Франклин Рузвельт. Человек и политик (с иллюстрациями) - Бернс Джеймс Макгрегор - Страница 157

В этой культуре войны солдат жил, трудился, воевал и иногда погибал. На родине и за рубежом в него проникала любопытная субкультура — разрозненные анклавы солдат с черным цветом кожи. В 1944 году армия оставалась сегрегированной; флот сохранял цвет белой лилии, за исключением некоторых категорий вспомогательного персонала. Некоторыми подразделениями негров командовали белые офицеры, другими — черные. Несмотря на неприязнь к сегрегации, у негров выработалось определенное чувство гордости службой в боевых подразделениях ВВС и сухопутных сил, укомплектованных черными. Но оно сменилось негодованием большим, чем прежде, в начале 1944 года, когда боевые пехотные подразделения черных — некоторые входили в отличившиеся в прошлом негритянские части — использовались на вспомогательных тяжелых работах, а черных пилотов обвинили в непрофессиональном ведении боя. Негритянская пресса возмущалась; представитель черных Фиш обращался с протестами к Стимсону. Уильям Хэсти, подавший в отставку с поста гражданского помощника министра обороны по делам негров в знак протеста против продолжавшейся несправедливости в отношении войск черных, писал Стимсону, что министра ввели в заблуждение его подчиненные в вопросе перевода негритянских боевых подразделений на работы в тылу.

Белый дом редко вмешивался в вопросы службы негров в армии, но Элеонора Рузвельт довела обеспокоенность президента и первой леди до сведения руководства Пентагона, и эта обеспокоенность повлияла на решения военного ведомства. В раздражении как от расистов, так и черных экстремистов Стимсон посчитал: «...мы страдаем от навязчивого наследия первоначального преступления — рабства». Он выступал за равные возможности для обеих рас, но без смешивания социального статуса. «Нам нужно использовать помощь цветной расы в этой войне; следует, чтобы командовали ею белые офицеры, — писал он в своем дневнике. — Лучше пусть так, чем позволить людям погибать из-за некомпетентного командования». Для Стимсона главная проблема заключалась в том, как наилучшим способом выиграть войну, но он не задумывался над вопросом о потенциальной эффективности смешанных подразделений. Не задумывался об этом и Рузвельт.

«Эта война — идеологическая война в защиту демократии, — писал Гуннар Мюрдаль в „Американской дилемме“, вышедшей в 1944 году. — Сражаясь с фашизмом и нацизмом, Америке пришлось выступить перед всем миром поборницей расовой терпимости и сотрудничества, а также равенства рас».

В позиции Рузвельта сочетались тревога, реализм и сдержанность. Когда на встрече с ним в феврале негритянские публицисты затронули вопрос об обращении с черными солдатами, президент ответил:

— Совершенно верно, определенная дискриминация в отношении цветных инженерных войск и других подразделений имеет место. И мы против этого, как вы хорошо знаете. Я уже говорил на эту тему, говорил с министром обороны, с его заместителем — со всеми. В принципе проблему создает поведение определенной части белых — офицеров разного уровня субординации; многие из них не так образованы, как цветные военнослужащие, например из инженерных частей флота и сухопутных сил. Вы знаете этот сорт людей. Мы все их знаем. Нам ничего не остается, как думать о множестве людей, которых мы знаем. Но это уже не вопрос приказов, такие приказы отдавались довольно часто во всех гарнизонах цветных войск. Это вопрос человеческого фактора, индивидуальности. Мы же против дискриминации, решительно против...

Глава 16

РОКОВАЯ МОЛНИЯ

Четвертого июня все было готово для операции «Оверлорд». Десантные суда, построенные на озере Мичиган и прошедшие в море по рекам Иллинойс и Миссисипи, собрались в Южной Англии борт к борту. Длинные, неказистые суда-танковозы, сооруженные в Калифорнии, раскрыв свои передки, как голодные аллигаторы, принимали танки, грузовики, бульдозеры. Вдоль живописных английских дорог, под цветущими вязами, выстроились одна за другой необычного вида амфибии, бочкообразные металлические контейнеры с боеприпасами, штабеля бомб, огромные катушки кабеля, автомобильные шины, колеса, деревянные ящики, высившиеся рядами высотой 20 футов. Ряды истребителей «мустанг», заново сияя под защитным масляным покрытием, стояли на небольших аэродромах недалеко от побережья крылом к крылу. Зеленые долины окаймлены сотнями новых локомотивов, тысячами контейнеровозов, бензовозов, ожидавших применения во Франции.

