Диверсанты из инкубатора - Нестеров Михаил Петрович - Страница 17

– Что это? – не поняла Дикарка.

– Большинство владельцев отелей не отличат русский язык от хорватского. В маленькой гостинице администратор с благодарностью примет небольшой презент – хорватские резные изделия из дерева. На вопрос «Что это?» вы ответите: «Дрвэнэ резбарийтэ». Похоже на русский, правда?

Иво Фалкони сложил сувениры в пакет и, прощаясь, сказал:

– Хорватские документы внизу. Там же найдете талоны, которые скажут проверяющим о том, что вы прибыли из Хорватии на «Ракете». И в этой связи мне понадобятся ваши российские паспорта, чтобы вы прошли паспортный контроль по истечении вашей командировки. Остальные инструкции получите у вашего резидента. – Приняв паспорта, Иво откланялся: – Счастливого путешествия.

Глава 11

Первичные данные

Агенты остановили свой выбор на локанде – маленькой дешевой частной гостинице, расположенной на окраине Равенны. Она была рассчитана на восемь постояльцев – два двухкомнатных номера и один четырехместный.

Клиентов встречала итальянка лет девятнадцати, одетая в сарафан с откровенным вырезом.

– Вам удобно остановиться в четырехместном номере? – спросила она на ломаном английском. – Расположение комнат по типу распашонки. Только он один пустует сейчас.

– Почему нет? – ответил Наймушин. – Как вас зовут?

– Андреа Аньелли.

– Вы владелица этой локанды?

– Почему нет? – улыбнулась девушка, невольно передразнивая гостя. Потом наигранно вздохнула. – Вообще-то, владеют гостиницей мои родители. Но их сейчас нет. Они в Катманду, в базовом лагере. До вершины Эвереста, конечно же, не доберутся, но раз в год они ловят кайф в Гималаях. Я уже второй сезон справляюсь без них и мысленно желаю им… ступить на отметку 8848.

Она улыбнулась, принимая хорватские сувениры. Разглядев, пообещала поставить их в гостиной. А пока что оставила их на стойке.

– Прошу.

Гости прошли вслед за молоденькой хозяйкой. Она открыла дверь, ключ положила в карман сарафана. Первым делом распахнула шторы, и комнату залил яркий солнечный свет.

– Я сама готовлю, убираю комнаты. Замена полотенец раз в три дня, смена белья раз в неделю, – перечисляла Андреа, разгибая пальцы. – Здание одно, так что я живу с постояльцами под одной крышей. В номере есть кровати, умывальник, зеркало. Телевизор, холодильник, ванная комната и туалет на этаже. Берете номер?

– Как насчет дорожных чеков? – спросил Михей.

– Было бы неплохо… если бы вы сами обналичили их. – Андреа выдержала многозначительную паузу.

– В таком случае рассчитаемся вечером.

– Располагайтесь. Хотя наш отель работает по принципу «постель и завтрак», я обычно предлагаю обед, ужин. Если хотите, я накрою стол здесь. Можно пообедать в столовой. Обед классический: паста, жареная курица, овощной салат, сыр, столовое вино. К сожалению, заказы на индивидуальные блюда я не принимаю. Но есть отличный выход: в двух шагах недорогой ресторан с широким выбором блюд.

– У вас есть гараж?

– Да. А вы что, приехали на машине?

– Мы бы хотели оставить там велосипеды.

– Ничего не понимаю. – Андреа мотнула головой. – Вы приехали на велосипедах?

– Спустились с гор, – вставил Скоблик.

Михею пришлось еще раз объясниться с хозяйкой.

– Поняла, – быстро покивала она, поправляя локон, упавший на лоб. – Нет проблем. Вы надолго задержитесь в нашем городе?

– Во многом это будет зависеть от вас, – улыбнулся Михей.

Итальянка также ответила ему улыбкой. Ей не хотелось терять клиентов, и она сказала:

– Вам необязательно ехать в Лацио. Здесь кругом горы и предгорья с красивыми и сложными маршрутами. – Она говорила о регионе Эмилия-Романья, который простирается от Адриатического моря через Апеннинские горы почти до Тирренского моря, отделяя материковую часть Италии от районов на Апеннинском полуострове.

