Зеркало зла - Булычев Кир - Страница 93

– А что вы сами думаете? – спросил Бо Нурия у армянина.

– Я думаю, что англичане всерьез планировали захват Рангуна, но в пути потеряли свое второе судно, на борту которого были еще моряки и солдаты, а также тяжелые пушки, – без пушек англичане не рискнут напасть на бирманцев.

Когда все разошлись после обеда, король остался с племянницей.

– Ма Доро, – сказал он, – я оставил тебя потому, что ты разговаривала с этим хитрым торговцем и переводила для меня. Я хочу понять, что он думает на самом деле.

– Я думаю, что он ищет свою выгоду. Ему нужна торговля с тобой…

– Еще бы, за то, что он приехал, он заберет у меня рубины за полцены.

– А ты отдашь?

– Ну, не за полцены… – Дядя засмеялся.

– Ты тоже думаешь, что англичане отказались от мысли захватить Рангун? – спросила Дороти дядю.

– Не уверен, – ответил король. – Их корабль «Дредноут» привез много солдат. Что теперь с ними делать? Кормить их и везти обратно? Это так непохоже…

– И я думаю, – поддержала короля племянница, – что мистеру Уиттли невыгодно отказываться от войны. Ведь его могут сделать виноватым, что война не получилась. Значит, надо отыскать других виноватых, а еще лучше – положить в карман короля Англии новую провинцию. Я знаю его жену, она мне рассказывала, какой он тщеславный. Он боится, что время идет, а он упускает свою великую победу…

– Но у него нет пушек, – сказал король.

– Я, конечно, не солдат, – сказала Дороти, – но разве нельзя стрелять из корабельных пушек?

– Нельзя. Они устроены так, – сказал дядя, – что не могут ездить по земле. У них слишком маленькие колеса, такие маленькие, что на них можно только подкатить пушку и откатить на гладкой палубе.

Дороти пошла спать, а ночью она проснулась от того, что решила задачку. Жалко, что нельзя бежать по дворцу в спальню к дяде, нельзя разбудить короля… Она без сна мучилась до рассвета, а с первым лучом солнца послала служанку к королю с просьбой о немедленной встрече.

Бо Нурия сам поднялся на веранду павильона принцессы.

– Что случилось? Что-нибудь серьезное, девочка?

– Скажи мне, а сами пушки, сами их стволы, они одинаковые у корабельных и у сухопутных пушек?

– Да, – согласился король. – И из-за этого ты меня вызвала?

– Неужели ты не понимаешь, как это важно? А что, если сделать для пушек большие колеса, они станут сухопутными?

– Мне надо поговорить с моими пушкарями, но я думаю, что это можно сделать.

– А ты знаешь, сколько пушек на «Дредноуте»?

– Нет.

– Шестьдесят четыре большие пушки! И если мистер Уиттли сделает им колеса, то его война может быть удачной!

– Но это трудно сделать…

– Но если догадаться, то можно сделать?

– Можно.

– Тогда ты должен послать надежного человека, который увидит, снимают ли пушки с «Дредноута», переносят ли их на сушу, делают ли на фактории для них колеса.

– Как это увидишь! Ведь если англичане будут делать это, то в большом секрете. За высокими стенами фактории.

– Неужели тебе некого туда послать?

– Некого… и незачем.

Дворец короля, состоящий из нескольких деревянных строений, окружающих главное здание и множество домов и домиков для прислуги, охраны и всякой придворной челяди, просыпался. Отовсюду доносились голоса, над кухнями поднялись дымки…

– Неужели ты не понял, почему я проснулась ночью и не смогла снова заснуть? – удивилась Дороти.

– Почему же? – Дядя снисходительно улыбнулся, видя, как горячится девушка.

– Потому что еще несколько дней назад ты просто кричал, как тебе нужны пушки! А разве плохи для тебя английские пушки?

– Что?.. Нет, это немыслимо! С чего ты решила, что англичане сделают для них колеса?

– Если они сделают для них колеса, то это будет подарок тебе, мой повелитель. Тогда тебе надо будет приехать на факторию и попросить англичан одолжить пушки тебе, чтобы защищаться от бирманцев.

– Ты несешь чепуху!

– Разве?

– Как мне найти человека, который проникнет на факторию? Они же никого не пустят.

– И меня?

– Как так тебя? Что ты имеешь в виду?

– Я готова сыграть роль потерявшейся и найденной служанки миссис Уиттли.

– Но она тебя продала в рабство!

– Если я об этом не буду вспоминать, кто об этом станет вспоминать? Неужели ты думаешь, что Регина призналась кому-нибудь в своих делах?

– Нет, я не могу рисковать тобой! Они могут тебя убить!

– Лучше меня ты не найдешь шпиона!

– Я не могу рисковать жизнью принцессы Лигона! И я не могу, чтобы принцесса Лигона была служанкой у этой мерзкой предательницы.

– Я думаю, что мне лучше выехать завтра пораньше, – сказала Дороти. – Ты расскажешь мне, с кем я могу связаться в Рангуне. С У Дхаммападой? Или с армянским купцом?

– Нет, ты никуда не поедешь!

– Мой дядя и повелитель! Ты же сам говоришь, что речь идет о судьбе Лигона!

– Я боюсь за тебя! Я тебя так недавно обрел и только-только успел полюбить как дочь…

– Но о моей поездке в Рангун не должен знать ни один человек, – предупредила Дороти.

– Кроме Бо Пиньязотты, – отошел на запасные позиции Бо Нурия. – Он будет сопровождать тебя до Рангуна и останется там, чтобы в случае опасности прийти к тебе на помощь.

– Хорошо, – согласилась Дороти.

И внутренне улыбнулась: даже если старый генерал будет проводить дни и ночи под оградой фактории, он не успеет перепрыгнуть через нее, если что-нибудь случится…

В течение дня король трижды запрещал Дороти поездку в Рангун, но все же она его переломила. И ночью втайне был собран небольшой отряд под предводительством Бо Пиньязотты, который сопровождал принцессу до Рангуна.