След пираньи - Бушков Александр Александрович - Страница 26

– Постойте, – сказал он. – А нападение на трассе, по дороге в Ермолаево? Это что, мне тоже привиделось? И похищение, и все прочее? Есть три свидетеля, помимо меня…

У него упало сердце, когда адмирал, даже не дослушав, ухмыльнулся с таким видом, словно только и ждал этой реплики:

– А я-то ломаю голову, когда вы сошлетесь на этот триллерочек… Будем его углубленно разрабатывать? Ну давайте… Только потом, чур, не хныкать. Договорились? – он повернулся к Крайко, так и молчавшему все время разговора. – Пригласите коллегу, давненько ждет, сердешный…

Глава седьмая

Пловец из топора хреновый

Несмотря на всю нелепую жуть ситуации, у Мазура легонько ворохнулось в сердце любопытство: что они еще там затеяли, твари? Стоит ли ожидать помощи от Морского Змея, никогда не бросавшего своих? Не может же он всерьез поверить…

Он думал, что Крайко выйдет, но тот снял трубку, набрал короткий внутренний номер и бросил:

– Пригласите.

Через пару минут появился лощеный субъект в штатском, с терпеливо-брезгливой физиономией опытного врача, вынужденного каждодневно лицезреть уродства и сифилитиков. Если что Мазур и ненавидел в жизни сильнее глубинных бомб – то именно такие физиономии.

– Уж извините, что заставили ждать представителя братской конторы, – сказал адмирал, – но сначала требовалось решить чисто военные вопросы…

Лощеный сложной гримасой дал понять, что все прекрасно понимает и ничуть не обижен. Потом глянул вопросительно:

– Простите?

– Полковник Трунов, начальник отдела военной прокуратуры округа, – глядя честнейшими глазами, произнес Лаврик и предъявил гостю удостоверение.

Судя по лицу пришельца, там именно так все и написано. Мазур и не порывался внести ясность, понятно. Если пошарить у Лаврика по карманам, там можно, пожалуй, отыскать и корочки мажордома шведского королевского дворца – если во дворце есть мажордом…

– Капитан Благоволин, старший следователь. – Он тоже в знак доброй воли предъявил орленый краснокожий документ. – Разрешите приступить?

– Приступайте, – благодушно разрешил адмирал.

Капитан уселся напротив Мазура, профессионально по-

смурнев лицом, выдернул из темно-красной папочки разграфленный типографским способом лист бумаги:

– Должен вас предупредить об ответственности за дачу ложных показаний… – пробубнил он скороговоркой классическую формулу. – Гражданин Мазур Кирилл Степанович?

Мазур хмуро кивнул.

– Прошу отвечать, – сказал капитан.

– Мазур Кирилл Степанович, – сказал Мазур.

– Воинское звание?

– Инженер-капитан первого ранга.

– Место прохождения службы?

– Плавбаза «Камчатка», Балтийский флот, – отчеканил Мазур заученно.

Капитан задал еще несколько формальных вопросов, занес в нужные графы короткие ответы, помолчал с внушительным видом. «Ну давай, мудак, – мысленно поторопил его Мазур. – Что вы там еще приготовили?»

– Итак, гражданин Мазур… – протянул капитан. – В каких вы находились отношениях с гражданином Нефедовым Виктором Ильичом?

«Хороший вопрос, – подумал Мазур. – Гадай теперь, что отвечать. Может, в квартире у сопляка все же был микрофончик? Или за ней следили и засекли их с Кацубой? Ситуация…»

– Простите, не припоминаю…

– Да? – капитан сунул ему под нос фотографию, где Нефедов В. И. безмятежно смотрел в объектив и о сложностях жизни, похоже, не задумывался. – А может, припомните?

– А, ну да… – медленно начал Мазур. – Это тот, что издает «Шантарского скандалиста»?

– Именно. А с гражданкой Бойченко Елизаветой Григорьевной знакомы?

– Вот это – нет, – искренне сказал Мазур, догадываясь, конечно, что речь идет о Лизочке-с-характером, но не собираясь облегчать капитану работу.

– Да? Посмотрите, может, и ее припомните?

– Ну да, Лиза… – сказал Мазур. – Но ни отчества, ни фамилии я и не знал…

– Значит, знакомы с обоими?

– Смотря что назвать знакомством. Я у него вчера был дома.

