Прогулки по краю пропасти - Литвиновы Анна и Сергей - Страница 65

Да, конечно, ее злым гением был он – Андрей Смоляков. Престарелый провинциальный пижон с лицом Алена Делона.

А ключом к тому, чтобы она все поняла – только сейчас поняла! – стали три фразы. Три фразы, на которые она в свое время не обратила никакого внимания.

Обратить-то не обратила – но запомнила.

Сначала – слова Кирилла. При первой их встрече, в редакции. Смоляков, сказал Кир тогда, в числе прочего – владелец торговой фирмы, поставляет в Москву кур и свинину.

Потом, когда они с «Аленом Делоном» сидели во «Фрегате», у того зазвонил сотовый. И он сказал невидимому собеседнику… Как он там выразился? «Никаких морозильников. Заруби себе на носу! Я поставляю не мороженых кур, а охлажденных, ясно? Мороженых кур москвичи жрать не будут! Они там – хари балованные!»

Тогда она на эту реплику Смолякова никакого внимания, естественно, не обратила. Как не заметила и другой его фразы.

Когда он кадрился к ней (точнее, теперь понятно – не кадрился, а делал вид, что кадрится), он приглашал ее увидеться в Москве. «Встретимся в самом лучшем ресторане! Или в клубе! Где хотите! В „Мосте“, „Циркусе“, „На Луне“!.. А хотите – поедем ко мне на шашлыки. У меня и под Москвой есть коттедж». И еще он – видимо, чтобы поразить Варю – произнес, где именно под Москвой расположена его дача. Упомянул он тогда название дачного местечка. Что-то совсем близко от Москвы… Что-то не слишком крутое… И не традиционное дачное… Что-то, связанное с русскими промыслами… Гжель? Палех?

Нет, нет… Так что же?.. Вертится на языке… А не ухватишь… Тепло, тепло, горячо… Ах да – Жостово! Она еще подколола его, что Жостовская фабрика, наверно, дымит – прямо на его коттедж…

Да, так он и сказал: «У меня и под Москвой, в Жостове, есть коттедж».

Именно в Жостове.

И теперь все складывалось в прочную цепочку.

Обмолвки «Алена Делона» крепко-накрепко связывались друг с другом.

И – с тем, о чем говорил на «осиной базе» полковник Бурдаков.

Значит, личинки были вывезены с «биостанции» в грузе кур. В партии курятины, принадлежавшей «Алену Делону». Очень удобно. Осиная личинка маскируется внутри куриной тушки. И одновременно она, личинка, обеспечивается запасом еды на долгую дорогу до Москвы.

А потом эти личинки закопали на подмосковной даче Смолякова.

В этом самом Жостове.

…Все, о чем Варвара догадалась – сейчас, стоя у окна в своем номере в гостинице в Абрикосове, она немедленно рассказала Сергею Александровичу.

Рассказала точно, ясно, логично – словно доклад делала на научной конференции. Словно математическую задачу у доски решала.

Задача была решена в три действия.

Действие первое: Смоляков поставляет мясо в Москву – отсюда следует: он, именно он, мог перевезти личинки в Подмосковье.

Действие второе: Смоляков имеет дачу под Москвой – следовательно, он мог расположить личинок на своей собственной земле.

Действие третье: «Ален Делон» оказался заинтересован и взволнован Вариным визитом в Суджук. Настолько взволнован, что немедленно, в первую же ночь, познакомился с ней. И решил, что она опасна, что ее стоит если не убить, то хотя бы нейтрализовать. Следовательно, Смолякову есть что скрывать и есть чего бояться.

…Сергей Александрович выслушал Варю, не прерывая, с нескрываемым интересом. Но когда она закончила, слегка зевнул. Кажется, даже отчасти демонстративно зевнул. И сказал:

– Никаких прямых улик нет. Одни косвенные.

У Вари, она почувствовала, расстроенно вытянулось лицо.

– Впрочем, эта версия нуждается в проверке, – продолжил он. – В тщательной и быстрой проверке.

Сергей Александрович достал из своего «дипломата» телефон. Тот выглядел не как обычный сотовый, а гораздо больше. Возможно, старинная модель, но скорее – какой-нибудь аппарат, снабженный шифратором-дешифратором. Или спутниковый телефон.

Сергей Александрович набрал номер.

