостережение: «В следующий раз, прежде чем поднять на кого-то руку, подними трубку телефона». Хорошо бы так, хорошо бы так…

Когда Капано двадцатидвухлетним парнишкой пришел в службу, его с насмешкой спросили: «Хочешь стать знаменитым разведчиком?» Он ответил: «Сначала хочу стать разведчиком, потом – знаменитым».

Это был хороший ответ, он понравился как сослуживцам, так и начальству. Так они и работали – не сказать, что в дружбе, но в гармонии – точно. И все же Гарри всегда чего-то не хватало. Он не считал себя завистливым, но подмечал, что его коробит от дорогих костюмов руководства, от блеска запонок и булавок. Откуда у них деньги на престижных портных, драгоценные побрякушки и роскошные машины? После Капано понял, что это лоск и он стоит того, чтобы потратить на него значительную часть средств. У Софи не было приличного перстня, а Гарри обзавелся перстнем с печаткой. И костюмов у него стало несравнимо больше. Он отдался во власть рабочего потока, как-то исподволь подумав: перед женой можно и в трусах предстать, и без трусов. Свой дом он посчитал постоянным местом свиданий. И ошибся.

Теперь обитает в хижине. Можно обмануть бдительность Макинроя, но куда бежать? Вокруг острова долго не пробегаешь.

Гарри едва не взвыл, настолько тоскливо ему стало.

Теперь Джеб видел источники света. Матовый свет струился из окон центрального строения. Над крыльцом горела вполнакала лампа в защитном обрамлении. Раскисший от дождя двор был грязным и чем-то походил на конюшенный.

Первое укрытие, к которому двинулись спецназовцы, представляло собой хижину с пальмовой крышей. Джеб успел подумать о том, что его обитателям в такую погоду несладко.

Джеб и Тимур приникли к стене, заняв место точно под низким оконцем. Командир подал знак, и к ним примкнули Чижик и Кок. Блинков снял бандану-повязку и освободил себя от лишней маскировки. Перевязав косынку по-новому, он привстал, заглядывая в окно. Оно было занавешено, однако через узкую щель он смог разглядеть внутреннее убранство и двух человек. В одном Блинков распознал спецназовца. Тот был одет в черную майку и черные же военные шорты. Он лежал в гамаке и защищался от света лампы надвинутой на глаза кепи.

Второй больше походил на поиздержавшегося туриста. Очки в тонкой золотистой оправе смотрелись на его небритом лице нелепо, будто он только что нашел их и неумело, как вождь индейцев аппачи, пристроил на носу.

Джеб уступил место Тимуру. Тот осматривался с полминуты. «Берешь военного», – показал Джеб. И остальным: «Страхуйте нас отсюда, потом переходите к двери».

Командир тихонько потянул дверь на себя в надежде, что она не закрыта на замок. Но она не поддалась. Не теряя времени, он тихонько постучал.

Секунда, другая, и дверь открылась. Джеб увидел человека в очках, стоящим в расслабленной позе. Командир коротко ударил его в челюсть и шагнул в комнату, давая дорогу товарищу.

Макинрой приподнял голову, резко сбрасывая с глаз кепи. Он открыл рот, но Тимур опередил его на мгновение. Он бросился на пол и снизу вверх всадил противнику нож в спину. Подоспевший Джеб заткнул Макинрою рот, а Тимур через сеть гамака нанес еще пару ударов.

Блинков усадил бесчувственного Гарри Капано на кровать, прислонил к стене. Подал знак Тимуру: «Зови остальных».

Чижик и Кок, войдя в помещение, заняли места у двери. Тимур перешел к окну. Джеб хлесткой пощечиной привел разведчика в чувство. Коснувшись кончиком ножа его верхнего века, Блинков холодно предупредил:

– Моргнешь – я выколю тебе глаз. Откроешь рот без моего разрешения – выколю второй. Ответь шепотом, ты понимаешь меня?

– Да, – еле слышно отозвался Капано.

– Хорошо. Меня зовут Джеб, – он вопросительно приподнял подбородок.

– Гарри. Гарри Капано.

– Я слышал твое имя. Ты английский разведчик.

– Да.

– Я русский агент. Мы найдем общий язык. Скажи, девушка по имени Лолита жива?

– Да. Она была в большом доме. Я не знаю, как он называется. Потом, кажется, ее перевели в сарай.

«Перевели», – сощурился Джеб.

– Сергей Соболь?

– Не уверен… Я слышал, как он кричал в сарае.

Джеб чуть отстранил титановое лезвие от лица Капано, но смотрел на него все так же, не мигая. Его лицо было мокрым. Капли собирались в ручейки и стекали за ворот майки.

– Где сейчас Стэнфорд? – продолжил он допрос.

– Стэнфорд?

– Да, Вуди Стэнфорд, начальник службы внутренней безопасности вашей разведки.

– Он в Коломбо. Это в Шри-Ланке.

– Точно?

– Да. Сегодня утром Хантер связывался с ним по спутнику.

– Сколько всего «котиков» на этом острове?

– Десять. Когда мы приехали, нас здесь встречали двое военных. – Капано покосился на Макинроя. Тот по-прежнему лежал в гамаке, только из него хлестало как из свиньи, циновка под ним пропиталась кровью. – Было десять, теперь восемь, – подсчитал Гарри. – Соболь убил одного из них на борту «Мурены». – И прикинул: «Остальные томятся в списке ожидания».