Группа особого назначения - Нестеров Михаил Петрович - Страница 43

Аксенов снова был вынужден подтвердить, что внимательно слушает Баженова.

– Да, с Усмановым они обошлись круто.

Баженов продолжил:

– С другой стороны, если разыскиваемый нами человек действительно имел прямое отношение к разведке, то поступил опрометчиво, вначале подкинув идею своему начальнику, а затем и написав на удостоверении если не свой адрес, то село, в котором он обитает. Но эта сторона многогранна. Руководитель боевиков «Щита» профессионал высокого класса. На его след нам пока выйти не удалось. Вернусь к покойному главе «Группы «Щит». Ясно одно, он смог подчинить себе человека в аппарате президента – факсимиле на указе о создании секретной федеральной структуры подлинное. Что это – шантаж, те же родственные связи – остается только гадать. Хотя главное, на мой взгляд, и это довольно широко практикуется спецслужбами, – работа с обширным компроматом. Под руководителя «Щита» попали высокопоставленные чиновники, фиктивные документы обрастали подлинными, так что со временем трудно было отличить настоящее от ложного. Но, во всяком случае, доподлинно установлено, что огнестрельное оружие агентами «Щита» ввозилось на территорию России легально. Вполне понятно, что у каждого агента имелось разрешение на хранение огнестрельного оружия и его применение.

Одно такое разрешение Аксенов видел своими глазами, когда в свое время знакомился с удостоверением агента «Группы «Щит».

– В списках жертв «Щита» есть журналист одной из московских газет. И вот что удивительно. Репортера убили несколько иным способом, нежели Елену Окладникову, но вот способ «заметания следов» совпадает во всех деталях: пропитанное горючей смесью полотенце, обмотанное вокруг лампочки. Совпадение? – спросил он у Аксенова.

Следователь покачал головой: вряд ли.

– Я тоже так думаю, – сказал Баженов. – Мы искали аналогичные примеры, нашли только один. Знаменитый самарский убийца Серябряков действовал подобным же образом: убивал свои жертвы, обливал полотенце одеколоном, наматывал на лампочку, включал свет. Но с той поры прошло четверть века, нет и Серябрякова, надеюсь, не будет и его последователей.

Да, о совпадениях говорить не приходилось. Значит, все-таки следы особого резерва «Щита» ведут сюда, в Новоград. О чем, словно размышляя вслух, и сообщил Баженову следователь прокуратуры.

Тот согласился с ним.

– В начале своего становления боевики «Щита» красиво и профессионально разобрались с несколькими криминальными авторитетами, ликвидировали пару влиятельных людей столицы, следы их преступной деятельности ведут и в другие крупные города России. На них висят не только убийства, но и похищения людей с целью выкупа. Поэтому очень важно, чтобы не просочилось ни капли информации. И я несколько обеспокоен, что материалы следствия стали известны постороннему лицу. Вдвойне – но не потому, что этот посторонний ваш родственник, а то, что он профи. Опять же нельзя не вспомнить про группу дискредитации и вербовки среди правоохранительных органов. Нет никаких гарантий, что боевики «Щита» до сих пор не пользуются услугами дискредитированных «коллег», закрученных ими в бараний рог. Я даже не исключаю и того, что разыскиваемый нами человек знает о моем приезде. Сотрудники «Щита» пользовались авторитетом и в подразделениях УВД: агенты спецслужб, собранные в одну группу.

На самом деле так оно и было. Группа особого резерва «Щита» состояла из профессионалов, почти все, как правильно заметил Баженов, агенты или бойцы спецслужб. Но и они допустили ошибку, когда дважды использовали один и тот же метод «заметания следов». И это не мелочь. Первое, что делает следователь, когда расследует убийство, ищет аналогичные случаи. И это подробно описано в учебниках следственных школ.

– Расскажите мне еще раз, – попросил полковник, – желательно, не упуская мелочей, об этом мальчике, Саше. Все, что вы знаете.

Аксенов пожал плечами и начал все с самого начала.

