Стрелы в полёте - Корепанов Алексей Яковлевич - Страница 51

Белобрысый не заставил себя упрашивать. Он торопливо шагнул к вешалке и замер. Сергей подтолкнул туда же кожаного, тихо скомандовал:

– Руки за голову! Только пикнете – прибью, мне терять нечего!

Кожаный, сопя, занял место рядом с белобрысым. Теперь, пусть это и не совсем гуманно, а вернее совсем негуманно, придется врезать им рукоятью по головам, чтобы быть спокойным за тылы при пленении Лондара. Этих оставить здесь, а Лондара отвезти к себе в квартиру… или нет! Взять с собой, на место проведения Ритуала, – пусть посмотрит и покусает локти, Казачок засланный. И ничего-то он им уже не сможет сделать…

– Парни, дело очень серьезное, – тихо, но внушительно сказал Сергей.

– Очень серьезнее, вы даже себе не представляете! Вы мне не нужны, мне нужен ваш хозяин. Не шумите – и я вас не трону. Если поняли – кивните.

И белобрысый, и кожаный усердно закивали, и Сергей, чувствуя, что поступает совсем не по-джентльменски, уже поднял руку, чтобы врезать кожаному пистолетом по обтянутой шапочкой макушке – и в этот момент его сильно толкнули в спину. Не удержав равновесия, он, выставив руки перед собой, врезался в спину кожаного, и белобрысый тут же, выбросив вперед ногу, выбил у него пистолет. Его еще раз толкнули, теперь уже в плечо, стремясь повалить на пол, белобрысый, ощерившись, ударил его коленом в подбородок, и знакомый женский голос немного нервно произнес:

– А ты, Малыш, дай-ка ему промеж глаз!

Сергей, оглушенный первым ударом, едва держась на ногах, не успел даже поднять голову и хоть как-то среагировать, когда получил новый удар, еще более болезненный – снизу вверх, прямо в лицо.

– Ур-род рваный! – услышал он надсадный возглас Малыша и, хватая разбитым ртом воздух, почти мгновенно погрузился в кромешную глухую темноту.

…Он навзничь лежал посреди безжизненной равнины Ун-Аэнно, только здесь почему-то было небо, затянутое черными тучами небо, и с неба лил дождь. Холодные дождевые струи падали на лицо, и болела голова, и ныла челюсть, и кружили вокруг него хоровод бесчисленные одинаковые двери, деревянные лакированные двери с готической цифрой «три» – и из-за каждой двери выглядывал Лондар, улыбаясь высокомерно и торжествующе, и грозя ему пальцем…

Он собрал все силы, чтобы подняться, он напрягся – и ему удалось открыть глаза. Голова продолжала болеть, лицо – он чувствовал это – было мокрым, а на лбу лежало что-то холодное. Вверху был обклеенный красивыми обоями потолок с не менее красивым светильником на витом шнуре, сбоку склонилась над ним Вика, держа в руке белую емкость со льдом – непременную принадлежность любого холодильника. Сергей, превозмогая боль, скосил глаза в другую сторону – там стояли белобрысый, Малыш и Лондар. Лондар держал в руке тот самый пистолет, который совсем недавно был главным и единственным козырем Сергея. И еще там стояла девица в джинсах, в которой Сергей без труда узнал давешнюю попутчицу с автозаправки (ох и много же вокруг все-таки расплодилось автозаправок!). Ленка-стопщица, верный боец Игоря-Казачка-Лондара, боевая подруга. Это, несомненно, именно она, подкравшись сзади, сорвала столь блестяще начавшуюся операцию по вторжению в квартиру.

«Хреновый из меня супермен, – подумал Сергей, морщась от головной боли, и поймал себя на том, что подобное заключение он делает сегодня уже не в первый раз. – Не осмотрелся, не проверил… Опять она меня наколола, как пацана…»

Он осторожно пошевелил челюстью – челюсть болела, но вроде бы двигалась вполне нормально, а значит не была сломана – и собрался уже приподняться, но тут же мысленно посоветовал себе не спешить. Спешить и вправду было некуда.

– Приношу извинения за негостеприимное поведение Малыша и Славика, – начал Лондар, увидев, что Сергей очнулся, – но тут ты сам виноват. Тебя ведь, собственно, сюда не звали, верно? А незваный гость, сам знаешь… Ладно, будем считать инцидент исчерпанным. На ближайшее будущее планов особенных не строй – отдохнешь здесь вместе с Викторией. Ну, срок ты сам знаешь. – Лондар, уперев руки в колени, наклонился к Сергею. – Если не секрет, как ты разузнал об этих моих апартаментах? Я вроде бы ни в прессе местной не афишировал, ни по телевизору. Что, застращал моих ребят вот этим? – он кивнул на пистолет.

