Спящий дракон - Мазин Александр Владимирович - Страница 137

– Ты взял меч, сделанный отцами наших отцов! – провозгласил туринг.– Ты удостоен! Бессмертен меч сей. И сила богов, заключенная в нем, бессмертна. Твой род, Данил, сын Асхенны, да будет так же бессмертен и неизменен, дабы хранить его вечно! Нет магии, что сможет опутать сына рода твоего, сжимающего сей меч. Сила богов, живущая в мече, охранит твою волю и твою руку, а рука да свершит остальное! Я, туринг Свант Улайвсон, говорю: ты, сыновья твои, сыновья сыновей твоих – друзья наши по крову и крови! Будет так!

– Я, Данил, сын Асхенны, говорю: будет так!

Данил-Санти вскидывает меч над головой, и в третий раз ударяет гром.

Вагар поворачивается и идет к своим, а затем все серое войско спускается с холма к реке, где, удерживаемые якорями, подняв прямоугольные серые паруса, стоят вагарские дракены.

Весла вспенивают воду, и дракены скользят вверх по реке. Санти вкладывает меч в ножны и поворачивается к войску…

Санти лежал на животе, подперев ладонями подбородок, и задумчиво глядел на Ронзангтондамени потемневшими изумрудными глазами. Он только что закончил говорить и теперь просто смотрел на озабоченное лицо Женщины Гнона.

– Это все? – спросила она.

– Ты теперь знаешь столько же, сколько и я,– сказал юноша.– Ты все еще хочешь помочь?

Лицо Ронзангтондамени окаменело.

«Ты ее оскорбил!» – пришла мысль Этайи.

– Я не уверен, что ты сможешь помочь, и я совсем не хочу принести тебе беду, Ангнани! – быстро сказал юноша.– Мне ведь не безразлично, что с тобой будет! Позволь мне не жалеть о том, что я тебе все это рассказал!

– Он прав, Генани, сестра! – подтвердила Этайа. И, мысленно, Санти: «Молодец!»

Ронзангтондамени посмотрела на нее, потом снова на Санти. Она думала. Но недолго. Урнгрийка подняла руку и выпятила нижнюю губу.

– Я – Женщина Гнона! – надменно сказала она.– Через четыре часа здесь будет триста всадников! А через двенадцать часов – тысяча. А если этого мало – десять тысяч! У меня достаточно сестер в Урнгуре!

– Но в твоем селении меньше мужчин…– начала Этайа.

– Я отзову их из Королевских хогр! То же сделают и другие! – Она хлопнула в ладоши. Появился слуга.

Ронзангтондамени бросила ему несколько слов на урнгриа. Брови слуги полезли на лоб, но он кивнул и вышел.

«Она сделала это»,– сообщила Санти Этайа.

– Через четыре часа у тебя будет триста солдат! – заявила урнгрийка.– Что еще?

Свист рассекаемого крыльями воздуха заставил их посмотреть вверх.

Над домом кружил бронзовый дракон. Он опускался. Широкие треугольные крылья гнали ветер, от которого заговорила листва на фруктовых деревьях. Вытянув когтистые лапы, дракон искал место, чтобы сесть. Крыша дома не казалась ему достаточно прочной. Глаза Санти вспыхнули: он никогда не видел дракона вблизи.

Наконец бронзовый решился, замахал крыльями и вцепился когтями в загнутый край крыши. Край выдержал. Дракон, наклонив голову, оглядел сидевших внизу людей, потом опустил одно крыло, свесив его почти до самой земли, и по нему скатился мальчишка. Он упал на спину в мягкую поросль клумбы. Дракон толкнулся вверх и, часто ударяя крыльями воздух, стал подниматься в небо.

Мальчишка вскочил, отряхнулся и отвесил поклон:

– Я – Гестион! Приветствие! – воскликнул он.– Учитель послал меня!

– Приветствие и тебе, летающий на драконах! – быстро оправившись от удивления, сказала Ронзангтондамени.– Ты – маг?

– Ученик мага! – вмешался Этайа.– Иди к нам, дружок! Что сказал тебе Учитель?

– Он сказал… Можно я сяду?

– Садись.

– Он сказал: Прекрасная из солнцеволосых! Помоги!

– Больше ничего?

– Только это.

– Где он сам?

– В западных горах. Так он сказал.

– О чем он? – спросил Санти.

– Он – ученик Троя-Странника. Просит помочь Нилу. И прислал дракона.

– Дракона? Почему же ты тогда отпустил его? – обратился Санти к мальчику.

– Я его не отпускал! Он сам улетел! – недовольно ответил Гестион.

– Не тревожься! – сказала фьёль.– О драконе сказал сам дракон. Это я отпустила его. Если я позову, он придет. Но я не позову.

– Почему, Этайа?

– Я не могу вмешиваться,– Санти показалось, что он уловил в голосе фьёль сожаление.– Чтобы не пробудились другие.

– А я? – спросил Санти.– Я – могу?

– Ты можешь. Но это не твое. То, что ждет побежденного,– хуже смерти! – И мысленно: «Это не шутка, Туон! Твое будущее сейчас – как круги на воде. Я боюсь за тебя, Туон!»

Санти заколебался. Обе женщины смотрели так, словно от его решения зависела их жизнь. Но ни одна не взялась бы ответить за него.

– Этайа, ты знаешь, где Нил?

– Да. На одном из верхних уровней Дома Сирхара! – мысленно она показала ему место.

– Дракон! – сказал юноша.– Позови дракона! Я смогу управлять им?

– Я смогу! – торопливо проговорил Гестион.

Он один не сомневался в выборе Санти. Потому что был всего лишь на полдесятка лет младше юноши.

– Позови дракона, Этайа!

– Санти! – с мольбой в голосе сказала Ронзангтондамени.– У меня только восемь телохранителей! Подожди четыре часа!

«Этайа, покажи мне Нила!»

«Только его глазами».

«Как можешь!»

«Смотри!»

– Я не буду ждать!

– Поднимайтесь на крышу! – сказал Этайа.– Я позвала дракона!

– Сирхар!

Ди Гон обернулся так резко, что отшатнувшийся жрец едва не упал.

– Я приказал не беспокоить меня в Храме! – рявкнул колдун.

– Но, сирхар, ваша… Приближенная Королевы! Она настаивала! Она велела передать: к дому Женщины Гнона уже дважды прилетал бронзовый дракон!

– Тысяча демонов! Почему не доложили сразу?

– Я… Мы… Мы боялись, сирхар!

– Дурак! Впрочем, нет, все правильно. Я доволен! – Он похлопал по щеке окончательно растерявшегося жреца.– Проследи, чтобы все было готово к Приношению! – И поспешил к выходу из подземелья.

Дракон мягко опустился на плоскую крышу Дома Сирхара, спугнув обосновавшихся здесь ургов. Разжиревшие падальщики с недовольным шипением снялись и закружились над драконом и теми, кого он принес.

Гестион спрыгнул на обшитую железом крышу.

– Как мы попадем внутрь? – спросил он.

– Я, а не мы! Ты останешься здесь! – Санти внимательно разглядывал поверхность крыши, ища люк.