Надежды и муки российского футбола - Мильштейн Олег Александрович - Страница 164

А что касается всех негативных вещей в сегодняшнем футболе и спорте вообще, то тут я опять же основываюсь на марксизме, в который верю, потому что он полностью вытекает из Библии: в основе всего лежит удовлетворение материальных потребностей. Кому-то выгодно, чтобы был массовый психоз, кому-то – чтобы был повод напиться, подраться, поорать, то есть спорт, футбол эксплуатируются не только дельцами от профессионального спорта, но и колоссальным количеством других людей, которые используют спорт как средство удовлетворения своих карьерных, политических и других потребностей. Никакая деятельность (согласно тому же марксизму) не возникает произвольно – она возникает только как средство удовлетворения потребности человека и общества. Так вот если подойти к спорту с позиций необходимости его появления, то потребность в спорте была продиктована только необходимостью быть максимально сильными. Именно максимально. Слово «максимально» вообще неотрывно от понятия «спорт». Там, где нет максимума, спорт исчезает. Максимально – почему? Потому что если ты не максимально превосходишь всех, то всегда найдется более сильный, чем ты, тот, для кого ты станешь рабом.

Все дело в том, что максимальное развитие человека, приближение к Богу, богоподобие во всех направлениях может быть использовано не для человека, не для его совершенствования, а для других потребностей. Спорт в целом и футбол в частности великолепно могут решать политические, идеологические и другие задачи, поэтому их охотно используют для подготовки киллеров, для демагогии в предвыборной борьбе, для борьбы за мир – для чего хочешь. Но это все неспецифические функции спорта, это все побочное использование спорта как эффективного средства влияния на сознание людей. Вот вам блестящие примеры использования спорта из истории олимпийского движения: с одной стороны, как средство воспитания патриотизма (в Америке), с другой – как средство воспитания расовой ненависти и пренебрежения к другим народам (у Гитлера в его Олимпиаде 1936 года). Футбол в данном случае ничем не отличается от любого другого вида спорта: можно воспитать патриотизм, национальную гордость, национальный характер, а можно – национализм, шовинизм, ксенофобию, психоз… Это совершенно верно. И когда-то это стало для меня прямо ударом.

Я понимал, что советский спорт воспитывает в людях чувство национального единства: мы восхищаемся победой какого-нибудь чеченца в соревнованиях по борьбе и точно так же приветствуем, скажем, Ольгу Корбут из Белоруссии или какого-нибудь эстонца. Но вот конец восьмидесятых годов, начало перестройки – едет московское «Динамо» (или ЦСКА, я уж не помню) в Киев на матч с украинской командой. Собирается чуть ли не 80 тысяч болельщиков, и все дружно скандируют: «Бей москалей! Бей! Бей! Бей москалей!» – и так всю игру. И там действительно были попытки… разбили стекла в автобусах… Вот, пожалуйста, социалистическое государство – даже не надо Гитлера вспоминать.

Можно ли с помощью футбола целенаправленно манипулировать массовым сознанием и поведением людей? Я думаю над словом «массовое». Здесь все зависит от ситуации, от напряженности ситуации. В спокойной жизни манипулировать можно разве только отдельными группами, но в экстремальных ситуациях, когда все уже на грани жизни и смерти, – тогда можно. Очень хороший пример: футбольный матч в осажденном Ленинграде между двумя армейскими командами. Он имел колоссальное значение и очень сильно повлиял на массовое сознание умирающих в блокадном городе ленинградцев. Это мне рассказывали люди, слушавшие репортаж об этом матче, – две мои сестры, которые пережили всю блокаду от первого до последнего дня, голодали, потеряли близких… они говорили, что этот матч вдохнул в них столько сил, что захотелось жить. Как исполнение «Ленинградской» симфонии Шостаковича, который, кстати, был фанатичнейшим болельщиком футбола. …А игра киевского «Динамо» с командой нацистов под дулами пулеметов в оккупированном Киеве и ее трагический конец?

