Направление главного удара - Нестеров Михаил Петрович - Страница 30

Стэнфорда встречал начальник «российского отдела» разведки Ричард Шин. Окна его кабинета, защищенные от прослушивания и снятия электронной информации, выходили на Темзу.

Шин встал из-за стола в стиле модерн и, закрыв скользящий ящик, предложил гостю место за продолговатым столом для совещаний.

– Зашился? – спросил он, улыбнувшись.

– Есть немного, – кивнул в ответ Стэнфорд, устраиваясь на стуле и расстегивая пиджак. Он вынул из папки лист бумаги со словами: – Посмотри, нет ли у тебя досье на этих людей.

Шин пробежал глазами по списку, кивнул гостю: «Думаю, кое-что найдется» и вызвал адъютанта. Не прошло и пяти минут, как на компьютерный запрос пришел ответ в виде распечатки. Ричард первым ознакомился с ним и передал коллеге.

– Я помню имя капитана Абрамова по его совместной работе с военной разведкой Израиля. Классный специалист. Кажется, он консультировал израильский «Аман» по вопросам флотилий террористов и пиратов в регионах Индонезийского архипелага и Красного моря. Мы надеялись увидеть его в должности морского атташе в Египте. Да и шеф «Амана» был не прочь работать в тесном контакте с Абрамовым. Однако на эти посты были назначены другие люди.

– Вы интересовались новым назначением Абрамова? – спросил Стэнфорд.

– Честно говоря, не мы интересовались, а ЦРУ. Абрамов, имея полномочия от двух военных разведок – российской и израильской, внедрил своих агентов в египетскую группировку. Ее боевики вначале потопили американское судно, потом сняли с него боевой ядерный заряд и спланировали теракт на египетской военно-морской базе США. В общем и целом американская разведка оказалась не на высоте, а россияне предотвратили теракт.

– И подмочили авторитет янки.

– Что-то вроде этого, – улыбнулся Шин. – Ты хочешь через мое ведомство сделать запрос о новом назначении Абрамова?

– Да.

Шин смешливо наморщился:

– Откровенно – не хочется. Американцы – скупердяи, с неохотой делятся информацией. Сначала скажи, что натворил Абрамов, чем он вызвал твой интерес.

– Пока не знаю.

Для Шина же прозвучало: «Пока не хочу об этом говорить».

– Я сделаю запрос по российским каналам. Тебя устроит такой вариант?

– Более чем. Но ты ничего не обещаешь.

Шин развел руками: «Разве и так не понятно?»

Глава 9

КРИМИНАЛЬНАЯ ОСНОВА

1

Испания

Начальник разведуправления ВМФ прибыл в отель в половине третьего и прямиком направился в кабинет Абрамова, расположенный на первом этаже первого корпуса, точно под офисом Лолиты Иашвили.

Это был второй визит шефа флотской разведки в «святая святых» агентурной группы. В конце мая он приезжал «любопытства ради», заодно отдохнул пару дней на испанском курорте.

Школьник относился к специалистам, «любящим флотскую профессию в себе». По карьерной лестнице служба сама несла его, и он остался в доброй памяти сослуживцев, будь то подлодка и два автономных похода на ней, штаб Тихоокеанского флота и разведуправление Главного штаба ВМФ. Теперь каждое дело Виктор Школьник сравнивал с новым походом.

– Пообедаете, Виктор Николаевич? – спросил Абрамов, обменявшись с адмиралом рукопожатиями.

– Ты как еврей спрашиваешь. Пообедаю, конечно. И вина выпью, и ночевать останусь. Жарко! – Адмирал снял пиджак, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке, по-хозяйски устроился за столом капитана и автоматически провел рукой по поверхности, проверяя ее на пыль.

– Как долетели-доехали?

– Долетел хорошо, доехал плохо. Твой Веселовский пер по «дороге модернизма» как ненормальный. Я каждую минуту думал: сейчас на взлет пойдет, как Фантомас на своем белом «Рено». Сергей Соболь еще не умотал из отеля?

– Да нет, – ответил Абрамов. – Сейчас он в бассейне, наверное, или пиво пьет в ресторане.

– Неплохо устроился… Ты беседовал с ним?

– Несколько раз. – «По вашему же распоряжению», – мысленно дополнил Абрамов.

– Мы проверяли его по агентурным каналам, почти ничего не нарыли. Его родителям под семьдесят, живут в Израиле. Отец русский, мать еврейка. На пенсии, разумеется…

Адмирал осекся, увидев в приоткрывшейся двери Лолиту в стильном офисном платье.

