Проводник Отсюда - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 134

Он добродушно похлопал Дениса по плечу и вышел.

Фраза была утешительная. Но Денис ей не поверил. Легендарный мастер древности, превративший производство автомобилей из искусства в ремесло, что-нибудь бы придумал. Если разобраться, у него ситуация была ничуть не лучше. На рынке присутствовало множество машин – у Форда одна-единственная модель. Не самая лучшая. Да еще и с одинаковой раскраской…

Денис вскочил и выбежал из номера.

Доминик разыскал Дениса на старом стадионе, превращенном в автосалон земных машин. Несколько десятков местных продавцов унылыми голосами рассказывали потенциальным покупателям о машинах марки «Лада-Шторм». Покупателей было много. Несколько сотен.

Денис говорил по телефону – и как понял Доминик, речь шла о экстренной поставке с Земли новых машин

– Это что – работает? – воскликнул Доминик, с невиданной прежде экспансивностью указывая на поле стадиона.

Поле было заставлено бесконечными рядами автомобилей «Лада». Все они были черного цвета.

Денис закончил разговор. Кивнул и ответил:

– Ты же сам видишь… Помнишь историю? У Форда был только черный лак для окраски машин. И тогда он сказал, что его покупатели могут выбирать любой цвет…

– При условии, что он – черный… – закончил Доминик. – Но почему это работает? Покупатель хочет выбора! Покупатель хочет, чтобы его машина меняла цвет, чтобы у нее откидывалась крыша, чтобы она была необычной, индивидуальной…

– Правильно, – согласился Денис. – Это на Земле так. Потому что у нас очень большой выбор. Каждый самоутверждается, как может. А здесь люди привыкли не выделяться. Здесь боятся непривычного – потому, что это неприлично. Так что я задал всем машинам один-единственный цвет кузова – и отключил функцию смены окраски. И когда утром пять тысяч машин проехали сюда через весь город, все поняли – машина должна быть именно такой. Черной.

К ним подошел местный житель – немолодой, солидный. Вежливо поздоровался. Спросил:

– Могу ли я купить машину оранжевого цвета?

– Можете, – кивнул Денис и широко улыбнулся. – Но при условии, что он – черный.