– На предмет?

«А, пропади все пропадом», – подумал Мазур и сказал:

– Собственно, не я придумал туда идти…

– А кто?

– Майор Щербак, зам по хозчасти командира данной воинской части, – не без легкой мстительности сказал Мазур.

– Есть такой, – благодушно кивнув, сообщил капитану Лаврик. – И с какой целью вы надумали посетить гражданина Нефедова у него на квартире?

Мазур решил перейти на классический канцелярит:

– В последнем номере «Шантарского скандалиста» была опубликована статья, задевающая честь и достоинство означенного майора Щербака, в связи с чем майор попытался установить источники информации, использованной гражданином Нефедовым в его клеветнической статье…

– Не так быстро, – попросил капитан. – Клеветнической… И что было потом?

– А ничего, – натужно улыбнувшись, сказал Мазур. – Гражданка Бойченко проинформировала нас, что гражданин Нефедов был в свое время завербован тем самым учреждением, к коему вы имеете честь принадлежать, и уверила, что именно вышеназванное учреждение снабдило гражданина Нефедова данным материалом, в приказном порядке обязав опубликовать материал в поименованной ранее газете…

Капитан и бровью не повел – старательно записал все, поставил точку. Спросил:

– С вашей стороны к гражданину Нефедову применялись меры физического воздействия?

– Ни боже мой, – сказал Мазур. – После столь сенсационного признания мы квартиру попросту покинули. Оба мы с майором Шербаком – люди законопослушные и понимаем все тонкости оперативной работы столь серьезного учреждения…

Он заметил, что капитан записал его ответ в виде краткого: «Нет». И заторопился:

– Эй, я это подписывать не буду…

– Почему?

– Искажаете ответы, – сказал Мазур.

– Ничего подобного. Я спросил, применялись ли вами к Нефедову меры физического воздействия, и ваш ответ перевел как «нет». Я был неправ? – Правы, – сказал Мазур. – Только вы все же мои слова внесите в протокольчик…

– Пожалуйста, – пожал плечами капитан и старательно вывел несколько строчек. – Быть может, с вашей стороны имели место угрозы убийством или причинением телесных повреждений?

– Ничего подобного.

– А относительно гражданки Бойченко?

– Девочку мы вообще не задевали, – сказал Мазур. – Тем более что она как раз и сообщила нам реабилитирующие гражданина Нефедова факты.

– Реабилитирующие?

– Ну конечно, – с простецким видом сказал Мазур. – Мы-то решили, что он попросту искал дешевой сенсации. Но если человек выполнял негласное задание столь серьезного учреждения, то это совсем другое дело…

Откровенно говоря, он питал зыбкие надежды, что удастся столкнуть Лаврика с этим лощеным гусем. Не получилось, увы, – адмирал ничуть не заинтересовался столь сенсационными и пикантными откровениями…

– Они что, подали жалобу? – спросил Мазур.

Капитан с откровенной издевкой глянул ему в глаза:

– Да нет. В нынешнем своем состоянии подавать жалобу им было бы крайне затруднительно. Гражданин Нефедов и гражданка Бойченко найдены убитыми в квартире, которую вы имели неосторожность посетить. Не угодно ли?

Он достал несколько черно-белых фотографий и веером раскинул их перед Мазуром, словно опытная гадалка – карты. Адмирал, подавшись вперед, поднял брови. Зрелище, признаться, было малоаппетитное, даже для тех, кто к смерти привык давно: молодого любителя сенсаций, запутавшегося в играх с серьезными конторами, Мазур узнал сразу, а вот Лизе, судя по всему, пуля угодила в затылок, и выходное отверстие пришлось на лицо…

– Ну, а я какое к этому имею отношение? – спросил Мазур.

– Где вы были в момент убийства?

«Болван, – тоскливо подумал Мазур, – ничего умнее не мог придумать?» И сказал:

– Вы мне сначала напомните, когда убийство произошло, сам я совершенно не в курсе…

– Меж девятнадцатью и девятнадцатью тридцатью.

Мазур облегченно вздохнул:

– Тогда придется вас разочаровать. Мы вернулись на базу около шести, и сразу же меня… гм, посадили под присмотр пары ангелов-хранителей. Один ангел неотступно торчал у дверей, а второй гулял под окном. Так что алиби у меня железобетонное.