Королевство треснувших зеркал - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 50

Глава 21

Алиса стояла под острыми, как иголки, струями душа и пыталась привести свои мысли в порядок. После выпитых двухсот граммов коньяка для храбрости это сделать было весьма сложно. Перед глазами вставало недовольно-отрешенное лицо следователя.

– Что за мазню вы мне принесли? Вы все, художники, больны на голову. Буду я еще через какое-то зеркало смотреть на эту чушь? В лужу посмотреть не надо? Много интересного можно увидеть! «Спасите! Роза». Бред! Подруга ваша не в розыске, и центр уже проверяли! Идите и прекратите городить чепуху и заниматься расследованием! – Вот в принципе и все, что они с Валентином услышали от следователя. Они вышли от него как оплеванные и решили действовать самостоятельно, так как поняли, что не смогут делать вид, что ничего не видели и не слышали.

– Я должна туда вернуться, – сказала Алиса.

– Это опасно, я буду беспокоиться за тебя, – возразил Валентин.

– Другого выхода все равно нет, ты вместо меня не можешь туда направиться, тебя просто не пустят. А я должна попасть в это злополучное место и разыскать Розу. Не представляю себе, как ей удалось обмануть Лолиту Игоревну, написать такую картину и передать Элеоноре. Роза надеялась, что Элеонора поймет, что на холсте два слоя, и сможет прочесть надпись в зеркале. Роза была очень осторожна и перестраховалась на все сто. А может быть, она рассчитывала, что я пойму ее замысел, так как часто бываю у Эли. Вот ведь парадокс, ее ребус разгадал ты, человек далекий от искусства.

– Не забывай, верхний слой краски начала снимать ты.

– Если бы не твоя настойчивость, я бы никогда не довела начатое до конца, так как поняла, что второе полотно не представляет художественной ценности, – возразила она.

Потом они вместе разработали для нее, Алисы, легенду и способы связи.

– Как только я ее найду, ты сразу вызовешь милицию, и опасности никакой не будет, – успокаивала она его.

Самого главного Алиса не сказала: она цепенела от пронизывающего взгляда Лолиты Игоревны, словно перед удавом, да и та слишком умна, чтобы поверить в ее легенду без серьезных доказательств. Алиса содрогнулась от одной только мысли, что она задумала. Для этого и бутылки коньяка мало, но другого пути не было. Алиса тяжко вздохнула…

Лолита Игоревна откинулась на спинку кресла и внимательно посмотрела на посетительницу.

– Рада видеть тебя, Алиса. Ты знаешь, несмотря на все недоразумения, произошедшие между нами, я всегда рада тебя видеть и готова помочь.

– Я пришла к вам, Лолита Игоревна, с опущенной от стыда головой, я пришла словно побитая собака.

– О чем ты, Алиса? – участливо поинтересовалась Лолита Игоревна.

– Я уже приходила в ваш центр в весьма плачевном состоянии, но не хотела в этом признаваться ни себе, ни вам. Все хорохорилась… Я, мол, сильная, и все смогу сама. Сейчас я понимаю, что вы были во всем правы. Я вела себя так самоуверенно от того, что этот чертов Валентин и правда вскружил мне голову. А вы предупреждали меня, что кто один раз подставил, подставит и другой раз! Все они одинаковые, и я не должна была ему доверять. Простите, можно мне воды? – спросила она.

– Конечно, – кивнула головой Лолита Игоревна, но в глазах ее не наблюдалось ни капли сочувствия.

Алиса налила себе воды в пластмассовый стаканчик и подумала, что она была права, – одной только жалостью директрису не взять. Алиса жадно выпила воду, собралась с мыслями и продолжила:

– Этот Валентин оказался подлецом, а я влюбилась в него. Он решил жениться на мне, когда мне достались деньги моего бывшего мужа. Он быстро прибрал его состояние к рукам, не подпускает меня к делам, пользуясь тем, что я ничего в этом не понимаю. Везде работают его люди, якобы бухгалтеры, можете проверить.

– Я верю тебе, милочка, – сухим тоном проговорила Лолита Игоревна.