– Мы подумаем.

Хозяйка положила ключ на стол и оставила новых постояльцев одних.

Тамира не преминула подковырнуть товарища:

– Во многом это будет зависеть от вас? Мы подумаем? Запал на торпедный катер? – Дикарка намекнула на высокую грудь итальянки.

– Ревнуешь?

Дикарка, прежде чем ответить, неподдельно вздохнула:

– Знать бы что это такое… Не могу сказать, что ты лучший из всех, с кем я спала. До шестнадцати лет меня продавали сутенеры, сама продавалась. В «Инкубаторе», кроме тебя, у меня никого не было. А жизнь после «Инкубатора» длится всего третий месяц. Я еще толком не жила, Михей, поэтому не знаю, ревную я тебя или нет.

Скоблик послал командиру месседж глазами: «Получил?»

После обеда Михей возобновил разговор с Андреа Аньелли.

– Я спрашивал про гараж…

– И даже успели побывать там. – Полчаса назад она сама проводила клиентов в гараж, показала стол, напоминающий верстак, где они могли подремонтировать велосипеды, воспользовавшись инструментами. Гараж оказался просторным. Там свободно разместился старенький «Фиат», мастерская, два ряда стеллажей, нашлось место и для маунтинбайков.

Михей кивнул:

– Да. И я хотел поговорить о машине. Мне восемнадцать. А в вашей стране…

Андреа поняла его и остановила жестом руки; он сносно говорил по-английски, но делал паузы, подбирая слова и выражения.

Аренда машины в Италии разрешается для людей в возрасте двадцати одного года или старше, а в некоторых компаниях нижний возрастной предел был поднят до двадцати трех лет и при наличии стандартного набора идентификационных и платежных документов: внутренний и заграничный паспорта, водительские права и банковская кредитная карта.

За «Фиат» вряд ли дадут даже двести евро, но он был на ходу, прикинула Андреа.

– Согласны заплатить залог сто плюс двадцать пять евро в сутки?

Они ударили по рукам.

Вечером парни поставили на крышу «Фиата» багажник. Все три велосипеда в сложенном состоянии свободно уместились на нем.

Скоблик долго смотрел на машину.

– Где-то я видел такую.

– «Копейку» не узнаешь? – рассмеялся Наймушин. – В Италии «Фиат-124», у нас – «ВАЗ-2101».

Оставив гостиницу, они совершили прогулку по городу.

Наймушину казалось, он уже был здесь. Наверное, причина крылась в подробном рассказе полковника Матвеева о Равенне, о причинах, по которым генерал Фокин остановил выбор на этом городе.

Когда-то первый римский император Август выбрал это место на побережье Адриатического моря для создания большого порта на двести пятьдесят военных кораблей. Укрытая в устье реки По, Равенна стала столицей империи, затем, завоеванная варварами, пришла в упадок. Наконец береговая линия отступила на семь километров, и город остался в стороне от торговых путей, вдали от основных исторических событий, зато сохранил тишину, уют.

Равенну, насчитывающую чуть больше девяноста тысяч жителей, трудно назвать современным городом. Старое не разрушали, а строили рядом новое.

Оперативные данные говорили о следующем. Генералу Фокину предоставили жилье в новом доме, спроектированном в стиле испанской миссии. После его заявлений о намерении разоблачить высших военных и политических чинов его временно поселили в двухэтажную виллу – с портиками, смотрящими друг на друга и образовывающими просторный двор, размером с теннисный корт, с именем собственным – Тичино. С другой стороны, это строение было похоже на тюрьму; и новый взгляд на генерала: он заковал себя здесь.

Когда-то этот комплекс строений, объединенных в единое целое, был гостиницей, а ее просторные подвалы служили винными погребами. Ее владелец был упрятан за решетку за неуплату налогов; не прошло и года, как он скончался в тюрьме от сердечного приступа. Наследников у него не оказалось, и контрразведка Италии опередила местную мафию и завладела виллой. Она стала одной из «дач» контрразведки, называемых резиденциями.