Когда на противоположном конце отозвались, коротко сказал:

– Вася, есть срочное дело. Очень срочное. Пробей мне Смолякова Андрея… как его там?.. – обратился он к Варе.

– Евгеньевича, – подсказала она.

– Смолякова Андрея Евгеньевича. В настоящее время проживает скорее всего в Краснодарском крае, городе Суджук. Самое главное: есть ли у него собственность в Москве и особенно в Подмосковье. Записанная на него, на его жену, братьев, сватьев, тещу, фирму. Особенно тщательно пробей Жостово… И второе. Фирма или фирмы, за которыми он стоит. Они поставляют (или поставляли?) в Москву или Подмосковье кур либо какие-то другие мясные продукты. Особо меня в этом смысле интересует лето прошлого года. Как понял меня?..

В трубке что-то спросили.

– Срока у тебя – полчаса.

В трубке, похоже, обиженно загундели.

– Давай, давай, Вася, работай! – прервал причитания Сергей Александрович. – Я тут, между прочим, план «Зебра тридцать семь» объявил. Хочешь, чтобы то же самое в Москве было? Уж тогда нам с тобой голов точно не сносить!.. Давай, Вася. Канал связи со мной – оговоренный.

Сергей Александрович нажал «отбой».

Варя утомленно откинулась на диванчике. Разболелся поврежденный в аварии бок. Разболелся – как бывало все последние дни, когда отступало физическое или интеллектуальное напряжение.

– Так чем вы все-таки занимаетесь, Сергей Александрович? – тихо спросила она. – И почему вы сюда послали именно меня?

Телевизионщики из «Евро-ньюс» оказались единственными из журналистов, кто сумел прорваться сквозь двойное оцепление, уже выставленное на дорогах, ведущих в Абрикосово.

Они не стали подкупать гаишников на постах. Телевизионщики знали: в случаях, подобных этому, ментам придают «в усиление» внутренние войска, а порой – и фээсбэшников. А целую ораву постовых из самых разных силовых ведомств (обычно по традиции не любящих друг друга) не подкупишь.

«Евроньюсовцы» поступили проще. Ближайшей к посту, за которым начинался карантин, оказалась станица Молдовановка. На заправочной станции у околицы поселка «евроньюсовцы» остановили свой автобусик. Русский телеоператор Леха потолкался среди шоферов из местных. Поговорил с ними, поспрошал. Через полчаса вернулся к автобусику ПТС с загорелым ясноглазым парнем Вадимом. Этот местный парень вызвался – за десять тысяч рублей – провезти ПТС вместе с телегруппой мимо постов горными дорогами.

– Когда ми будем на месте? – спросила французская режиссерша (на которую местный Вадим немедленно положил глаз).

– Смотря как быстро поедем.

– В таком случае, – настаивала француженка, – сколько есть километров до места по вашим нелегальным тропам?

– А их никто не считал, – весело ответил Вадим. – Тропы-то нелегальные. Я на мотоцикле, пьяный, один раз за полчаса долетел.

Он, по обыкновению, маленько (раза в три) приврал, потому что однажды «долетел» до места не за полчаса, а за все полтора.

– Ладно! – грубо скомандовал он иностранным телевизионщикам, над которыми вдруг получил невиданную власть. – Чего там разговоры говорить. По вагонам!

Звонок от неведомого Варе Василия раздался очень быстро – не прошло и часа. Все это время Сергей Александрович рассказывал Варе, какую конкретно спецслужбу он представляет и чем она, эта служба, занимается. И на кого в действительности работала все последние полгода Варя.

Это новое знание ошеломило Варвару. Она подозревала, что подобная организация в стране может существовать. Но представить себе не могла, что она действительно есть. И тем более думать не думала, что когда-то будет на нее работать…

Когда раздался звонок, Сергей Александрович немедленно снял трубку своего гигантского телефона. Поприветствовал невидимого Васю и долго, не прерывая, слушал собеседника. Затем коротко произнес:

– Готовь операцию. – И нажал «отбой».

Положил телефон на журнальный столик. Посмотрел на Варвару. Улыбнулся. Сказал:

– Нам повезло. На имя Андрея Смолякова действительно зарегистрирована собственность в Подмосковье. Земельный участок площадью сорок соток. И как раз – в Жостово.