– А, вот кто залетел к нам на камелек. – Школьник откинулся на спинку стула и нескромно прищурился. – Как смертный грех, черна, стройна, как балерина. В команду влюблена… Входи, чего стоишь в дверях.

– Я только поздороваться, Виктор Николаевич, – улыбнулась Лолка.

– Жаль, жаль. – К своему спичу, произнесенному нараспев, адмирал мог добавить: умна. Он контактировал с ней в одном деле, и ее агентурная работа оставила глубокие впечатления. – Удиви-ка меня обедом. Только учти – я уху ел из русалок. А таких, как ты, глотал живьем.

– Пусть принесут свиные окорочка и бутылку вина, – распорядился Абрамов, наслышанный о гастрономических пристрастиях шефа.

Оторвав фильтр от сигареты и пристроив ее в мундштуке, Школьник взял деловой тон.

– Я уже сообщал тебе о Вуди Стэнфорде. С 1993 года и по сей день он не прекращает контактов со шриланкийскими лидерами партий.

«Да… – Абрамов, сидя на диване, незаметно покачал головой. – Шефу не пришлось обуздать свое нетерпение. Куда он торопится?..»

Капитан для встречи с начальником выбрал полуофициальный стиль одежды: брюки, рубашка с коротким рукавом, испанские мокасины.

– Мы потянули эту ниточку и вот что выяснили, – продолжал Школьник. – В конце мая этого года Стэнфорд снова побывал в Шри-Ланке. Наши оперативники сумели установить пару контактов Стэнфорда с Гуджралом – помнишь, кто он?

– Да.

– В одном случае эти двое встречались в представительстве партии. Теперь по высокопланам. Судя по официальным рассылкам службы безопасности полетов мальдивского аэропорта, диспетчеры потеряли из виду высокоплан с бортовым номером 4296.

– Когда это случилось? – оживился капитан.

– 26 мая. – Адмирал открыл кейс и вынул рабочий блокнот. – Да, так и есть. Летный план этого борта был согласован с двумя аэропортами – мальдивским и шриланкийским. То есть мы выяснили имя летчика фактически из источников открытой информации. Это – Конрад Виланд, англичанин. Те же источники плюс уведомление авиастроительной компании «Хемфри» указывают на причину катастрофы обоих высокопланов. Все сходится. Этот якобы подводник исчез ровно в день первой встречи Стэнфорда и Гуджрала. На следующий день они снова встретились.

– Это ничего не доказывает.

– Но доказать нужно.

– Что именно, товарищ адмирал? – спросил Абрамов, предчувствуя ответ: «Это тебе и предстоит узнать».

– Пока что мы видим затылок преступных связей Стэнфорда и Гуджрала. Он густо оброс опийным маком и коноплей. Надо бы развернуть его лицом к свету, прежде всего, своими активными действиями, нестандартными ситуациями. Мы выйдем на него по его же ответным шагам. Выявим людей, завязанных в наркотрафике. Дело не в наших странах, дело в наших разведках, улавливаешь разницу?

Абрамов уловил окончание ультиматума, который всплыл в голове против воли: «…в противном случае мы обнародуем откровения секретного агента, который по заданию руководства убивал мирных граждан арабского происхождения».

– Мало доказательств…

– Но много поводов для международного скандала, – перебил адмирал.

– У нас лишь один инструмент по имени Сергей Соболь.

– А как насчет инструмента по имени Вуди Стэнфорд? – Адмирал вторично запустил руку в кейс и вынул конверт. Из него он достал фотографию и передал ее Абрамову со словами:

– Вуди Джеймс Стэнфорд.

Со снимка на капитана смотрел респектабельного вида человек. Лет тридцати пяти. Глаза темные, взгляд острый. Фото сделано в неформальной обстановке. Скорее всего, ножницы рецензента от разведки отсекли его собеседника.

– Нам необходимо зафиксировать его преступную деятельность и нанести превентивный удар. Речь идет о ликвидации лидеров наркодельцов. Часть опия с Мальдив попадает в Россию. Часть российских туристов – а они составляют до тридцати процентов всех отдыхающих на архипелаге – травится на мальдивских курортах. Угроза национальной безопасности не может быть слабой или сильной. Британская разведка почувствовала это на себе, когда снизила уровень террористической угрозы с «высокого» до «значительного». Террористы ответили серией взрывов в городском транспорте.