Год 1942 — «учебный» - Бешанов Владимир Васильевич - Страница 108

Не менее интересно расположил войска на указанных ему позициях и принявший командование 64-й армией генерал Гордов. [478] Почти целая дивизия из состава первого эшелона была выделена в передовые отряды на удалении от главных сил на 40-50 км, не имея ни артиллерийской, ни авиационной поддержки. Основную полосу обороны на западном берегу Дона от Суровикино до Верхне-Курмоярской заняли 4 стрелковые дивизии, 154-я морская стрелковая и 121-я танковая бригада. Остальные свои силы Гордов оставил на восточном берегу Дона и реки Мышковка, лишив армию второго эшелона и резервов.

В дополнение к этому противник непрерывно фиксировал все передвижения советских войск, его разведывательные самолеты подолгу кружили над позициями, а

«…мы не могли вести с ними борьбу, потому что в армии не было зенитной артиллерии, а истребители воздушной армии фронта были заняты на другом участке фронта».

Если взглянуть на сложившуюся диспозицию с высоты птичьего полета, то невольно хочется спросить, а какие такие важные участки имелись еще на Сталинградском фронте, где так сильно были заняты истребители воздушной армии генерала Т.Т. Хрюкина?

Штаб фронта, как раз совсем наоборот, о противнике не имел ни малейшего представления — разведывательная авиация, по-видимому, тоже действовала «на другом участке». Свидетельством этому служит хотя бы приказ, полученный Гордовым и Чуйковым 22 июля: направить по правому берегу Дона к станице Цимлянской 66-ю морскую и 137-ю танковые бригады и нанести удар по переправляющейся там «группе войск противника». При сосредоточении сил и переправе через реку, экспериментальным путем выяснилось, что мост у Нижне-Чирской (но какова рекогносцировка!) не выдерживает веса тяжелых и средних танков. В итоге ушла в ночь бригада моряков и мотострелковый батальон в сопровождении 15 танков Т-60 с задачей «ударом во фланг и тыл уничтожить» ни много ни мало… 4-ю танковую армию Гота.

В этот же день произошла смена командующих Сталинградским фронтом. [479] На место загубившего все дело Тимошенко Сталин назначил генерал-лейтенанта Гордова. Качество управления и руководства боевыми действиями от этого ничего не выиграло. По мнению подчиненных Гордова, он

«не обладал тогда опытом крупного военачальника. К сожалению, это представление подтвердилось в дальнейшем… Гордов, конечно, старался делать все, что мог. Но задача была ему не по силам».

Генерал к тому же отличался крайне неуживчивым характером и тоже, как и многие другие советские генералы, был «горячий человек». Н.С. Хрущев так охарактеризовал нового командующего:

«…недостаток его заключался в грубости. Он дрался с людьми. Сам очень щупленький человечек, но бьет своих офицеров».

Впрочем, в глазах Сталина рукоприкладство как раз являлось не недостатком, а свидетельством «твердости руководства» и поощрялось Верховным.

Маршал же Тимошенко еще долго и плодотворно служил на благо Отечества. Новых званий ему уже не полагалось, но свою долю полководческих орденов он получил. Однако Звезду Героя за Отечественную войну Сталин ему не дал, не счел необходимым.

Согласно постановлению ЦИК СССР от 16 апреля 1934 года Золотая Звезда Героя Советского Союза являлась высшей степенью отличия и присваивалась «за личные и коллективные заслуги перед государством, связанные с совершением геройского подвига». Первыми удостоились этой награды 7 летчиков, участвовавш их в спасении челюскинцев. Вскоре к ним присоединились знаменитые на всю страну летчики-испытатели и участники дальних перелетов — М.М. Громов, В.П. Чкалов, Г.Ф. Байдуков, А.В. Беляков; первые женщины-летчицы — В.С. Гризодубова, П.Д. Осипенко, М.М. Раскова. Это были подвиги мирных дней. Затем были Хасан, Испания, Халхин-Гол и Зимняя война, за которую получил свою Звезду и Тимошенко. [480] Основу первого потока героев Советской страны составляли, как правило, летчики, танкисты, пехотинцы, офицеры младшего и среднего звена, одним словом — люди поля боя. В послевоенное время в СССР главными героями стали космонавты и генералитет.

