Жених эконом-класса - Ларина Арина - Страница 30

Заметив, что бородатый машет рукой, странно скособочившись и выпятив впалую грудь, Катя струхнула. Но тем не менее подошла и требовательно уставилась на него, держа марку и из последних сил демонстрируя, что, мол, не на такую напал, нас голыми руками не возьмешь и герои умирают стоя.

– И что дальше? – Она строго свела брови, ощущая, как трясется весь организм вместе с фантомом отмершего в древние времена хвоста.

– Предлагаю поехать ко мне, – тощий, ждавший у метро друга, чтобы вместе выпить, кардинально поменял план развлечений.

– Я ничего не знаю, – предостерегающе отступила Катя.

– А я помогу, – проникновенно зашептал шатен и даже сглотнул от нетерпения.

– Не надо мне помогать. Я другая, а та – уволилась. Я не в курсе, какие там у вас были дела с моей предшественницей.

– Ты уже ревнуешь? – восхитился мужик. – Естественно, в жизни каждого мужчины женщины идут чередой, пока не появляется одна, единственная. Я свою единственную еще не встретил.

– Вы меня ждете? – подозрительно уточнила Катя, которой не понравился масленый взгляд и витиеватость изложения.

– Возможно.

– Я – Екатерина, – уточнила она на всякий случай.

– Антон, – представился в ответ тощий и содрогнулся в полупоклоне.

«Неужели все Антоны такие мерзкие? – подумала Катя, пытаясь унять дрожь хотя бы в коленях, которые норовили подогнуться, и выдохнула:

– Что вам от меня надо? Конкретно.

Вопрос был поставлен ребром. Конкретно говорить не хотелось, поскольку конкретика как корова языком слизывала романтику. Антон замялся и закатил глаза, соображая, как бы ответить покрасивее, чтобы не отпугнуть девушку.

Приехавший друг все испортил.

– О, а ты уже даму подцепил, пока ждал, – обрадованно громыхнул он и начал придирчиво разглядывать Катю. – Третий – лишний, а третья – никогда! Надеюсь, вы много не выпьете.

Всхрапнув, как взнузданная лошадь, Катерина устремилась прочь. Она уже перестала бояться и хотела только одного: найти звонившего и вылить на него все, что клокотало в душе. Но приставать первой Катерина больше не решалась, ограничиваясь дотошным рассматриванием всех мужчин, имевших несчастье находиться в поле ее зрения.

Игорь уже перестал разглядывать Катю в отражении витрины и откровенно наблюдал за ее маневрами, округлив глаза, отчего стал похож на перекормленного карася.

– И чем это она занимается? – голос Никольского вывел его из ступора. – Жениха подыскивает или жертву на ужин?

– Ты здесь откуда? – Игорю было неудобно, что он никак не может пояснить Катино поведение. Кроме того, рядом с Никольским он всегда терялся, чувствуя себя плевком на асфальте. Фактурный Антон магнитом притягивал взгляды девушек, а Чудиков оставался в мертвой зоне.

– Мимо ехал, смотрю – твоя машина, а в ней – Мышкина. Испугался за тебя, если честно.

Игорь ощутил укол легкой благодарности к заботливому коллеге.

Антон хлопнул его по плечу:

– Представляешь, подхожу к ней, спрашиваю, где ты, а эта курица мне сказала, что ты никак не мог отвязаться от новенькой и пошел спихивать ее в метро. Она предполагает, что Николаева утащила тебя с собой, как в фильмах ужасов. Кстати, Мышкина готова уже бросить твою машину и пересесть ко мне. Меня спасло только то, что машину я закрыл и сказал, что иду тебе на выручку. Так что она все-таки делает?

– По-моему, ищет кого-то, – нехотя предположил Игорь.

– Надо же, тут ее ждут два шикарных мужика, а она еще кого-то ищет. Вот бабы, все им мало!

Чудиков ревниво покосился на Антона, прикидывая, как его сбагрить. Присутствие Никольского грозило испортить вечер и лишить Игоря каких бы то ни было шансов на Катину взаимность. В идеале было бы неплохо отправить коллегу куда подальше вместе с Мышкиной, но точно с таким же успехом можно было мечтать о выигрыше миллиона. Фортуна неохотно дарит пряники, зато кнут ее поминутно свистит в воздухе.

– О, похоже, набегалась, – констатировал Никольский. – Сюда идет, никого не закадрила.

