Зверь из бездны - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 75

Стан повернулся, посмотрел на Вергилия – тот снова бросал что-то в воду – и пожал плечами:

– Не понимаю! Если ты помощник, союзник – так и скажи. Так нет же! Напустит тумана или непонимающим прикинется.

– А если он по-другому просто не умеет? Ты ведь не будешь требовать, чтобы твой джонни изъяснялся членораздельно, а твое авто рассказало тебе, где искать контрабанду с Гаруды? Это же не человек, Стан, это же какая-то сущность, приспособленная к человеку настолько, насколько, вероятно, это возможно. Наверное, нам тоже трудно было бы добиться взаимопонимания с рогатыми плавунцами или бабочками. Убедил?

– Словесный водопад! – усмехнулся Стан. – Сразу видно, что возможностей для общения у тебя здесь было не так уж много.

– Ты прав.

Я произнес эти слова и вдруг вспомнил, что были ведь у меня беседы, длинные беседы по вечерам в каких-то комнатах… и словно бы играла музыка… и какие-то картины на стенах… зеркала… Или все это мне привиделось? Ах, ну да: крылатая женщина! Напавшая на меня в темноте обитательница Преддверия…

Я не был уверен, что все это мне только привиделось, но обрывки моих воспоминаний действительно были подобны сну. Все, что случилось со мной в Преддверии после падения с обрыва на Альбатросе, я помнил достаточно отчетливо. А вот то, что касалось крылатой женщины… Была тут какая-то неясность, что-то ускользало от меня, никак не поддаваясь воспроизведению…

Впрочем, сейчас это было совершенно неактуальным. Актуальным было другое: наши дальнейшие действия. Где искать Славию? Как найти в необъятных пространствах Преддверия те черные колонны? Очутившись в Преддверии, я слышал Голос. Голос подсказал, в каком направлении мне идти. Но не более. Он звучал со всех сторон сразу, на той поляне в засохшем лесу, и не было никакого золотистого сияния, и я с трудом понимал услышанное, потому что неведомая сущность изъяснялась очень путано, не доводя до конца почти ни одной фразы и игнорируя все мои вопросы. В моих странствиях по Преддверию я не раз пытался позвать Голос – и вслух, и мысленно, – но он не откликался. Почему? Я не мог прийти к постижению неведомой сущности, потому что она не была человеком.

Если Вергилий действительно посланец Голоса – значит, нужно попробовать расспросить его. Приняв такое решение, я поднялся и сказал молча наблюдающему за мной Стану:

– Ну что, зададим вопрос твоему сопровождающему?

– Насчет Славии?

– Да.

– Видишь ли, Лео, я уже спрашивал его о Славии. Он ответил, что не знает ни о ней, ни о том, где она может находиться. Но попробуй. Если ничего не получится – пойдем куда глаза глядят и будем расспрашивать всех встречных. Других вариантов, по-моему, нет.

– Это Преддверие, Стан, – подбодрил я его. – Тут могут появиться и другие варианты.

Собственно, не столько его я хотел подбодрить, сколько себя. Я не имел ни малейшего представления о том, каковы наши шансы на успех и есть ли вообще такие шансы…

Мы направились вдоль берега к Вергилию, по-прежнему слоняющемуся у воды с палкой в руке, и я заметил, что его следы на корке ила уже пропали. Да, в Преддверии действовали какие-то иные законы…

– Вот посмотришь, ничего толкового от него не добиться, – скептически сказал Стан.

Увидев, что мы движемся в его сторону, Вергилий швырнул палку в воду и пошел нам навстречу.

– Обменялись впечатлениями? – спросил он, приблизившись и обводя нас внимательным взглядом.

– Обменялись, – ответил я и сразу решил приступить к делу. – Вергилий, мы ищем девушку по имени Славия. Стан сказал мне, что вы ничего не знаете о ней и не знаете, где ее искать. И что здесь у нее может быть совершенно другое имя. Так или не так?

– Вообще-то любое утверждение – или почти любое – может обернуться своей противоположностью, – заметил Вергилий, продолжая пристально глядеть на меня. – Но только не в данном случае. Я действительно ничего не знаю о Славии.

– Не так давно вы сказали, что никуда не уходите, – продолжал я, надеясь поймать Вергилия на противоречии, – потому что нам еще нужно найти Эннабел Ли.

– Да, я сопровождающий. То есть готов сопровождать тебя и Станислава Лешко. Но я уже объяснял Станиславу Лешко, что сопровождающий – это не указатель пути. Я не знаю ни пути, ни имени.

– Я же говорил, – уныло вставил Стан.

Да, от Вергилия, видимо, действительно толку было мало. А если попробовать уточнить кое-что еще?

– Ты сопровождающий, – сказал я, тоже перейдя на «ты». – Ты сопровождал кого-нибудь еще кроме Стана?

– Кроме Станислава Лешко? – уточнил Вергилий.

– Да.

– Вполне вероятно. Хотя ничего нельзя утверждать с абсолютной уверенностью. Возможно, я выполнял какие-то другие функции.

– Так сопровождал или нет?

– Возможно, – невозмутимо повторил Вергилий. – Здесь можно строить разные предположения.

Он казался вполне серьезным и я чувствовал, что ответы его искренни; он, кажется, не задавался целью сбить меня с толку и ничего не скрывал. Просто отвечал так, как мог. И не его вина, что такие ответы меня не устраивали.

У Стана начали перематываться желваки на скулах, а глаза сузились и стали злыми.

– Стан, расслабься, – негромко сказал я и вновь обратился к Вергилию: – Если ты кого-то сопровождал, то мог запомнить особенности местности. Так?

– Мне это как-то ни к чему, Леонардо Грег. И особенности местности часто меняются. В одну и ту же реку нельзя войти дважды, потому что здесь не бывает одной и той же реки. Гераклитовское «панта рей» тут как раз кстати.

– Что такое «панта рей»? – хмуро спросил Стан.

– Все течет, все движется, и ничто не остается на месте. Истинно так, Темный Эфесец не ошибался. Возможно, была у него какая-то скрытая связь…

– Подожди, Вергилий, – остановил я его; мне в голову пришла новая мысль. – Бог с ним, с твоим Темным Эфесцем. Ты не знаешь, как общаться с Голосом?

– Что такое Голос?

– Н-ну… некая сущность, которая находится вне Преддверия… Она меня вытащила отсюда в первый раз. Я с ней разговаривал… Золотистый свет…

Я беспомощно умолк: ну как объяснить Вергилию, что или кого я имею в виду, если я сам ничего толком не знаю о Голосе? Вергилий мог быть посланцем Голоса, но не ведать, что он посланец.