18 февраля 1965 года маршал Тимошенко получил-таки свою вторую Золотую Звезду. Какой же «геройский подвиг» совершил 70-летний инспектор Министерства обороны? Да просто у него юбилей, вот дожил, в отличие от миллионов своих подчиненных, поэтому и достойная награда с формулировкой «за заслуги перед Родиной и Вооруженными Силами СССР».

Идея получать Звезду Героя «за заслуги» понравилась нашим полководцам. Со временем она стала штатной» в комплекте наград советских маршалов. Сталин умер. Бывшие сталинские «соколы», «боги войны», «цари полей» перековались в верных хрущевцев и объявили на весь мир, что Верховный, оказывается, воевал по глобусу. Разве мог он оценить по достоинству их стратегические таланты и безмерные заслуги? И вообще, одна Золотая Звезда на целом маршале — как-то даже несолидно смотрится. И вот, заняв высшие посты в государстве и армии, бросились наверстывать упущенное, не понимая своим начальственным умишком, что выглядят смешно и стыдно.

Вторую Звезду «за заслуги перед Родиной» получили маршал Малиновский и маршал Москаленко.

Генерал Гречко за время войны геройского звания «по ошибке» не удостоился. Но вот в 1955 году он стал маршалом — и пожалте: в 1958 году награда нашла героя, а в 1973-м — вторая. А как красиво звучит: «советский партийный, государственный и военный деятель, полководец, министр обороны СССР, Маршал Советского Союза, дважды герой Советского Союза Гречко Андрей Антонович».

Не имел среди своих многочисленных ореденов Золотой Звезды и генерал Ротмистров, но стоило ему стать главным маршалом бронетанковых войск — и дело и шляпе. [481]

Не проявил Сталин справедливости и по отношению к самым первым, самым «народным маршалам» образца 1935 года. Пришлось, похоронив Великого Пахана, наверстывать упущенное: Ворошилов стал дважды Героем Советского Союза, а Буденный — трижды. Последний свой «геройский подвиг» Семен Михайлович совершил в 85-летнем возрасте.

Маршалы Конев, Крылов, Рокоссовский, Катуков, Якубовский, Чуйков, Кошевой свои две Звезды заработали во время войны. Больше им «по штату» было не положено.

В самом начале этого чудного периода еще в силе был самый-самый выдающийся из маршалов — Г.К. Жуков. Ему и звезд полагалось больше, чем остальным. В 1956 году Георгий Константинович, трижды герой, стал Героем Советского Союза в четвертый раз — «за выдающиеся заслуги перед КПСС и советским народом». Впрочем, заслуги действительно были. Не каждый решится сбросить атомную бомбу на собственную армию.

Апофеозом этой комедии самонаграждений стало вручение в мирное время четырех геройских Звезд (высшая степень отличия), ордена «Победа» (высшая полководческая награда, ввиду отсутствия наличия, пришлось позаимствовать орден покойного Василевского), именного Золотого оружия (высшая награда гражданской войны) маршалу Л. И. Брежневу — вот величайший полководецXXвека!

В совокупности 35 советских маршалов, не считая маршалов родов войск и генералов армий, стали Героями Советского Союза 56 раз, из них «за войну» — 30 раз, остальное — «за заслуги».

22 июля 1942 года сменилось командование Сталинградского фронта.

На следующий день началось наступление 6-й немецкой армии, которая ввиду возросшего сопротивления советских войск была значительно усилена. [482] 19 июля в нее был включен 14-й танковый корпус под командованием генерала фон Витерсгейма, а 20 июля — возвращен 51-й армейский корпус генерала фон Зейдлица. 22 июля в распоряжение командования 6-й армии была передана из резерва одна охранная дивизия, а действовавшая на левом фланге 75-я пехотная дивизия передана во 2-ю венгерскую армию. После всех перегруппировок в 6-й армии насчитывалось восемнадцать дивизий, в том числе одна танковая и две моторизованные — по советским данным, около 250 тыс. человек, 7500 орудий и минометов, 740 танков. Бог знает, откуда взялось столько танков? Непосредственно на Сталинградском направлении против советских 62-й и 64-й армий первоначально действовали 9 дивизий, а с 25 июля — 12, плюс еще 150 танков. Почти через 60 лет после описываемых событий было официально признано, что с 23 по 31 июля 270 тысяч немецких солдат, имея 3400 орудий и минометов и 400 танков, атаковали 540 тысяч при 5000 орудиях и 1000 танков. До этого неизменно утверждалось, что противник имел тройное превосходство.