Способствует ли футбол формированию мифов в массовом сознании? Например, можно ли с помощью футбола формировать такие мифы: об индивидуализме или коллективизме народа или нации, о личном выборе индивида, о нейтралитете личности и общества, о низменной природе человека, о сверхчеловеке? Здесь нужно сказать, что основы совершенствования человека, о котором мы уже поговорили, которые есть смысл спорта, – это наличие мифов в сознании людей. Миф о Боге – да, это миф. В классическом определении. Любая вера во что-то – это миф. То же самое в футболе. Мифы в футболе нужны обязательно, но само понятие мифа индивидуально: оно зависит от ситуации, от особенностей психики, от сиюминутного состояния человека и многого другого. В психологии (да и в социологии) совершенно четко установлено, что в дни обострения жизненных условий и жизненных ситуаций повышается количество верующих: люди, которые были абсолютными атеистами, начинают верить в Бога. Значит, миф просто необходим человеку. Для того чтобы жить.

Относительно того, способствует ли футбол созданию у людей целостного представления о мире и мироздании, целостного восприятия мира. Я думаю, что футбол имеет к этому некоторое отношение, но только в узком значении и очень косвенно. Это вопрос философский, это не обыденный вопрос. Если человек в своей жизни сталкивается с какой-то философской проблемой (о сущности и нравственных основах бытия, о честности и нечестности, о прекрасном и безобразном – в частности, можно ли принимать такой иезуитский лозунг, как «цель оправдывает средства»), – если человек озабочен такими вещами, то и футбол может быть моделью, на которой проверяется истинность его убеждений. Большинство людей, размышляющих над такими философскими проблемами, имеют какую-то свою концепцию, но среди всех этих людей только очень маленькая, микроскопическая часть («шизофреники»!) могут принимать во внимание существующие точки зрения и свой прошлый опыт. Для них это составляет объективную данность. Подавляющее же большинство исследует окружающий мир для выяснения философских истин, увы, только ориентируясь на свои взгляды, на личный эмпирический опыт. Такие люди принимают все, что согласуется с их взглядами, и моментально отсекают все, что не согласуется, что опровергает их установки.

Можно ли говорить о какой-то особой философии футбола? Их много, особых философий футбола. Есть философия, которая говорит, что футбол – это одно из самых благодатных пространств для формирования бо-гоподобия человека. Вторая философия: футбол – это очень благодатное поле для извлечения больших прибылей… Футбол – это настолько богатая по своему содержанию деятельность, что она даст аргументы в пользу любой точки зрения, любой жизненной философии. Какая у меня философия жизни, так я невольно, подсознательно воспринимаю футбол.

Отсюда: какова философия нашего российского футбола сегодня? Мне очень трудно отвечать на этот вопрос, потому что для меня этот вопрос звучит так: первое – что такое футбол для зрителя, второе – что такое футбол для футболиста, третье – что такое футбол для футбольного менеджера любого ранга. Для них для всех футбол – разное. Но все получают свое – то, чего хотят.

Зритель: один хочет почувствовать себя таким же, как Пеле – все могу; другой хочет, чтоб его команда выиграла и поэтому благословляет любое – честное, нечестное, какое угодно – действие для выигрыша, его философия: цель оправдывает средства; третий хочет на футболе заработать как можно больше: «Ты за что больше платишь, за проигрыш? Значит, мы проиграем!».

Футбол для России сегодня – это то же самое, что сама Россия сегодня. В России 95 процентов нищих и 5 процентов мультимиллионеров и миллиардеров. Для нищей России футбол сегодня – это средство забыть о том, что ты нищий, хотя бы на два часа, пока сидишь на стадионе или у телевизора. Ну, а для мультимиллионера это средство выстраивания вокруг себя каких-то заградительных конструкций – и для этого он становится спонсором, еще чем-то. Думаю, что футбол для Бразилии сегодня то же самое. А для Германии, для Италии, для Испании, где совершенно другой экономический уровень и уклад жизни, другое качество жизни, – там к футболу другое отношение.