Заколдованный остров - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 15

– Сам ты бутылка! – уязвленно сказал Вийон и смахнул-таки на пол свой бокал. – Нет в тебе полета, Влад, прозаично мыслишь. А тут поэзия, песня! Вот, любуйся и думай о вечном.

Вийон растопырил пальцы и сунул свою ладонь тыльной стороной чуть ли не в лицо Владу.

– Ну? – непонимающе сказал Влад, скользнув взглядом по кольцам и перстню на длинных, с неряшливо обрезанными ногтями пальцах собеседника.

Вийон, качая головой, разочарованно поцокал языком.

– Удивляюсь твоей непонятливости, Влад. Неужели не видишь? Вот это что, по-твоему? – Вийон пошевелил безымянным пальцем с довольно широким кольцом, отливающим тусклым серебром. – Это что, по-твоему, не вещь?

Влад пожал плечами:

– Ну, кольцо. Я в этих делах не очень. Вот, – он кивнул на свой одинокий перстень с красным камнем, – мне вполне хватает.

– Кольцо! – фыркнул Вийон. – Да ты посмотри, какое кольцо! Это же песня, а не кольцо! Символ спасения! Да ты посмотри, получше посмотри! Это же как глоток вина поутру, после буйного вечера. Песня, Влад, утренняя песня, а не какой-то там вой Белого Призрака. Шелест свежей листвы, плеск вина, льющегося в бокал. Ты только посмотри, протри глаза и посмотри! Лепесток в бокале!

Бормоча все эти красивости, Вийон не без усилия стащил кольцо с пальца и протянул Владу. Влад, решив, что сопротивляться бесполезно, взял украшение и повернулся к настенному светильнику.

– Росинка на траве, одинокий фонарь в переулке, – продолжал приговаривать Вийон. – Тонкий бокал с драгоценным напитком, способствующим воспарению души… Ты не против, если я отхлебну из твоего бокала?

– Отхлебни, отхлебни, – рассеянно сказал Влад, рассматривая кольцо. – Воспари душой.

Ничего особенного он в этом кольце не нашел. Обыкновенное украшение, не хуже и не лучше других, с черным волнистым орнаментом по верхнему и нижнему краю. Наверное, только нетрезвому Вийону, занесенному потоком в заросли кустарника, могло оно почудиться – как он там выражался? – лучиком надежды и искрой вечного огня. Конечно, приятно, наверное, среди мокрого хлама обнаружить утерянную кем-то изящную вещицу. Символ спасения… Пить бы Вийону с утра поменьше – тогда вовремя заметил бы опасность и сидел дома, и не пришлось бы физиономией в кусты.

– Красивая штучка, – деликатно сказал Влад, возвращая кольцо. – Повезло тебе, Вийон. Не каждому так везет – лежа в грязи, наткнуться на прекрасное.

– Я же говорю: з-знамение! – воскликнул Вийон, поднял руку с зажатым между пальцами кольцом и, нетрезво сощурившись, принялся пристально разглядывать его, поворачивая то в одну, то в другую сторону, причмокивая и покачивая головой. Он уже успел отхлебнуть из бокала Влада, и отхлебнуть так основательно, что бокал был пуст. – А давай-ка я тебе его подарю, Влад!

– Да я вообще-то не любитель… – начал было Влад, но Вийон отчаянно замотал головой и схватил его за руку, чуть не перевернув столик.

– Нет-нет-нет, даже и не вздумай отказываться! – напористо заявил он, пытаясь насадить кольцо на палец Влада. – У меня вон сколько, а у тебя? Позволь сделать тебе приятное. Ведь правда же, прелестное колечко?

Влад решил не сопротивляться. Коль Вийону приятно сделать другому приятное – зачем лишать его этого удовольствия? Тем более, кольцо смотрелось на руке вполне уместно. Приятно смотрелось, можно сказать.

– Н-ну вот, – удовлетворенно сказал Вийон, продолжая держать Влада за руку и с умилением разглядывая свой подарок. – Весьма и весьма недурно, я тебе скажу. В этом есть глубокий смысл, Влад: не прятать у себя искру вечного, а передавать другим. Так и ты – поноси немного и передай дальше. Ты так и сделаешь, Влад? Обещай, что так и сделаешь.

– Конечно, – заверил Влад. – Похожу немного и передам другому. Не сомневайся.

