Соприкосновение - Ливадный Андрей Львович - Страница 90

Единственной трудностью на пути был открытый арочный переход между двумя грузовыми секциями, который, если верить переданной Олгом схеме охраняли Цириты.

По мнению Гепретиона, Цириты, – отличные бойцы, непревзойденные пилоты, во всем остальном являлись несколько неразвитыми, что ли? Их достаточно легко было обмануть самым незатейливым способом.

За зоной причалов располагались технически службы, вот туда, якобы, и направлялся Гепретион, для ремонта мелкой неисправности, возникшей в механизмах индивидуальной капсулы Алгитов. Он не сомневался, что охранники-цириты пропустят его.

Выйдя на изгибающийся над бездной мост, он еще издали почуял неладное.

Вместо Циритов путь преграждали странные существа, но отступать уже оказалось поздно: они заметили одинокого "Хонди" и двинулись навстречу.

– Барс, все чисто…

– Поход есть?

– Да, старый бездействующий шлюз. Внешний люк открыт, внутренний выжжем лазером. Со стороны никто не увидит. Что за организация обороны? Заходи – не хочу.

– Не говори "гоп", пока не перепрыгнул.

– Ты о датчиках? Нет их тут. Просканировал уже все.

– Тогда за дело. Болтаешь много. Работаем.

Преодолев преграду, они ненадолго задержались в пустом, темном, лишенном воздуха тоннеле.

– Смотрим, – Пурга включил миниатюрный, встроенный в систему скафандра проектор, и во тьме возникла миниатюрная трехмерная модель астероида. – Считаем взрыв.

– А что считать? Вот тут точно снесет ворота, пойдет удар декомпрессии, сработает система защиты, видишь, на схеме обозначена глухая плита, полностью перекрывающая вакуум-док?

– Ну. Дальше?

– После тарана ворот взрыв самого корабля произойдет в замкнутом, загерметизированном аварийной переборкой пространстве. Помещения складов и ангаров быстро наполняться газовой смесью продуктов горения. Вот тут, согласно данным, расположены емкости с компонентами реактивного топлива. Утечка из них произойдет наверняка, задержка взрыва – три-пять минут. Ударная волна пройдет вот по этим тоннелям, – световое стило обозначило вероятную зону поражения, уходящую вглубь астероида на полтора километра.

– Ты уверен во взрыве емкостей?

– Уверен, – ответил Барс, погасив голограмму. – Я видел подобные танки на станциях "Н-болг".

– И?

– Отсканировал толщину стенок, так на всякий случай. Мало ли понадобилось бы? – Барс коротким включением фонаря обозначил перекресток тоннелей, и направление, куда следовало двигаться, чтобы избежать катастрофических последствий взрыва. – Три-пять минут требуются для смешения компонентов топлива в достаточном объеме и пропорции. Затем неизбежно произойдет самовозгорание смеси.

– Пятерка по взрывотехнике, наверное, была?

– Ага. И по разведывательно-диверсионной работе тоже. Я вообще учился прилежно…

Андрею не спаслось. Что-то тревожило в душу. Рассудок так же протестовал против сна, – не шел из головы образ женщины, мельком увиденный в тоннельном переходе.

Почему ее лицо показалось мне знакомым?

Ответ на мысленный вопрос пришел внезапно: сеть микромашин, приняв многократно повторяемый мысленный образ за алгоритм поиска, начала его, достав необходимые данные из глубин подсознания капитана Логинова.

Он даже ничего не почувствовал, просто внезапно вспомнился последний разговор с генералом Юрановым:

– Задача перед твоей группой стоит нелегкая. Вот, – Николай Арсеньевич положил на стол перед Андреем несколько обыкновенных фотографических снимков. – Запомни имена и лица. Мужчины – командиры сменных экипажей "Первопроходца".

Логинов кивнул.

– А женщина?

– Лада Дмитриевна Колвина, офицер военно-космических сил России.

Память у Андрея была отменная.

– Та самая Колвина, что принимала участие в операции на Ганимеде? Она в экипаже "Первопроходца"?!

– Да. И хочу, чтобы ты знал: я лично зачислял ее в экипаж. Действовать твоя группа будет в полном отрыве от цивилизации. Может возникнуть ситуация, когда тебе трудно будет принять решение, не с кем посоветоваться. Рекомендую, – он коснулся фотографии. – Ей ты можешь доверять, как мне.

…

Андрея будто обдало жаром.

Воспоминание оказалось столь четким, явственным, что у него не возникло и тени сомнения – в тоннельном переходе он видел именно ее – Ладу Колвину!..

На миг помутился рассудок, потом пришло сонмище противоречивых, раздирающих разум мыслей.

Она тут? Что это значит? "Первопроходец" в руках Эшрангов?!

– Эрг!

Он бросился к противоположной стене камеры, растолкал дремавшего Умра, заставив того от неожиданности вздыбиться и зашипеть.

– Эрг мы должны действовать немедленно!

Взаимный обмен данным между двумя микромашинными сетями произошел спонтанно и мгновенно, Логинов еще тряс Эрга, когда тот неожиданно спросил:

Ты с ума сошел из-за своей самки?

Логинов не стал ничего объяснять. Пусть думает, что пожелает.

Метнувшись к дверям камеры, он отчаянно замолотил в них.

Со стороны могло показаться, что Логинов действительно обезумел, но на самом деле с момента своего рокового пленения он еще ни разу не действовал столь уверенно, как сейчас.

– Я хочу видеть Ролга! Мне необходимо срочно поговорить с ним!

Очевидно охранникам, дежурившим в тюремном блоке, потребовалось несколько минут, чтобы связаться по инстанции, затем подле камеры раздались вкрадчивые шаги, с головой выдававшие Хонди, замок двери открылся, и из коридора раздался предупреждающий окрик, из-за жуткого акцента больше похожий на хрип:

– Отойти к дальней стене камеры. Умр, шевельнешься – убью. Хомо, выходи медленно. Ролг согласился тебя принять.

Андрей обернулся, взглядом дав знать Эргу – действуем.

Нужно отдать должное, – тот не стал более задавать вопросов.

– Выхожу.

Голос Логинова уже звучал ровно. Дыхание успокоилось, хотя внутри он ощущал себя абсолютно иначе: организм как сжатая пружина, вставшая на боевой взвод, был готов к моментальному физическому действию, мышление вдруг стало кристально – ясным, словно именно сейчас наступил тот самый миг, ради которого была прожита целая жизнь.