– Антон, будь другом…

– Легко. Отпугнуть ее от тебя? В принципе, могу ее увезти сам и бросить где-нибудь. От этой в любом случае отбиться легче, чем от Мышкиной.

– Нет, лучше забери Мышкину. А с Катей… Ну, понимаешь, она мне… – Чудиков мучительно покраснел и выпалил: – Она мне нравится!

– Она?

– Да.

– Эта?

– Именно. Слушай, ну пожалуйста…

Никольский смотрел на приближавшуюся Катерину с таким недоумением, словно она была буханкой хлеба, у которой внезапно выросли ножки, и она удрала с обеденного стола.

Незнакомец не появился. С чем это было связано, Катя даже не догадывалась, но то, что объяснение откладывалось, тяготило ее чрезвычайно. Гордиев узел хотелось разрубить немедленно, а дальше разбираться со своими собственными проблемами, коих набиралось уже порядком. Поэтому внезапное появление на поле боя Антона окончательно вывело ее из себя.

– А тебе чего надо? – она свирепо ухватила Никольского за собачку на молнии и дернула. Куртка послушно расстегнулась.

– Надо же, какой напор чувств, – хмыкнул он и проинформировал: – На джинсах молния заедает, так что – аккуратнее. Но вообще – здесь как-то холодновато для стриптиза.

Его наглая гладкая морда излучала такое самодовольство, что Катерина ощутила горячее желание плюнуть в нее, но, будучи девушкой интеллигентной и воспитанной, сдержалась, ограничившись презрительным взглядом.

– Ты все? – Игорь робко взял ее под руку, надеясь этим невинным жестом утвердить свое шаткое положение.

– Видимо, да, – оторвав испепеляющий взгляд от Никольского, на которого женские взгляды не действовали вообще, она вежливо улыбнулась Чудикову и руку отнимать не стала. В конце концов, он единственный, кто согласился помочь.

– Я заберу у вас Мышкину, – примирительно сообщил Антон, переваривая ощущения, вызванные созерцанием вновь образовавшейся пары.

– Туда вам и дорога, – непонятно прокомментировала Катя. Но, судя по тону, она все еще пыталась хоть как-то его обидеть.

Татьяна сдалась без боя, с грацией беременного бегемота выпорхнув наружу.

– Уф, – она поправила шарфик и замахала на себя толстыми ладошками. – Я вся горю. Что это со мной?

– Аллергия на людей, вероятно, – язвительно предположила Катя, юркнув на освободившееся место.

Удержавшись от соблазна быстро уехать, оставив пылавшую Мышкину в одиночестве, Антон галантно распахнул перед ней двери «девятки»:

– Прошу.

– Я так и знала, что ты передумаешь, – Мышкина хихикнула и облизнулась.

– Какая ты дальновидная.

– Это женская интуиция. Итак, чего ты хочешь?

– Медаль, – совершенно искренне поведал ей Никольский. – Я только что спас друга и лег на амбразуру.

– Медаль – это я? – уточнила Татьяна.

– Нет, дорогая, ты – амбразура!

Игорь мучительно соображал, как предложить Кате ужин в кафе. В самом слове «ужин» ему чудился фривольный намек, а Катя была во взвинченном состоянии и могла обидеться.

Она объяснила, где живет, и откинулась в кресле, прикрыв глаза.

Игорь пару раз неуверенно кашлянул, но она даже не взглянула в его сторону. Оставалась одна надежда закрепить дружбу – когда Катя будет выходить. Ведь не выползет же она молча, как сомнамбула.

Между тем Катя боролась с головной болью и раздражением. От Чудикова пахло карамелью и неприятностями. Его было жалко, и отталкивать парня не хотелось. Саша был красивым, Крягин – волнующим, а Чудиков на их фоне выглядел сухой коркой среди царского пира.

Жизнь подкидывала одну за другой шарады, на решение которых у Катерины не было ни сил, ни желания. Красавец Саша в трудную минуту ловко исчез с горизонта, Крягин то обнадеживал взглядами, то вел себя абсолютно индифферентно, а Игорь сделал все, чего она ждала от других, но привлекательнее от этого не стал. Более того, необходимость чувствовать себя ему обязанной за поддержку делала общение с Чудиковым натянутым и вынужденным. Так благодарны мы бываем человеку, давшему в трудную минуту в долг, и именно так он нас напрягает своим наличием, когда подходит время возвращать чужое.