– Ну вот и славно! – обрадовался Вийон. – Почему бы нам по такому случаю не выпить немного вина? Такое ведь случается не каждый день, согласен? Сейчас я принесу… вот только сначала прилягу немного…

Вийон тяжело поднялся, отодвинул ногой стул и, пошатываясь, направился к стоящим вдоль стен низким диванам. С размаху плюхнулся на темную бархатную обивку, вяло помахал рукой: «Я с-сейчас, Влад!» – повалился на бок и замер.

«Все, погрузился в светлые грезы», – усмехнулся Влад и поправил кольцо.

Помост по-прежнему был пуст. Посетители кафе молча сидели за столиками и Влад подумал, что пока он разговаривая с Вийоном, никто из них, кажется, не произнес ни слова. Либо пришли сюда на редкость молчаливые горожане, либо не хотелось им ни о чем говорить после песен Грустной Певицы.

Входная дверь с легким шорохом отворилась и в кафе вошел высокий человек. Тусклый свет упал на его лицо, обрамленное длинными волосами, и Влад от неожиданности откинулся на спинку стула. Он узнал распорядителя боев.

Распорядитель должен был сейчас находиться в амфитеатре, на арене, потому что бои не могли закончиться так быстро. И они, несомненно, еще не закончились: снаружи, за окнами кафе, по-прежнему было тихо.

Не могло такого случиться, чтобы зрители расходились крадучись и безмолвно – с чего бы это вдруг? И никто не спешил сюда глотнуть вина или пива и обсудить состоявшиеся поединки – а Владу помнилось, что все окрестные кафе после боев бывали битком забиты горожанами. Скорее всего, распорядитель просто выскочил на пять минут промочить свою луженую глотку, хотя… Хотя ведь и в амфитеатре напитков вполне хватало.

Как бы там ни было, распорядитель находился сейчас не на арене, а в кафе. Он нацедил из бочки вина во внушительную бронзовую чашу, подошел к ближайшему от двери столику и грузно опустился на стул. По сторонам он не смотрел – обхватил чашу ладонями и начал сосредоточенно хлебать свое вино, не обращая ни на кого внимания.

Влад поколебался немного, оглянулся на безмятежно посапывающего Вийона и встал из-за стола.

«Будь что будет, – решил он, – а попробовать надо».

Огибая столы, он подошел к распорядителю и без приглашения сел напротив, в упор глядя на поглощающего вино верзилу с округлым лоснящимся лицом без единой складки или морщинки. Распорядитель мельком взглянул на него и сделал очередной гулкий глоток, ничем не показав, что имеет какое-то отношение к Владу. Словно и не он совсем недавно тыкал своим жезлом в трибуну, словно и не он рычал:

«Убирайся, пока за ноги не вытащили!»

– Можно задать вопрос? – Влад старался, чтобы голос его звучал ровно и достаточно нейтрально. – Вернее, два вопроса.

Распорядитель со стуком поставил тяжелую чашу на стол, неторопливо вытер губы рукавом плаща и неожиданно подмигнул Владу.

– Готов проглотить вот эту посудину, – он пощелкал ногтем по отозвавшемуся низким звуком боку чаши, – если не угадаю, какие у тебя вопросы. Причем проглотить, не разжевывая, одним махом.

– Ну и какие же? – подавив легкое удивление, неприязненно спросил Влад. Конечно же этот громила догадался, о чем его может спросить тот, кого он выбрал в качестве жертвы мастеру кулачного боя.

Распорядитель выставил перед собой крепкий палец с отполированным закругленным ногтем и несколько раз медленно ткнул им в сторону Влада.

– Имя твое сегодня склонял на все лады один квартальный смотритель.

Скорпион, если не ошибаюсь. Была у тебя с ним небольшая милая встреча, не так ли, Влад?

Влад почувствовал, что щеки его начинают гореть. А распорядитель продолжал негромким, но раскатистым басом, так что, казалось, его голос слышен всем посетителям кафе:

– Это ответ на твой первый вопрос. А что касается второго… – распорядитель ухмыльнулся, показав крупные белые зубы, которыми действительно можно было бы при желании разжевать бронзовую чашу. – Да, я, конечно же, выбрал тебя не случайно. Я искал тебя на трибуне – и нашел!

– Но почему? – растерянно выдавил из себя Влад. – Мы же с тобой совершенно незнакомы! Почему именно меня?

– А чтобы жизнь тебе не казалась слишком хорошей, – жестко сказал распорядитель.

– Это… это у меня, что ли, хорошая жизнь? – Влад чуть не задохнулся от возмущения. – Всем бы такую хорошую… – он осекся и в упор взглянул на распорядителя, который, чуть прищурившись, изучал покрытый узорами бок своей опорожненной чаши. – Ладно, выкладывай: