Соприкосновение - Ливадный Андрей Львович - Страница 80

– Какой суматохи и паники? – не понял Гепретион.

– Ну, допустим, твой корабль взорвется при разгрузке? – полувопросительно произнес Пурга. – К примеру, у него внезапно включаться двигатели планетарной тяги? Пока поймут что к чему, справятся с аварией, исследуют обломки в поисках твоих останков, мы успеем спуститься до уровня тюремного блока, освободить человека и выбраться наружу. Кстати, как его зовут?

– Человека зовут Андрий. Мне должны прислать файл со снимками.

– Снимки – это хорошо. Работать проще, когда цель точно идентифицируется. А то еще прихватим не того…

Гепретион задумался. Предложенный наемниками план был дерзок, но, учитывая отсутствие времени на тщательную подготовку скрытной операции, его следовало принять. Все равно ничего лучшего не придумать за те несколько часов, что остались до входа в систему Эшр.

– Хорошо, – наконец произнес он, принимая окончательное решение. – Вы кажетесь мне странными, но знающими свое дело людьми. Риск огромен, станция надежно защищена, но и вознаграждение в случае успеха будет соразмерным.

– Мы не сомневаемся, – ответил Барс. – А теперь в оставшееся время давайте-ка пройдемся по планам и схемам, отработаем детали маршрутов, осуществим хотя бы примерный хронометраж действий.

– Ты говоришь так, словно всю жизнь готовился к штурму астероида, – проворчал Гепретион. Уверенность, с которой держались двое наемников на время заразила даже его, но только на время, пока он не вспомнил о боевом фрегате Армохонтов, принадлежавшем загадочному Хомо.

– Освободить человека только пол дела, – нехотя сообщил он. – Есть еще фрегат, который нужно угнать.

Он ожидал бурной протестующей реакции, возмущения, но дождался лишь спокойных взглядов, как будто этой парочке все было известно заранее.

– С фрегатом проще, – ответил Пурга. – Во-первых, он стоит у внешних причалов вакуум-доков, во-вторых, человек, которого мы должны освободить, наверняка знает, как попасть на борт. Логично?

Гепретион был вынужден кивнуть.

– Ну, так не загружай себе голову проблемами.

– Не понял? Вы что совсем жизнями не дорожите? Там флот…

– Вопросы нужно решать поступательно, – вежливо прервал его Барс. – Основной путь отхода у нас намечен. Появиться возможность взять фрегат – возьмем. И тогда с флотом Эршангов, будут разговаривать плазмогенераторы главного калибра.

Кто они такие?  – в очередной раз задал себе запоздалый вопрос Гепретион, наблюдая за невозмутимыми лицами наемников.

Впрочем, отступать было уже поздно, и он обратился к схеме станции.

– Ладно, продолжим. Вот тут вы в скафандрах покинете корабль.

Световой маркер коснулся схемы, положив начало обсуждению вероятных маршрутов проникновения внутрь астероида и отхода.

– Нам потребуется еще один комплект гермоэкипировки, подходящей для человека, – заметил Барс.

– У меня все есть. О техническом обеспечении не беспокойтесь.

– Неплохо было бы взглянуть на бортовой арсенал. Мы с напарником привыкли работать с определенными видами оружия и брони.

– Хорошо, но это позже. У нас мало времени. Вернемся к плану.

Система Эшр. За трое суток до указанных событий…

Андрей впал в глухое отчаянье.

Он оставался безучастным к собственной судьбе пока его, скованного по рукам и ногам, лишенного возможности самостоятельно двигаться, "этапировали" на борту небольшого транспортного корабля, двигавшегося в метрике трехмерного космоса к астероиду, чья орбита располагалась в десяти световых секундах от планеты Эшрангов.

Логинов глубоко переживал разрыв мнемонического контакта с Алгитами.

Оставаясь внешне невозмутимым, даже апатичным, Андрей и внутри утратил волю к борьбе. Он не сломался, но пресс неодолимых обстоятельств, давивший на него с того момента, как он пришел в сознание после рокового гиперпрыжка, опустился еще ниже, фактически раздавив его…

Есть предел силе духа.

Логинов утратил надежду . Ему открыли глаза, приподняли завесу над сутью процессов происходящих в изолированном секторе пространства.

Действительность, сотканная изо лжи, глобальный масштаб событий, в результате которых многие расы утратили не только суверенитет, но и перспективу построения собственного пути развития, осознание того, что стал лишь инструментом достижения цели для группы циничных существ, ведущих борьбу за власть, – все это вместе взятое приводило рассудок Андрея в сумеречное состояние.

Пестрый конгломерат, созданный Эшрангами на обломках империи, вскоре утратит всякую индивидуальность, а они (Андрей мысленно имел в виду нелетающих птиц), пользуясь сохранившимися боевыми единицами флота Армохонтов, возьмут в свои руки верховную власть…

Теперь понятно, почему они не атаковали станции "Н-болг", терпеливо выжидали, десятилетиями оставаясь в тени. Эшранги сознательно позволили наиболее способным, активным представителям различных цивилизаций вновь выйти в космос, чтобы затем одним ударом убрать всех способных к осознанному сопротивлению.

Они планировали свое будущее, готовя решительный удар по тем крохам независимости, что удалось восстановить "младшим расам".

Все это с нескрываемой издевкой поведал ему Ролг, во время долгого и утомительного внутрисистемного перелета.

Измученный сомнениями, терзаемый дурными предчувствиями, глубоко переживающий свою, далеко не завидную роль в грядущих событиях, Логинов постепенно погрузился в состояние апатии.

…После восемнадцати часов полета корабль Эшрангов вошел в вакуум-док космической станции.

Андрея вывели из тесного отсека, служившего ему узилищем на протяжении утомительного путешествия.

Пошатываясь, едва держась на ногах, он, понукаемый конвоирами, прошел через шлюз, оказавшись в длинном, изгибающимся над бездной переходном тоннеле с прозрачными стенами.

Оказывается, его доставили не на станцию, в классическом понимании данного термина, а на крупный астероид, внутри которого располагалась некая инфраструктура.

Тоннелей ведущих к причальным конструкциям оказалось несколько. В данный момент подле астероида разгружалось несколько транспортных кораблей, два "рукава" переходных конструкций пролегали в непосредственной близости от герметичного перехода, по которому вели Андрея.