Звезды падают вверх - Литвиновы Анна и Сергей - Страница 72

– Да с удовольствием! – весело сказал капитан.

Пока Петренко попивал чаек, Рома вскрыл конверт и прочитал:

«Ромочка, милый мой, хороший братик!

Прости меня, родной мой, но мне пришлось уехать. Уехать очень надолго. Не ругай меня, так получилось. Я буду очень, очень, очень скучать по тебе. Не ищи меня и не рассказывай никому-никому об обстоятельствах моего отъезда. У меня и у И. все хорошо. Мы здоровы и в полной безопасности.

Тот человек, что принесет тебе письмо, будет и дальше доставлять тебе от меня записочки и деньги. Ты можешь передавать мне письма через него. Если у тебя, не дай бог, что-нибудь случится, сразу же позвони ему и все расскажи – номер телефона он тебе скажет. И обязательно во всем тебе поможет, а если что, сразу даст знать мне. И вообще доверяй ему – он очень хороший человек.

Всем, кто будет спрашивать обо мне, говори, что я уехала работать по контракту на пять лет в Латинскую Америку. Адреса моего и телефона ты не знаешь. Никому, кроме тебя и тети Веры, я все равно отвечать не буду. И никому, естественно, ни под каким видом, ни в коем случае не рассказывай ничего об И.

Я пишу также тете Вере, чтобы она за тобой приглядывала.

Прости меня, мой дорогой братик, что я вот так бросила тебя. Но ты уже взрослый и, думаю, сам сумеешь справиться со всеми теми делами, что на тебя свалятся. Пожалуйста, не лентяйничай. Поступи на подготовительные курсы и готовься в институт. Впереди у тебя сложный год. И, пожалуйста, будь осторожен на своих роликах.

Прости-прости-прости! Я очень люблю тебя и крепко целую.

Твоя Ленка».

В первый момент Ромка от огорчения и обиды чуть не заплакал. Как? Его любимая сестренка, его Леночка сбежала неизвестно куда! С этим странным человеком! И он не увидит ее – подумать только! – целых пять лет!.. Да как она могла?!.

Только присутствие Петренко, уютно устроившегося и попивающего чай на их кухне, удержало его от слез.

Однако еще через минуту, собрав всю волю в кулак, Ромка отругал сам себя: «Ты же так хотел, чтобы Ленка нашла свое счастье, – ну вот она и нашла его! А что уехала – ну, значит, такова судьба. И нечего киснуть! Что, она должна была тебе до двадцати лет борщи варить и литературой с тобой заниматься? А сама остаться в старых девах? Ты этого хотел, что ли?!»

Демонстрируя олимпийское спокойствие, Ромка налил чаю и себе, и они почаевничали с Петренко, причем тот для поднятия настроения рассказал ему пару смешных анекдотов.

А когда капитан ушел, обещав появиться ровно через неделю, до Ромки вдруг дошло: ведь он теперь сам себе хозяин! – тетушка Вера не в счет. Ведь теперь – и на целых пять лет! – эта огромная, роскошная, трехкомнатная квартира принадлежит ему, и только ему!

На радостях Роман врубил на всю катушку Guano Apes и совершил – правда, без роликов – прыжок three-sixty, то есть с оборотом на триста шестьдесят градусов. И тут же соседи снизу заколотили по батарее.

Как ни удивительно, отсутствие постоянного и тщательного призора (ведь Лена была мало того, что сестрой, но еще и классной руководительницей!) Романа совсем не испортило. Скорее даже наоборот. Он сам начал вставать по будильнику, делать зарядку, готовить себе завтрак… На уроки почти ни разу не опоздал. После школы ездил на подготовительные курсы на филфак – династия словесников: тетя Вера – Лена – Роман – не должна прерваться! Хотя втайне Ромик мечтал о карьере гонщика «Формулы-1» и постановил для себя: как поступит в институт, обязательно запишется в автосекцию при АЗЛК. На худой конец, если не получится стать Шумахером, можно было бы согласиться и на должность ди-джея на МТV, и потому Роман усердно учил английский: даже Джойса, черт возьми, в подлиннике читал!

Но сначала надо было, конечно, поступить в вуз и обезопасить себя от армии – вот Ромик и рыл землю.

Дважды или трижды в неделю к нему наведывалась тетка Вера, готовила супы и котлеты.

Заходили и друзья, и девочки – не без этого. Но Роман проявлял принципиальность: если ему действительно надо было заниматься – гнал всех к чертовой матери.

Конечно, «чистая», без родичей, хата – большая редкость и неслыханное богатство для шестнадцатилетнего счастливчика. Поэтому новогоднюю вечеринку запланировали, естественно, провести у Романа. С утра тридцать первого декабря Ромик пропылесосил квартиру, вытер пыль. Даже цветочки полил! Вот-вот обещали прийти девочки – резать салаты.

Раздался входной звонок. «Ну, уже притащились!» – буркнул Рома в адрес девиц и, не спрашивая, кто там, распахнул дверь.

На пороге стоял капитан – нет, теперь уже подполковник! – Петренко.

– О, здрасьте! – почти фамильярно сказал Роман.

Петренко бывал у него каждую неделю, передавал письма от Лены, даже проверял иногда дневник, приносил тортики – и они, можно сказать, подружились.

В руках Петренко держал коробку.

– К вам приехал Дед Мороз, борода из ваты! – весело проговорил гость.

– Проходите, дядя Сережа! С Новым годом!

Петренко вошел.

– Я на минутку. Тут твоя сестренка просила передать тебе новогодний подарок, – и «Дед Мороз» протянул Роману коробку.

Роман раскрыл – и подпрыгнул до потолка с криком: «Вау!»

В коробке лежали самые что ни на есть крутые и продвинутые ролики «К-2 King 55» – давняя, тайная, заветная мечта Романа.

– Вот это да! – в восторге крикнул он. – Вот это сестренка! Вот это молодец! Небось там, в своем Монтевидео, все магазины обегала!

Словом, радости Романа не было предела.

…А знал бы он, каково Лене было достать эти ролики на Урале, в трех тысячах километров от Москвы и в десяти тысячах миль от штаб-квартиры фирмы «К-2» – в затерянном в лесах военном городке Свердловск-37!