Тарзан (Сборник рассказов) - Берроуз Эдгар Райс - Страница 175

Раздался звук трубы. Тарзан быстро перевел взгляд на противника. В амфитеатре установилась жуткая тишина. Гладиаторы начали сближение: Фобек шел гордо и самонадеянно, Тарзан двигался легкой поступью Нумы.

— Молись, мой друг! — закричал бывший сторож храма. — Скоро я убью тебя, но сначала поразвлекаю нашу королеву Немону!

Фобек приблизился к Тарзану. Человек-обезьяна позволил ему схватить себя за плечи, а затем, сложив руки одна в одну, внезапно нанес ими мощный удар в подбородок своему противнику и одновременно сильно толкнул его. Большая голова резко откинулась назад, массивное тело отлетело от Тарзана шагов на двенадцать, и Фобек грузно сел на землю.

Стон удивления, прерываемый подбадривающими восклицаниями тех, кто заключил пари на Тарзана, пронесся по трибунам. Фобек вскочил на ноги, его лицо перекосилось яростью, и спустя мгновение он пошел в атаку.

— Ничего страшного не произошло! — кричал он. — Я убью тебя сейчас же!

— Убей его! Убей! — неистовствовали сторонники Фобека. — Смерть ему!

— Не хочешь ли ты бросить меня сначала на арену? — спросил Тарзан тихо, отступая на шаг в сторону и уклоняясь от бешеной атаки.

— Нет, и еще раз нет! — кричал Фобек, тяжело поворачиваясь и снова атакуя. — Я убью тебя! Убью!

Тарзан схватил вытянутые вперед руки Фобека и широко развел их, затем его загорелая рука молниеносно сжала короткую шею сторожа храма. Человек-обезьяна другой рукой обхватил его за корпус, наклонился и резко бросил противника через голову. Фобек тяжело плюхнулся на песчаное покрытие арены.

Немона высунулась из ложи, ее глаза пламенно сверкали, грудь высоко вздымалась. У Эрота, как и у многих благородных аристократов, перехватило дыхание. Королева повернулась к нему.

— Не хочешь ли ты повысить ставки на самого сильного мужчину Катны? — едко спросила она.

Эрот болезненно улыбнулся.

— Бой только начинается, — сказал он мрачно.

— Но мне кажется, он уже заканчивается, — иронично заметила Немона.

Фобек поднялся, но на этот раз очень медленно, теперь он уже не нападал, как раньше, а осторожно подошел к своему противнику. Единственное, что ему хотелось сделать теперь, так это подойти к Тарзану и схватить его, только схватить, а затем — он знал — он сломит его, используя свою огромную физическую силу.

Возможно, человек-обезьяна догадывался, какие планы вынашивает его противник, быть может, он решил использовать шанс и зло посмеяться над Фобеком. Тарзан протянул левую руку своему противнику, и, когда Фобек ухватился за нее, стараясь затянуть Тарзана в свои объятия, последний резко шагнул вперед и правой рукой нанес страшный удар в лицо, затем схватил за ту руку, которая удерживала его левую руку, и, нырнув под свою жертву, снова бросил Фобека через себя, на сей раз используя его как рычаг, а свое плечо как опору.

На этот раз Фобек вообще не смог подняться. Человек-обезьяна стоял над ним. Кровь застыла в жилах жителя Катны, когда он услышал низкое звериное рычание, клокочущее в горле чужеземца.

Внезапно Тарзан наклонился, схватил Фобека и высоко поднял его над головой.

— Должен ли я бежать сейчас вокруг арены, Фобек, — прорычал он, — или ты слишком устал, чтобы схватить меня?

Затем он швырнул его на землю, поближе к королевской ложе, где сидела застывшая от напряжения Немона.

Подобно льву, играющему со своей жертвой, преследовал хозяин джунглей человека, который бесконечно оскорблял его и намеревался убить. Дважды он поднимал его и бросал на землю, приближаясь к краю арены. Теперь изменчивая толпа умоляла Тарзана убить Фобека, самого сильного человека Катны.

Снова Тарзан схватил своего противника и поднял его над головой. Фобек слабо сопротивлялся, он был беспомощен. Тарзан подошел к краю арены возле королевской ложи и швырнул огромное тело на трибуны.

— Возьмите своего самого сильного человека, — сказал он, — Тарзану он не нужен.

