Хозяйка бешеных кактусов - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 50

– Странная у тебя интерпретация верности. Карл в курсе, что ты живешь в одном вагончике с мужчиной?

– Наши отношения строятся на полном доверии. Учти, я ведь тоже не знаю, чем он занимается в Праге, – парировала Яна и, не сдержавшись, добавила: – А вот тебя это вообще не должно волновать. Да и за Карла нечего переживать. Особо дружеских чувств ты к нему явно не испытываешь.

– Ладно, проехали. От меня он ничего не узнает, – поднял руки Ричард, сдаваясь.

– Конечно! Он все узнает от меня! – с вызовом в голосе воскликнула Яна.

Наконец к ним присоединился и Никита с бледным лицом и сетующий на судьбу:

– Первый раз в жизни на море не отдыхал, а сидел в тюрьме. Правда, позвонил в Москву и узнал хоть одну радостную новость.

– Поделись! – сказала Яна.

– Нашли человека, который хотел меня убрать, то есть убить. Им оказался тот, на кого бы я никогда не подумал, – пояснил расстроенный Никита.

– Кто он? – сразу же заинтересовалась Яна.

– Да ты его не знаешь, мы работаем вместе. Юрка. Он всегда был тихий такой, спокойный, и вот поди ж ты – свои тараканы в голове. Выяснилось, я давным-давно девушку у него увел. Я и не знал, что они встречались, честное слово. Даже имени ее не помню, а Юра относился к ней очень серьезно. К тому же он метил вести эфир в вечернее время, и получилось, что я его «подсидел». Это время предложили мне. Но я опять-таки не знал, чего он хотел! Я мысли читать не умею, а Юра все время молчал и улыбался.

– Самые страшные преступники – на кого и не подумаешь вовсе. Они труднее всего поддаются вычислению, – со знанием дела заявила Яна.

– И вот у него в голове созрел план по освобождению общества от такого развратного и развязного типа, как я. Он узнал о самоубийстве моей ненормальной поклонницы и решил отмести от себя подозрения, представив дело так, будто кто-то мстит мне за смерть девушки. И поджог дома устраивал он, и стрелял в меня он. Уже нашли у него в квартире все вещественные доказательства, да и Юрий сам во всем сознался.

– Хорошо то, что хорошо кончается, – вздохнула Яна. – Значит, ты можешь спокойно возвращаться в Москву, больше твоей жизни ничто не угрожает.

– Я первый раз прятался от опасности, сидя в тюрьме. А что, неплохой метод, – засмеялся Никита.

– Все когда-нибудь бывает в первый раз, – сказал Ричард. – Я сегодня целый день провел у Ватрушкина. Вместе с ним связывался со следователем того округа, где парочка ваших «аниматоров» совершила убийство и грабеж. Не поверите, но фамилия тамошнего следователя Творогов.

– Как раз для Ватрушкина! – расхохоталась Яна.

– В общем, совместными усилиями был ускорен процесс согласовывания всех бумаг, и в итоге ты, Никита, свободен, с тебя снята даже подписка о невыезде. Говоря другими словами, ты абсолютно чист.

– Очень приятная новость, – пожал ему руку Никита. – Сегодня день приятных новостей для меня. Но я пока не спешу в Москву, а останусь с вами, друзья.

Они двинулись по гравийной дороге в сторону ботанического сада. Яна обратила внимание, что строители ее не обманули – работают они действительно аккуратно и быстро: от бывшего барака не осталось и следа, а за пылеулавливающей сеткой уже началось воздвижение нового здания.

– Яна Карловна! Яна, подождите! – раздался громкий мужской голос.

Они остановились, и Яна увидела, как к ней спешит руководитель стройки.

– Подождите, мне с вами хотелось бы поговорить, – прораб подошел и несколько растерянно посмотрел на двух сопровождавших Яну мужчин.

– Это очень срочно? – спросила Яна.

– Ну, не так чтобы совсем, – стушевался прораб, почесывая затылок.

– А знаете что. Мы идем на открытие кафе в ботанический сад, приглашаем и вас. Там и поговорим. Или позже, после ужина, – предложила ему Яна. – Хорошо?

– Хорошо, я приду туда, сейчас у меня тут еще дела… – закивал мужчина, крутя в руке металлические часы, у которых, видимо, сломался браслет, отчего они могли упасть с запястья.

