Зверь из бездны - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 27

Он опять вздохнул, встал и повернулся спиной к окну. И только сейчас заметил, что в углу экрана его старинного школьного компа мерцает зеленый огонек. Кто-то передал сообщение на этот комп, и теперь огонек упорно и неустанно мигал, стараясь привлечь внимание адресата.

Грег ласково похлопал старого забытого друга по гладкому боку, придвинул ногой стул и сел, и с неудовольствием подумал, что это, конечно же, добрались до него из Кремса. Ни у мамы, ни у отца не было повода беспокоить его – до их возвращения из Вифлеема оставалось не так уж много времени. Нет, это явно из Унипола, решил он. Хотя, может быть, сообщение адресовано родителям – просто параллельно перебросили и на этот комп…

Как оказалось, сообщение было направлено еще утром, когда он ходил к озеру; посидел на берегу, поплавал, пытался устроить подводную охоту без всяких технических средств – и поймал-таки двух медлительных рыбин с колючими плавниками, и отпустил их восвояси. Он читал ползущие по экрану строчки сообщения и чувствовал, как неприятный холодок пробирается по спине.

Сообщение было от Стана. Стан по-прежнему находился на Серебристом Лебеде в компании Патриса Бохарта и его парней, и не терял времени даром. Он расспросил Бохарта, что же тому все-таки привиделось в той пещере – и не получил никакого вразумительного ответа. Патрис Бохарт заявил (как сообщал Стан), что он сам не знает, что именно ему почудилось. И почудилось ли вообще.

Стан успел сделать и другое: он организовал еще одну вылазку на остров Ковача… и обнаружил там скалы, сплавившиеся под воздействием высоких температур… Произведя выстрелы из эманатора по соседним скалам, Стан констатировал идентичность повреждений. И конечно же, у него не оставалось сомнений, что при первом посещении острова на Грега таки накатило и он действительно, сам того не сознавая, открыл пальбу в одной из расселин своего сектора…

Анализ данных мониторинга, к сожалению, не дал никаких результатов, сообщал Станислав Лешко. Теперь дело за прочесыванием всего Серебристого Лебедя, и решение об этом будет вот-вот принято. Все семь коммивояжеров скоропостижно скончались, разделив судьбу Лайоша Ковача.

«Лео, умоляю тебя, обратись к врачу! – заканчивал свое послание Стан. – Надо лечиться, пока не поздно. Умоляю! Иначе я вынужден буду принять меры по твоему принудительному лечению. Это в твоих же интересах, Лео!»

Пискнул сигнум, оповещая о конце сообщения, и Грег скорчился на стуле, невидящим взглядом уставившись на погасший экран. Холодок растекался по телу…

Ему все было понятно. Враг не дремал, Враг сделал все для того, чтобы никто – никто! – не поверил офицеру Унипола Леонардо-Валентину Грегу. Кто-то из помощников Врага получил задание, кто-то добыл оружие – боевое оружие! – добрался до острова Ковача и произвел выстрелы по скалам, чтобы ввести в заблуждение Станислава Лешко… Значит, помощники Врага были и среди тех, кто имел доступ к боевому оружию…

Грег сполз со стула и, едва не наткнувшись на стол, перебрался на диван. Лег, заложил руки за голову и закрыл глаза. И внезапно нахлынуло, навалилось… В памяти с необычайной резкостью возникли картины всех этих таких коротких и таких долгих дней.

«Феникс просит помочь, они там ничего понять не могут, – сказал Кондор, держа в руках инфопласт. Это было началом. – Давай, Лео, покажите квалификацию…» Потом – потоки информации из разных миров. Потом – прыжки с планеты на планету. Эвридика Карреро, первая пострадавшая, с которой он, Грег, столкнулся при расследовании. Предположения, догадки… Блуждание по дорогам, кончающимся тупиками… Разговоры, сопоставления, анализ… Жертвы, жертвы, все новые и новые жертвы… Поиски, метания… Озарение и резкий поворот… И горький финал, страшный финал, которого не может, не должно быть в жизни! Если бы все это действительно оказалось только книгой, только выдумкой, вполне достойной того, чтобы забыть ее, забыть навсегда, вычеркнуть из памяти и спокойно уснуть… и проснуться…

Не вычеркнуть… не забыть… не проснуться… Близится финал, твой личный финал, Леонардо-Валентин Грег… И никто, никто не знает истинных размеров опасности… Сдаваться… Сдаваться?..

А жертвы? А растерзанные человеческие тела?.. А огромные черные глаза Эвридики Карреро, в глубине которых навсегда застыл пережитый ужас?

Ему вдруг безумно захотелось увидеть Эвридику Карреро, заглянуть в ее глаза. Это желание было настолько сильным и острым, что он испугался. Что с ним происходит? Такого не случалось с ним никогда. Какая-то неведомая сила швырнула его с дивана, проволокла через комнату, бросила вниз по лестнице, к входной двери. Больше он ничего не помнил…

…Он вышел к пруду с прозрачной водой, в которой легкими лодочками застыла сорванная ветром листва. Покосившаяся деревянная беседка все так же стояла на берегу – остроконечная крыша на рассохшихся резных столбах. Он сразу узнал это место. Он сразу узнал эту беседку. Именно здесь он слушал предсмертное послание Славии. Именно здесь…

«Что со мной? – с ужасом подумал он. – Как я оказался у этой беседки? Откуда провалы в памяти? Неужели – признаки наступающего безумия и близкого исполнения пророчества Голоса? Преддверие изменило меня… Почему я здесь?..»

– Потому что я позвала тебя, – сказали за его спиной. – Потому что мне плохо без тебя. Потому что я не хочу уходить…

Он слушал эти слова с трепетом и недоумением, и все не решался оглянуться. И лишь когда голос смолк, и наступила странная тишина, поглотившая все звуки мира, он очень медленно повернулся.

Она стояла у него за спиной. Эвридика Карреро. И в ее черных глазах по-прежнему таился пережитый ужас. Он замер, глядя на нее. Что она только что сказала? Куда уходить? И разве это ее голос звучал? Это же голос…

Фигура Эвридики Карреро словно расплылась, начала таять, и сквозь нее проступала другая фигура… Он протянул руки, он сделал шаг вперед, он хотел назвать имя – но не смог. Налетел черный шквал, подхватил его, и все исчезло во мраке.

– Славия… – наконец прохрипел он, отбиваясь, изо всех сил отбиваясь от липкой тьмы.