Спектр - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 84

– Чьи катаклизмы? – в лоб спросил Мартин. – Кто нанесёт удар?

Юрий Сергеевич вздохнул:

– Да если бы мы знали… Все задействованы… и наши доморощенные эксперты по внеземным цивилизациям, и теологи всех конфессий… Да, мы не сбрасываем со счёта и вариант божественного вмешательства! «Вавилонская башня-2», так это проходит в отчётах.

– И что говорят служители Божьи? – заинтересовался Мартин.

– Да ничего толкового. Протестанты нынче почти как буддисты… уверены, что Бог есть, но ничем себя не проявляет и потопов не устраивает. Католики вроде как освоились, даже крестят Чужих, если слышал… вон, в Ассизи устроили совместное богослужение с геддарами и локс-о… Мусульмане – вот те крепко стоят, все Чужие – порождение шайтана…

– А наши, православные?

– А наши до сих пор толком ничего не решили. В Библии туманно, у Святых Отцов прямых указаний не имеется… В общем, единая политика не выработана. – Юрий Сергеевич усмехнулся. – Нет, по большому счёту все они едины в одном – исчезли бы Чужие, и хорошо. Объявили бы их визиты дьявольским наваждением…

– Иудеи? – с надеждой спросил Мартин. Как человек чистокровно русский (до самого татаро-монгольского ига), он твёрдо верил, что уж евреи-то не подкачают, обязательно сведут всё к разумной и удобной форме.

– Евреи нормально, – вздохнул Юрий Сергеевич. – Объявили всю инопланетную пищу кошерной, к Чужим относятся ровно и дружелюбно, торгуют и готовятся к переселению на другую планету…

– Что, все сразу? – охнул Мартин.

– Ага. Неужели не слышал? Выбрали себе незаселённую планету, по всем показателям – не самую хорошую… это уж потом выяснилось, сколько на Ханаане скрытых достоинств, сколько платины и урана в недрах, насколько урожайна почва… Половину Иерусалима собираются перевезти. И даже слой почвы со всего Израиля – толщиной десять сантиметров.

– Невозможно! – заявил Мартин, представив себе длинную вереницу израильтян, входящую в иерусалимскую Станцию с древними кирпичами, камнями и мешками землицы за спиной.

– У них писателей-то много, оплатят, – предположил Юрий Сергеевич. – Ладно, что уж теперь вздыхать? Пусть антисемиты рыдают, им через десять лет разве что вешаться и останется. Суть в том, что теологи нам не в помощь. Даже самые разумные из них. Нет информации, понимаешь?

– Тогда оставим версию божественного вмешательства в стороне, – предложил Мартин. – Просто – иная раса. Продвинувшаяся по эволюционной лестнице дальше ключников.

Юрий Сергеевич кивнул:

– Видимо. Ведь кто такие ключники? Образчик коллективно-индивидуального разума.

Мартин только клацнул зубами и торопливо налил себе коньяка.

– Да, да… – участливо кивнул Юрий Сергеевич. – Неужели ты сам не понял? Сказанное одному из них становится общеизвестной информацией. Причём мгновенно. Проверяли… В то же время ключники сохраняют индивидуальность… если отвлечься от стандартных фразочек, которыми они всех приветствуют, то различия вполне уловимы. Наши психологи не зря свой хлеб едят… уж можешь поверить.

– Они и думают вместе? – спросил Мартин.

– А кто их знает? Видимо, в случае необходимости могут. Но как это происходит… сливаются ли их сознания в сверхразум, или происходит что-то вроде чудовищного по масштабам брифинга… Не знаю. Тут сложнее. Но как бы далеко ключники ни ушли от нас, они всё же сохранили индивидуальность… а значит, в какой-то мере – человечность.

– А дальше? Единый разум?

Юрий Сергеевич развёл руками:

– Возможно. Разумеется, даже если эта сверхразумная раса и обладает безграничными возможностями – богом она не является по определению. Бог должен быть началом и концом всего. Творцом Вселенной.

– Если поверить дио-дао… – предположил Мартин.

– Неопределённый бог? – кивнул Юрий Сергеевич. – Ну, как вариант. Или как грубая аналогия, которой мы можем руководствоваться. Но нам забегать так далеко вперёд не стоит. Помрём – увидим. Давай думать просто о непредставимо могучем сверхразуме, который ожидает от всех окрестных цивилизаций подобного же продвижения по эволюционной лестнице. От разума индивидуального – к разуму индивидуально-коллективному. А там и к коллективному.

