Проводник Отсюда - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 199

– Может быть, нам еще памятник, поставят, – предположил Андрей. – Как Минину и Пожарскому! За возрождение славы и силы Отечества!

Арсенов усмехнулся. Нет, все-таки при всей положительности гид оказался совсем еще мальчишкой.

– Может быть. Давай, гражданин Минин, еще по одной…

– Почему это я Минин… – запротестовал было Андрей, но развивать вопрос не стал. Зато задал другой, который волновал и Арсенова: – Павел Данилыч, а нет у вас ощущения, что нас все-таки дурачат? Тут ведь уже большие деньги…

– Это не подделка, – мрачно сказал Павел

– А все-таки? Вдруг – телепередача какая-то, съемки скрытой камерой. Дурачат туристов, потом с извинениями деньги возвращают. Вот будет позорище…

Арсенову сразу же вспомнился один серьезный человек, надолго потерявший деловую репутацию из-за подобной телепрограммы. И всего-то объяснял симпатичной иностранке, потерянно стоявшей возле своего «мерседеса», как проехать к Кремлю. Там ехать-то было – два поворота! А оказалось, что странная карта, по которой он водил пальцем, указывая дорогу, была выкройкой из журнала мод. Мелочь, казалось бы, а сколько возникло проблем…

– Ничего, Андрей. Придется рискнуть, – решил Арсенов. – Так что с посольством?

– Папе надо позвонить, – признался Андрей.

– Только аккуратно говори, хорошо? – напомнил Арсенов. В глазах Андрея вдруг появилась легкая ирония.

– Павел Данилыч, вот с этим не беспокойтесь. Папа у меня хоть и в отставке, но с его работы насовсем не уходят.

«Как бы не получилось, что и ты там подрабатываешь», – обеспокоенно подумал Арсенов. Впрочем, в нынешней ситуации это было даже удачно.

Он взял со стола ахаулю и убрал в шкаф. Пояснил:

– Нехорошо получается, все-таки представитель высшего разума.

– Да и не схарчить бы ее по пьяни, – хихикнул Андрей и достал телефон.

Утром индеец был на прежнем месте. Рядом с ним лежал грязный мешок. При появлении новоиспеченных Минина и Пожарского индеец изобразил подобие улыбки.

Арсенов открыл мешок и внимательно изучил его содержимое. Да, индеец не соврал. Тут лежали две тутитоку – шестипалые, перепончатые нижние конечности. Была и аккуратно содранная с несчастного пришельца шкура – жаль только, что без головы.

– Куда голову дел, зараза? – поинтересовался Павел. Индеец на себе показал, что голову у ляляпты оторвало, и ее пришлось выбросить.

– Ведь врешь, отдельно хочешь загнать… – обреченно сказал Арсенов. Но спорить не стал, расплатился. Деньги перекочевали куда-то под пончо, индеец дружелюбно улыбнулся и встал.

– Эй, старикан, ты куда? – забеспокоился Андрей, хватая индейца за локоть. – А как же все остальное?

Индеец улыбался, но рисунков в пыли больше не делал и в объяснения не вступал.

– Пусть идет, – процедил Павел. – Захочет еще денег – вернется.

И незаметно подмигнул компаньону. Его все сильнее и сильнее одолевало дурацкое подозрение, что индеец понимает русский язык.

Андрей выпустил продавца, сказав вслед:

– Вали… чучельных дел мастер. Еще разобраться надо, не живых ли пришельцев ты потрошил!

Индеец неспешно удалялся. Он даже ни разу не оглянулся.

– Эх, сюда бы пару-другую хороших топтунов из наружки… – сказал Андрей. – Ну…

Павел раскрыл сумку и протянул гиду приготовленную заранее яркую рубашку. Через несколько секунд Андрей уже надел ее поверх футболки, на голову нацепил легкомысленную кепочку – и двинулся за индейцем.

Павел шел следом, стараясь не терять Андрея из виду. Молодец все-таки гид. Только бы старик не заметил слежки…

Старик слежки не заметил. Он свернул в ближайший переулок. Андрей выждал десяток секунд и двинулся следом.

Павел наткнулся на Андрея сразу за поворотом. Гид стоял, вытаращив глаза и безмолвно озирая короткий грязноватый тупик. Сюда выходила лишь пара дверей, но давно и основательно заколоченных. Интернациональный запах наводил намысль, что окрестные жители и продавцы с рынка используют этот тупик для самых низменных потребностей. То же самое следовало из взгляда потасканной девицы, стоящей чуть в сторонке и нетерпеливо поглядывающей на Андрея. Павел подергал висячие замки, почему-то будящие воспоминания о российских селах и старых амбарах, потом повернулся к Андрею. Толкнул его в плечо:

– Где дед? Куда он делся?

– Нет его, – сообщил Андрей. – Куда же он…

Бросившись к девице, даже шарахнувшейся от такого напора,

Андрей быстро заговорил по-испански. Разговор длился не больше минуты, после чего гид вернулся к Арсенову и убитым голосом сообщил:

– Никого она тут не видела! Говорит, что я первым зашел, что никакого старика не было… предлагает обслужить нас обоих за десять баксов…

Арсенов сплюнул и сообщил:

– Руссо туристо, облико морале…

Они еще раз изучили тупичок. Три стены. Две двери, которые явно не открывались несколько лет. До крыши никак не допрыгнуть. Никаких люков в земле.

Девица получила свои десять долларов и подверглась допросу. Получив деньги, она от восторга готова была признать что угодно: и зашедшего в тупичок старика, и то, что старик до сих пор тут. Арсенову даже пришла в голову нелепая мысль, что сама потаскушка и притворялась стариком, а зайдя за угол, быстро и ловко переоделась. Вот только старый индеец был выше девицы сантиметров на двадцать…

– Павел Данилыч, нас кинули, – обреченно сказал Андрей. – Как детей развели.

– Кинуть – не кинули, – честно признал Павел. – Что старик обещал, то и продал, о другом речи не было. А развести – развели.

Девица, еще раз предложив свои услуги, обиделась и ушла. Компаньоны проверили тупик снова.

Никаких следов старого индейца.

– Знаете, Павел Данилыч, – вдруг сказав Андрей, тихо и убежденно, – а ведь они, его забрали!

– Кто они?

– Пришельцы. Прилетели своим на помощь, обнаружили, что трупы подверглись поруганию… выследили индейца, да и втянули в тарелку силовым полем! Все, конец старику!

Арсенов посмотрел в горяшие энтузиазмом глаза гида и промолчал.

Они толкались у рынка еще два дня. Арсенов даже подумывал, не продлить ли поездку, но интуиция подсказывала ему – бесполезно. Нобелевскую уже не получить. Отечеству не придется рассчитывать на чудеса внеземной техники и тратиться на памятник новым героям.