Смертельное правосудие - Бернхардт Уильям - Страница 65

– По-моему, вам только по выслуге полагается седьмой разряд.

– Я надеялась на повышение. Но пока не работала из-за родов, Кричтон повысил разряд Кэндис. Конечно, не так, как ее коллегам-мужчинам, но все-таки. И мы обе знаем, что послужило причиной. Зависимость элементарная: Херб получил Кэндис, а Кэндис – разряд. Причем после этого у меня отпала даже возможность жаловаться на дискриминацию. У Кричтона всегда под рукой был козырь в лице Кэндис. Ей же присвоили разряд. Значит, дело не в том, что я женщина, а в том, что плохо работаю.

– Какое коварство, – возмутился Бен, – но вы должны бороться. Уверен, можно найти суд, где вас выслушают.

– Бен, мне нельзя терять работу. Кто возьмет мать-одиночку с трехмесячным ребенком? Забудьте об этом. Они знают, что я беспомощна. Как говорит Кричтон: "Подумайте сами: кому вы нужны?" – Свободной рукой Шелли потерла лоб. – К тому же Чак Конрад навалил на меня всю текущую работу и постоянно грозит увольнением. Я действительно боюсь. Думаю, для вас не секрет, кто отец Энджи? Она дочка Говарда.

– У меня появились такие подозрения в последнее время.

– Когда его убили, я окончательно растерялась.

"Хотя без Гэмела ей будет гораздо спокойнее", – подумал Бен.

– Все, что накопилось за эти годы, все унижения и обиды всколыхнулись во мне с новой силой. Кричтон постоянно говорил, что я провожу слишком много времени с ребенком. Чак грозился уговорить Кричтона выгнать меня. Вы, может быть, помните сцену, которую устроил Конрад в лагере "Секвойя", как он кричал, что не может больше выносить моего присутствия. На следующий день Чак беседовал с Кричтоном, когда они шли к "Высшей ступени", – и лицо Кричтона выражало полное доверие к словам Чака. Я знаю, что они говорили обо мне.

– Поэтому вы решили перерезать страховку Кричтона.

Шелли кивнула.

– Как вы догадались?

– Не найдя ножа на дереве и убедившись, что у Филдера не было причин убивать Кричтона, я понял ошибочность моей версии. Тогда я начал вспоминать подробности того утра: кто чем занимался, где был. И в конце концов вспомнил, как вы делали сандвичи. Вы намазывали майонез... ножом.

– Да, хорошо наточенным кухонным ножом. Надрезав страховку Кричтона, я вернула нож на место, где он преспокойно лежал среди прочих кухонных причиндалов, все время оставаясь на виду. Полицейские видели нож, но он не привлек их внимания. – Шелли застенчиво улыбнулась. – Спасибо, что вы прикрыли меня на совещании.

Бен бросил стаканчик в мусорный бак.

– Ерунда. Я прекрасно понимаю, что вы не преступница.

– Если бы Кричтон узнал правду, он сразу же выгнал бы меня. Босс давно ждет подходящего случая, а лучшего повода для увольнения не придумаешь. И еще хуже – засадил бы меня в тюрьму. – Шелли поцеловала Энджи в щеку. – Я вам очень благодарна, Бен, но взять чужую вину на себя... Это чревато крупными неприятностями. Кричтон может подать на вас в суд.

– Не думаю. Я сейчас контролирую ситуацию и имею возможность в какой-то степени влиять на Кричтона. Кстати, у меня есть друг, Клейтон Лангделл, у которого, возможно, найдется для вас работа вне корпорации. Если, конечно, вы не предпочтете остаться в "Аполло". Решать вам.

Какое-то время Шелли обдумывала слова Бена.

– Разрешите мне немного поразмыслить над вашим предложением, взвесить все "за" и "против". То, что творится в "Аполло", не может нравиться, но просто плюнуть на все и уйти – это самый простой выход.

– Понимаю. Прошибить стены лбом непросто, но кто-то должен бороться, чтобы сделать этот мир хоть чуточку лучше. – Бен погладил Энджи по головке. – Для таких вот малышей.

Энджи схватила Бена за палец. Бен взял девочку на руки.

– Вы так добры ко мне, – обратилась к нему Шелли. Ее глаза наполнились слезами. – А я даже не знаю почему.

Бен покачал малышку на руках.

– Ну, – сказал он, – просто каждый делает то, что может.

Энджи захлопала в ладошки и рассмеялась.