– И будут два сверхразума болтаться во Вселенной, – поморщился Мартин. – Или несколько сотен. Бр-р! Или все сольются в единое сознание? И что? Куда дальше-то? И зачем? Я – не хочу!

Они, не сговариваясь, чокнулись и выпили. Юрий Сергеевич чуть захмелевшим голосом напевно произнёс:

– Кто мог знать, что он провод, пока не включили ток? Увы, Мартин, нас не спросят. И выбора не оставят.

– Это мне и не нравится, – признался Мартин. – Так, хватит напиваться на голодный желудок. Поехали жрать.

– Куда? – полюбопытствовал Юрий Сергеевич. – Ты, наверное, лучше меня ориентируешься в едальных заведениях…

– Звони, я пока переоденусь, – велел Мартин. – Двести сорок пять пятьдесят один двенадцать. И вальяжным голосом заказывай столик. Если всё занято…

– То объясню, какую организацию представляю, – ухмыльнулся Юрий Сергеевич. – Ладно, ты уж меня совсем за дурака не держи. А заведение это…

– Я плачу, – твёрдо сказал Мартин. – Чьи звёздочки обмываем?

Юрий Сергеевич поморщился:

– Сверхразум его знает чьи. Пока – все звёздочки у ключников в кармане…

Юрий Сергеевич смело сел за руль, авторитетно объяснив, что у него и корочка в кармане, и вообще привычка водить машину в любом состоянии не изжита. Улицы к одиннадцати ночи уже опустели, так что старенькая «волга» с рёвом и брызгами из луж пронеслась по третьему кольцу, обогнула Новодевичий монастырь и остановилась у непритязательного здания с вывеской «отделение милиции».

– Ты меня что, решил ментам сдать? – поинтересовался Юрий Сергеевич. – За шантаж и… А! Нам туда?

Он кивнул на светившуюся в отдалении рекламу ресторана «Мимино».

– Нет, грузинская кухня – это под другое настроение, – веско сказал Мартин. – Сейчас – европейская. Пошли.

Быстрым шагом – дождь продолжал моросить, а зонтов они не взяли, Мартин и чекист миновали парочку милицейских «газиков», вошли в дверь под вывеской «Старая мансарда».

– Лифт, надеюсь, есть? – поинтересовался Юрий Сергеевич.

– А он не нужен, нам в подвал, – ухмыльнулся Мартин.

– Мансарда же! – удивился чекист.

– Но ведь старая! – в тон ему ответил Мартин. – Культурный слой прирастает, город уходит вниз…

Спустившись в полуподвал, они и впрямь оказались в «мансарде». Старые деревянные балки, стены расписаны картинами из деревенской жизни, по ним развешены ржавые железки – от замков и подков до мотыг и лопат. Сквозь маленькие окошечки с матовым стеклом пробивался совершенно неуместный в столь позднее время дневной свет.

– Затейники, – хмыкнул Юрий Сергеевич. – И не поймёшь, день на дворе или ночь…

– На то и рассчитано, – философски заметил Мартин.

Нельзя сказать, что он бывал в этом ресторане часто, но «Старую мансарду» любил – за хорошую кухню, за правильную атмосферу, за интересную публику, среди которой можно было встретить и бизнесмена, и артиста, и девушек правильной наружности, сбросивших лишние граммы в соседнем фитнес-клубе и тут же решивших нагулять жирок.

Столик им достался угловой, уютный. Мартин вопросительно глянул на Юрия Сергеевича – тот вопрос понял и пожал плечами:

– Пиво.

Они заказали две кружки тёмного нефильтрованного пива и, по рекомендации Мартина, две порции свиной рульки. Пиво принесли быстро.

– Твоё здоровье, – сказал Юрий Сергеевич. – Оно пона-добится.

Мартин глотнул пива и спросил:

– Почему всё-таки я?

– Не понял.

– Почему Эрнесто Полушкин пришёл именно ко мне?

– Я порекомендовал, – признался Юрий Сергеевич.

– Почему? – упрямо повторил Мартин. – Мне лестно, конечно же… Но есть Андрей Кузнецов, есть Лёша Филипов…

– Есть братья Бушуевы, есть Сыскарь, есть Тася Максимова… – кивнул Юрий Сергеевич. – Согласен, их работа впечатляет.

– Причём Тася и Андрей были в тот момент свободны, – добавил Мартин. – Я проверил. А Пётр Батуринцев, готов поклясться, давным-давно у вас в штате. Почему же ты рекомендовал именно меня?