Баженов всерьез заинтересовался Николаем Кавлисом. Только что полковник РУОПа говорил о совпадениях с Аксеновым. А последний уверяет, что его брат обнаружил трупы совершенно случайно. Правда, определенную роль тут играет эта история с мальчиком, но как знать?..

Слушая, Баженов хмурился все больше. Агенты «Щита» очень изобретательные люди; вдруг история с беспризорником часть их игры? И кто эта женщина – Татьяна? Почему так внезапно совпали ее чувства и Николая? И именно Кавлис (и никто другой) обратил внимание на удостоверение на снимке. Он же обнаружил трупы, довольно легко определив место обитания беспризорника. Он же приютил его. Он же предложил идею о двойнике, чтобы показать фотографию в программе новостей. И еще – он бывший боец спецназа.

О совпадениях и случайностях говорить не приходилось. Поведение Кавлиса, если он как-то связан с «Группой «Щит», наводило на мысль о том, что готовится что-то серьезное. Практически «групповцы» всегда играли в открытую, и вот в Новограде они снова указывают на себя. Но в этот раз конкретно: мы здесь. Складывается такое впечатление, что они сошли с ума. Но сумасшедшие не в состоянии проделать то, что с успехом исполнил Николай и эта Татьяна. Плюс маленький актер.

Все это нагромождение случайностей давило на Баженова. Но когда он отбрасывал мысль о том, что история с мальчиком не ловкая игра, а имеет действительно житейские, чисто человеческие мотивы, все как бы становилось на свои места. Однако это «как бы» мешало…

Отсутствие логики в поведении Кавлиса – вот что мешало. Она отсутствовала в обоих случаях – «хороший» он или «плохой». Баженов просто представить себе не мог, что человек так вот запросто мог пойти на рынок, разыскать мальчика-бродягу и забрать его домой. Где основа его человеческого порыва? Неожиданная симпатия к женщине, которую он видел всего два раза? Неужели у него возникли столь сильные чувства к ней, что он сломя голову бросился «покорять» ее сердце таким неординарным способом?

Можно допустить, что он действительно только покорял, ничего более, потом мальчишка снова оказался бы на улице, но то была слишком мрачная версия. Не колеблясь, Баженов отбросил ее.

Он еще ничего не знает о самом Николае, о Татьяне, вскоре он с ними познакомится, попытается получить на руки досье на майора войск специального назначения Кавлиса и заняться его доскональным изучением, обращая внимание на даты проведенных им операций, будет искать всяческие совпадения. Если только в департаменте «А» откликнутся на их просьбу. Однако при помощи генпрокурора, вернувшего дело на доследование, такие данные можно получить.

Много работы… Очень много. В центре пока стоит «плохой-хороший» Кавлис. Опытный сыщик Баженов, пока не увидит его лично, не сможет даже предварительно склониться в сторону того или иного условно звучащего понятия. Но большой шаг сделает, когда посмотрит бывшему майору в глаза. Полковник знал цену первому впечатлению, в большинстве случаев оно его не подводило. И опять же дело не в симпатиях или антипатиях. Бывало, что и отталкивающая внешность со схожим состоянием души сразу выдавала ответ: этот не мог совершить данного преступления. И наоборот.

Аксенов тоже предался размышлениям. Его интересовал один важный, на его взгляд, момент. Коли «Группа «Щит» прекратила свое существование, а некоторые ее члены осуждены или находятся в розыске, то почему в таком случае Толкушкин не уничтожил свое удостоверение? Ведь оно прямо указывало, что его обладатель – преступник.

На этот вопрос следователь нашел только один ответ, который характеризовал Толкушкина с положительной стороны, хотя был до некоторой степени странным: Виктор сохранил удостоверение на случай ареста. Для хорошего адвоката это серьезный аргумент охарактеризовать своего подзащитного с положительной стороны. Да, он совершил тяжкие преступления, но сохранил документ; терзаясь, он каждую минуту готов был явиться в милицию и сознаться в совершении преступления; он рисковал, и этот риск выглядит благородно.

Подобные речи адвокатов действуют на присяжных заседателей соответствующим образом.