В сумерках автоколонны длиной в милю двинулись по английским дорогам и выгрузили людей на причалы. Солдаты в штормовках сгибались под тяжестью своих нош; в каждой — ружье, спасательный пояс, противогаз, пять гранат, брусок взрывчатки весом полфунта с проводным взрывателем, пакеты питания и неприкосновенного запаса, запихнутые в ранцы и карманы штормовок. Люди строились в колонны и шли на посадку к своим десантным кораблям. Первой должна высаживаться группа из пяти солдат, вооруженных винтовками «М-1» во главе с командиром всего подразделения; за ними выгружалась команда из четырех солдат, их задача — резать колючую проволоку на заграждениях; они тоже вооружены винтовками. Далее шли четыре солдата разведгруппы — два расчета по два человека, вооруженные автоматическими винтовками «браунинг» и несущие по 900 фунтов боеприпасов для каждого ствола; два расчета базук, по два человека каждый; расчет миномета калибра 60 мм из четырех человек, с пятнадцатью — двадцатью минами; команда огнеметчиков из двух солдат; пять подрывников с шестом и боезарядами; военврач и заместитель командира всего подразделения.

Великая наступательная операция, судьба которой решалась и не могла решиться, когда Рузвельт и Черчилль предпочли ей Африку, американские адмиралы отвлекали силы и средства для нее в Тихоокеанский регион, в них нуждалась Италия, наконец конкретизирована, обобщена и спланирована тысячью боевых приказов, графиков высадки и планов боевых действий в местах высадки. Участки пляжей на линии длиной 50 миль вдоль залива Сены и далее на запад, к полуострову Котантен, размечены и зашифрованы кодовыми названиями — «Сворд», «Джуно», «Голд», «Омаха», «Ута». Полтора миллиона американцев, миллион англичан и канадцев, десятки тысяч норвежцев, датчан, французов, бельгийцев, чехов, поляков, солдат других стран ожидали на десантных судах сигнала к операции в закрытых бухтах Южной Англии и на плацдармах позади них. Девятьсот кораблей в диапазоне от патрульных катеров до 26 линкоров и тяжелых крейсеров, 229 танковозов и 3372 десантных судна, а также 163 базы ВВС участвовали в десантной операции. Для нее выделено 124 тысячи больничных коек.

Командный пункт этой многочисленной и сбалансированной военной мощи располагался в орешнике, в нескольких милях к северу от верфей Портсмута, в неопределенного вида автоприцепе, примечательном только наличием красного телефона для связи с Вашингтоном и зеленого — для прямой связи с Даунинг-стрит, 10. Здесь размещался штаб Эйзенхауэра. В миле поодаль стоял Саутвик-Хаус, старинный провинциальный особняк, где проводились официальные встречи. Рядом разместился фургон генерала Монтгомери, командующего сухопутными силами начальной фазы десантной операции. Штаб ударных сил генерала Омара Брэдли находился недалеко от Бристоля.

На противоположном берегу — немцы; весной 1944 года они ожидали десант через пролив, правда неуверенные, где и когда он произойдет. Большинство стратегов вермахта считали, что удар будет нанесен между бухтой Сены и Шельдтом. Однажды в интуитивном озарении Гитлер указал на полуостров Котантен как возможное место высадки союзников, но это озарение быстро сменили другие догадки. Фюрер и его генералы продолжительное время спорили относительно оборонительной стратегии. Добиваясь «фанатичной энергии», Гитлер приказал оснастить Атлантический вал — прибрежную линию Мажино — военной техникой и бетонными укреплениями, чтобы отразить вторжение союзников на побережье. Дал указание своему командующему вооруженными силами на западе Герду фон Рунштедту сбросить противника в море стремительной и мощной контратакой. Рунштедт предпочитал полагаться на проверенную тактику быстрых маневров за линией фронта мобильными пехотными и бронетанковыми частями с целью одолеть противника на пляжах. Почувствовав сомнения Рунштедта, Гитлер назначил командующим Западным фронтом Роммеля, со специальными полномочиями для обороны побережья. Бывший командующий африканским корпусом тяготел к подвижной обороне в глубине фронта, но, помня о воздушной мощи союзников и низкой боеспособности своих войск — многие состояли из новичков, солдат малообученных или уставших от войны на Восточном фронте, — сосредоточился на обороне побережья. К июню пляжи у пролива были усеяны полумиллионом стальных свай, деревянными кольями, ежами и «бельгийскими воротами» — огромными наклонными сооружениями с балками и перекладинами, опутанными колючей проволокой.