Сергей понял, что Казачок имеет в виду горе-охранников из Орловки.

– Поинтересовался в справочном бюро, – медленно ответил он, остерегаясь, что челюсть заболит еще сильнее; ей уже когда-то доставалось – чужим локтем, при игре в футбол. – Там только место рождения просили уточнить…

– Но-но! – Лондар распрямился, отдал оружие хмуро сопящему Малышу, который, судя по его взгляду, чувствовал себя смертельно оскорбленным. – Это здесь никого не интересует. Учти, Сергей, я все достаточно подробно рассказал Виктории, и она, в принципе, согласилась с моими доводами.

Сергей перевел глаза на Вику. Она как-то виновато потупилась и щеки ее, кажется, слегка порозовели.

«Такие, значит, дела, – стараясь не обращать внимания на боль, подумал Сергей. – Обещал помочь ей пережить критические, так сказать, дни, посулил прекрасное будущее… Может, и какой-никакой стартовый капиталец подкинуть обязался, для поддержки и открытия собственного дела…»

– Эх, Вика… – сказал он. – Сыр выпал – с ним была плутовка такова. Забыла дедушку Крылова…

– Я просто слушала, а поддакивать еще не значит – соглашаться, – быстро ответила Вика, не глядя ни на него, ни на Лондара. И, присев на корточки, перевернула на другую сторону мокрое полотенце, лежащее у Сергея на лбу.

– Ай-яй-яй, Виктория, – покачал головой Лондар. – А мне-то показалось, что в ходе нашей довольно длительной прогулки я сумел вас в чем-то убедить. Впрочем, это не так уж важно. Кто поймет женскую натуру, тот откроет главную тайну Вселенной. В любом случае вы остаетесь моей гостьей. Как и ты, Сергей. В общем, господа, давайте рассредоточиваться. Алена, собирайся – поедем, покатаемся. («Все-таки хочет разведать, что там, в Орловке», – подумал Сергей). Малыш, ключи.

Малыш, не сводя свирепых глаз с Сергея, сунул руку в карман куртки, достал ключи от машины и протянул Лондару.

– А ты со Славиком – в почетный караул, – продолжал Лондар. – Предельная корректность, господа караульщики, потому что врагов тут нет, а есть просто соперники, да и то заблуждающиеся – но и бдительность попрошу соблюдать надлежащую, и строгость.

«Его ни в коем случае нельзя упускать, – подумал Сергей. – У тебя есть еще один шанс, неумеха. Если снова напортачишь – значит идиот ты вовеки веков, аминь. Значит курица ты общипанная, фуфло паршивое, размазня, а не супер, единственный из шести миллиардов. Так докажи им всем, черт тебя побери, что ты действительно необычный, действительно

– не такой, что ты сильнее всех их вместе взятых!»

Он закрыл глаза, разметал по закоулкам головную боль и, сосредоточившись до предела, исторг из глубин своей новой сущности вращающийся плоский черный диск-оронду. Диск, с помощью которого он мог за счет своей собственной скрытой энергии замедлить время вокруг себя.

Черный диск, который Сергей видел мысленным своим зрением, вращался все быстрее и быстрее, всплывая над такой же черной поверхностью. Наступила какая-то невероятно глубокая тишина, и в этой тишине Сергей осторожно приоткрыл глаза.

Сначала ему показалось, что в прихожей ничего не изменилось, но, разглядывая других действующих лиц сцены в квартире номер три, он убедился в том, что оронда работает, что называется, на всю катушку. Потому что действующие лица стали лицами бездействующими, превратились в неподвижные манекены, застывшие в разных позах: Вика все никак не могла опустить на пол емкость со льдом; Лондар делал шаг к входной двери; ушлая стопщица Алена, полуотвернувшись, начинала разворот в сторону кухни – из прихожей виден был холодильник и край стола; белобрысый Славик стоял с закрытыми глазами, словно погрузившись в глубокий сон, а Малыш, наоборот, уставился на Сергея.

Сердце Сергея успело сделать не меньше двух десятков ударов, когда он обнаружил, что сцена не так статична, как показалось ему поначалу. Рука Вики чуть приблизилась к полу; Лондар продвинул ногу на пару сантиметров вперед; Алена продолжала чрезвычайно замедленный разворот, будто была огромным танкером, а не весьма субтильной девицей; Славик открыл глаза – оказывается, он просто моргал, и только в позе и лице Малыша не произошло никаких изменений. Оронда работала, замедляя течение времени вокруг Сергея, поглощая скрытую энергию его астрального тела, как говорил Гость, – для самого же Сергея ход времени оставался обычным. Неизвестно было, насколько хватит этой энергии, и что может случиться потом – Гость ведь собирался о чем-то предупредить, но не успел, – и нужно было немедленно действовать.