Прораб вконец засмущался и поспешил вернуться на стройку. Яна задумчиво посмотрела ему вслед. С прорабом произошли разительные перемены. Она помнила, как он воспринял ее в штыки, обвинив в строительном кретинизме всех женщин в ее лице. А сейчас руководитель санаторного строительства походил на побитую собаку с затравленным взглядом.

Никита с Ричардом взяли ее под руки и потащили дальше, словно заключенную.

– Не думай останавливаться! Я уже вижу жалость и интерес в твоем взгляде. Всему миру не поможешь, – нравоучительно сказал Никита.

– Это бесполезно, с ней такой номер не проходит, – вздохнул Ричард. – Если уж Яна вобьет себе в голову что-то, ее не переубедить.

Они вступили в святая святых санатория – на территорию ботанического сада. Яна сразу же почувствовала, как изменился воздух. Конечно, в курортном местечке он везде был свежим и чистым, но в царстве растений еще добавлялись аромат хвои и запахи всевозможных цветов.

«А может, Ариадна Максимовна права? И действительно кощунственно открывать здесь кафе?» – неожиданно для себя подумала Яна и посмотрела по сторонам. Словно кто-то мог услышать ее мысли. Но ее спутники мило беседовали на какую-то мужскую, совсем не интересную ей тему.

Кафе располагалось в углу парка и занимало приличную территорию. Столы и стулья были расставлены прямо на подстриженной сочно-зеленой траве. Фактически все места были заняты, но для Яны и ее спутников столик был зарезервирован, о чем позаботилась вездесущая заведующая. Из большого пластикового павильона выбегали официанты, а потом вбегали туда обратно, словно муравьи в муравейник. Несмотря на суету и даже торопливость персонала, ждать своего заказа им пришлось долго. Возможно, повара не справились с таким количеством заказов.

– Я думаю, у них уже кончились продукты и они поехали на рынок за фруктами и овощами, а в супермаркет за спиртным, – пошутил Никита, поглядывая на часы.

Наконец им принесли заказанные шашлыки, ассорти из мяса и рыбы и овощи-гриль. Также они заказали шампанское и коктейли с вермутом, соком и текилой.

– Быстрее бы приехал Карл, – вздохнула Яна, – сам бы разбирался с рабочими и со всем тем, что тут купил.

– Ты же вроде говорила, что сама со всем справишься? – засмеялся Никита.

– Я погорячилась, мои хрупкие плечи больше этого хаоса не выдерживают.

– Он даже не в курсе твоих боевых действий? – Никита зубами сорвал с шампура кусок сочной телятины.

– А зачем ему что-то сообщать? Меньше знает, лучше спит, – пожала плечами Яна.

Ричард потягивал мартини и с разрешения Яны курил сигарету. Вдруг он обратился к Никите с самым непроницаемым видом:

– Когда все-таки в Москву? Подписка о невыезде снята, можешь уезжать из этой дыры.

– Вот когда вернется небезызвестный всем Карл, тогда я и отправлюсь восвояси, а оставлять здесь госпожу Цветкову одну чревато большими последствиями.

– Я могу за ней присмотреть, – предложил Ричард.

– За мной не надо присматривать, я не в ясельном возрасте, – резко вклинилась в беседу мужчин Яна.

Между столиками прохаживались музыканты в русских народных одеждах с балалайкой, гуслями и баяном. Какая-то женщина в платке и русском сарафане ходила с лотком, полным сладостей, и раздавала всем посетителям баранки, пряники и сухари. Яне эта картина напомнила сцену из нетленного произведения «Двенадцать стульев», когда «отец русской демократии», напившись в ресторане, отдал уличной лоточнице оставшиеся немалые деньги, купив ее сушки, а потом разбрасывал их по земле, словно сеятель.

Женщина приблизилась к их столику и одарила всех троих сухарями со своего лотка. Люди пили водку, пиво просто лилось рекой. Яна уже не чувствовала прекрасного, дурманящего, пьянящего хвойного запаха чудо-сада, и это ее пугало. Сигаретный дым, людской гул, летящий пепел, соскользнувшая на землю бумажная салфетка…

«Началось, – подумала с сожалением Яна. – Все-таки в таком уникальном месте устраивать предприятия общепита неправильно…»