Затем он отошел и остановился возле выхода, словно требуя свободу.

Рыча и воя — это напомнило Тарзану поведение диких зверей и отвратительных гиен, — толпа швырнула несчастного Фобека на арену.

— Убей его! Убей его! — орала толпа. Высунувшись из своей ложи, Немона, как и все люди на трибунах, неистово кричала:

— Убей его, Тарзан!

Тарзан с отвращением передернул плечами и отвернулся.

— Убей его, раб! — требовал благородный из своей роскошной ложи.

— Я не буду убивать Фобека, — ответил человек-обезьяна.

Красная и взволнованная, Немона поднялась в своей ложе.

— Тарзан! — воскликнула она, когда человек-обезьяна взглянул на нее. — Почему ты не убиваешь его?

— А почему я должен убивать его? — спросил в свою очередь хозяин джунглей. — Он не причинил мне никакого вреда. Кроме того, я убиваю только при самообороне или чтобы утолить голод. Но я не ем человечьего мяса. Так почему я должен убивать его?

Фобек, побитый и беспомощный, еле поднялся на ноги и теперь стоял, покачиваясь, как пьяный. Он слышал голоса безжалостной толпы, требующей его смерти, видел своего противника, стоящего в нескольких шагах от него, перед входом. Глухо, как будто издалека, Фобек слышал, как он отказывается убить его, слышал, но не понимал. Он должен быть убит — таковы обычаи и законы арены. Он сам хотел убить этого человека, был безжалостным к нему, поэтому он никак не мог понять, чем было вызвано милосердие Тарзана по отношению к нему.

Налитые кровью глаза Фобека беспомощно блуждали по арене. Здесь бесполезно было искать симпатию, милосердие или участие; все это не могло предназначаться побежденному. Безумная жажда крови, которую источала толпа, приводила его в восхищение. Несколько минут назад она превозносила его, теперь требовала его смерти. Его взгляд достиг королевской ложи: Эрот высунувшись оттуда, кричал Тарзану:

— Убей! Убей его, парень! Это требование королевы! Глаза Фобека остановились на фигуре человека-обезьяны, и он собрался с духом для последней попытки отложить неизбежное. Он знал, что встретил могучего противника и должен умереть, как того пожелает другой, но инстинкт самосохранения вынуждал его защищать себя, хотя сил уже не было.

Тарзан, взглянув на королевского фаворита, произнес:

— Тарзан убивает только тех, кого ему нравится убивать.

— Дурак! — кричал Эрот. — Разве ты не видишь, что это желание королевы, что это ее приказ, которого никто не может нарушить? Ты должен убить этого парня!

— Если королева хочет, чтобы его убили, почему она не пошлет тебя сделать это? Это твоя королева, а не моя.

В голосе человека-обезьяны не чувствовалось ни благоговения, ни почитания.

Потрясенный таким ответом Тарзана, Эрот взглянул на королеву.

— Могу ли я приказать воину убить его? — спросил он.

Немона покачала головой. Выражение ее лица стало непроницаемым, только странный огонь зажегся в глазах.

— Мы подарим жизнь им обоим, — сказала она. — Освободи Фобека, а Тарзана приведи во дворец!

Затем она поднялась, тем самым дав знать, что игры закончены.

ГЛАВА X

Тарзан возвращался в город в сопровождении группы благородных. Некоторые из них окружили его сразу же после приказа Немоны: в недалеком будущем этот чужеземец мог стать фаворитом королевы.

Поздравляя его с победой, расхваливая удаль и задавая бесчисленное множество вопросов, они следовали за ним, а у выхода с арены к ним присоединился еще один молодой аристократ. Это был Джемнон.

— Королева приказала мне сопровождать тебя в город и присматривать за тобой, — объяснил он. — Сегодня вечером я поведу тебя к ней во дворец, а теперь ты должен хорошенько вымыться и отдохнуть. Представляю, как ты будешь наслаждаться изысканными блюдами, особенно после той еды, которую тебе давали в тюрьме еще недавно.

— Я с удовольствием попробую вкусные блюда, — ответил Тарзан. — Но почему я должен отдыхать? Я ведь ничего не делал на протяжении этих дней.

— Но ты только что выдержал смертельную схватку за жизнь! — воскликнул Джемнон. — Ты, несомненно, устал.