– Когда я однажды высказала ему, что не верю в его любовь ко мне, что им двигала лишь финансовая заинтересованность, тут-то Валентин и показал свое истинное лицо. Он рассвирепел и стал кричать, что теперь я все равно никуда не денусь. Он даже припугнул меня. Он оказался таким же подлецом, что и мой бывший муж, вы были правы. Недаром один негодяй обратился за помощью к другому, знал, что тот поможет ему в лжесвидетельстве. Одного поля ягоды…

– И твоя большая любовь сразу куда-то делась? – Глаза Лолиты сузились в две маленькие щелочки.

– Да, она испарилась сразу же после того, как он сделал это, – сказала Алиса и подняла вверх футболку, обнажив живот.

Взору директора реабилитационного центра предстало красное пятно от ожога в форме половинки утюга. Как Алиса смогла по доброй воле коснуться раскаленным металлом нежной кожи живота, она и сама до конца не понимала. Теперь ее раздирала дикая боль, но зато ей не надо было прикидываться. Она, правда, поняла, что перестаралась, так как даже у видавшей виды Лолиты Игоревны округлились глаза. Конечно, Валентина Алиса не посвятила в то, что сотворила с собой, предвидя его реакцию.

– Бедная ты моя девочка! Это сделал он? Каков садист! Боже мой! Почему ты не обратилась в милицию и не посадила его в тюрьму? – Тон Лолиты Игоревны сразу же стал мягче.

– Что мои слова против его показаний? У Валентина все куплено и штат адвокатов в наличии. Кроме того, я потеряю деньги, перешедшие мне от мужа, и я знала, что вы не бросите меня в беде. Вот я и приехала… Помогите мне! – чуть не заплакала Алиса.

– Все, что смогу… – прошептала Лолита, не отрывая взгляда от живота своей посетительницы.

– Я, наверное, скажу страшную вещь, но я хочу, чтобы Валентина не стало…

– Что значит – не стало?

– Найдите мне человека, который убьет его! Я заплачу любые деньги! Я ненавижу его! – выкрикнула Алиса и сжалась в комок, словно испугавшись своей просьбы.

С минуту в кабинете Лолиты Игоревны царила тишина, только где-то вдалеке играла релаксирующая музыка. Потом напряженное лицо Лолиты Игоревны расплылось в доброжелательной, располагающей улыбке, и Алиса поняла, что этот раунд, пусть и дорогой ценой, она выиграла. Алиса осторожно опустила футболку и полезла в сумку за носовым платком.

– Этот человек, готовый убить другого человека за деньги, называется киллер, – промурлыкала директриса и добавила: – Все мы немножко в душе киллеры, если нас сильно обидят, так ведь?

– Я понимаю, о чем вы говорите. Когда кто-то причиняет нам боль, душевную или физическую, любой из нас готов убить из мести и ненависти, – сказала Алиса, вытирая глаза и честно смотря в лицо Лолиты Игоревны.

– Вот именно! И это вполне нормальное желание человека. Главное, помнить, что эти мерзавцы недостойны прощения и снисхождения. Они заслуживают только смерти!

– Вы правы, – выдохнула Алиса, корчась от боли от ожога.

– Я сама когда-то столкнулась с несправедливостью и поняла, что ждать справедливости от нашего правосудия не приходится. Дают мужику шесть лет за изнасилование, а через три года его выпускают за примерное поведение! Конечно, какое у него может быть поведение среди мужиков на зоне, если он способен обижать только женщин, существ более слабых физически? Выходит такой паразит на свободу и издевается над следующей жертвой, вот и все правосудие! А если бы его отдали в руки его жертв, над которыми он надругался, то его бы разорвали на кусочки! Только мы, женщины, можем понять друг друга и помочь друг другу тоже!

– Да, ни одна женщина не способна на то, что со мной сделал этот фашист, – согласилась Алиса.

Лолита Игоревна закурила и предложила Алисе, та отказалась. Директриса глубокомысленно выпустила дым в потолок.

– Хорошо, что ты пришла ко мне. Сейчас я действительно чувствую, что ты изменилась и все поняла, после таких пыток тебя даже на детекторе лжи проверять не надо. Жаль, что для твоего прозрения понадобился зверский поступок мужчины, в которого ты влюбилась. Ты правда хочешь наказать своего обидчика?

– Больше всего на свете! – горячо заверила ее Алиса, думая об обезболивающих таблетках, дозу которых она уже на сегодня явно превысила.