Зеркало зла - Булычев Кир - Страница 38

– Я верю тебе, Дороти, – царственным голосом произнесла миссис Уиттли и жестом приказала Дороти войти в гостиную. – Очень хорошо, что ты к нам присоединилась. Господин полковник рассказывает очень интересные истории, которые касаются и тебя. И лучше, чтобы ты присутствовала при этом.

– Я не намерен говорить в присутствии прислуги! – взъярился полковник.

– Тогда вы не будете говорить совсем, – ответила Регина. – И весь ваш пыл пропадет даром. И не советую бежать жаловаться капитану Фицпатрику. Уверяю вас, что он получил указания моего свекра и Компании в целом подчиняться моим приказаниям как последней инстанции. Вы можете это проверить.

– Вы не являетесь…

– Являюсь, мой дорогой, являюсь. И не тратьте времени даром. Ваш покровитель, сэр Чарльз, далеко, и вряд ли на борту найдется больше чем два-три ваших человека. Я смогу вас всех здесь оставить!

Полковник проглотил слюну. Он был все так же бел и гневен, но заставил себя смириться, чем вызвал у Дороти еще больший страх. Потому что стал подобен змее, которая отползает от занесенного над ней каблука, чтобы завтра ужалить босую ногу.

После длительной паузы, за время которой, подчиняясь жесту Регины, Дороти отошла к камину и стояла теперь лицом к полковнику и хозяйке, Регина произнесла:

– Говорите, полковник. С самого начала. Чтобы Дороти поняла, о чем речь.

– Она и без этого понимает.

– Не уверена. Так что потратьте несколько лишних фраз.

– Хорошо. Я повторю. Но повторю для вас, миссис Уиттли. Чтобы вы осознали всю серьезность положения.

Полковник говорил, не спуская глаз с Дороти, будто ожидая, что она не выдержит, падет на колени и закричит: «Виновата я!»

Но этого не случилось, потому что Дороти, наконец-то поняв, о чем шла речь, пока она подслушивала под дверью, сознаться не могла, будучи ни в чем не повинной.

– Сегодня в порту задержаны два французских шпиона, – сообщил полковник. – Под видом рыбаков они выходили в море в бухте под названием Бичхэд. Туда они еженедельно отправлялись на скоростном боте, в условленном месте оставляли сведения для французских корсаров, какие английские корабли следуют мимо мыса Доброй Надежды. Эти сведения помогали корсарам и приватирам выслеживать наши корабли, грабить их и топить.

Регина кивала, словно повторяла выученный урок, а Дороти старалась не встречаться глазами с инквизиторским взглядом полковника.

– Что же мы видим в свете этой опасной обстановки, когда наш рейс должен проходить в полной тайне, а Индийский океан буквально кишит французами? – спросил полковник.

– Что? – невольно спросила Дороти.

– Мы видим одну девушку, горничную миссис Уиттли, которая, в отличие от всех нормальных девушек Великобритании, обучена бесстыже обнажаться…

– Полковник, полковник… – подняла узкую ладонь Регина. – Успокойтесь, вы не на суде.

– Простите, но я возмущен и с трудом владею своими чувствами! Факты – упрямая вещь! Эта предательница кидается в океан, чего не сделала бы на ее месте ни одна порядочная девушка… Причина заключается в том, что в море ей надо встретиться с ботом французских шпионов, чтобы сообщить им о плавании «Глории».

– Куда я плыву? – не поняла Дороти.

– Там были видны паруса?

– Где?

– В океане были видны паруса. Я снял на этот счет показания охранника и кучера. Были паруса! И, уплывая в океан, ваша горничная спешила сообщить шпионам, что «Глория» и «Дредноут» уже в порту. К счастью, акуле удалось остановить ее продвижение.

– Простите, – вдруг перебила полковника Регина, которой нельзя было отказать в своеобразном чувстве юмора. – Это вы послали акулу навстречу Дороти?

Около минуты полковник переваривал смысл вопроса, а когда понял, то неожиданно густо покраснел и отрезал:

– Здесь не место для шуток!

– Простите, сэр, – не выдержала Дороти. – Но что я могла сообщить, плывя по океану и даже, честно говоря, не видя никаких парусов…

– Я тоже не помню парусов, – согласилась с ней Регина.

– Вы могли сообщить им, что наши корабли стоят в порту.

– Так же, как любой житель Кейптауна, – заметила Регина.

– Но ваша горничная могла сообщить о грузе корабля, о числе матросов, о морской пехоте, о том, что… Шпионы всегда найдут, о чем сообщить.

Наступила тишина. Дороти понимала, что любые ее попытки оправдаться будут ложно истолкованы. Она молчала, и молчание прервала Регина:

– Простите, но мы с Дороти сегодня ездили к западу от города, тогда как упоминаемая вами бухта находится к востоку.

– Значит, есть другая бухта.

– Но этих самых французских шпионов поймали в порту! Когда же они успели совершить такое путешествие?

– А почему вы решили, что речь идет о тех же самых шпионах? Может, их здесь сто.

Регина пожала плечами, сдаваясь.

– Дороти, – спросила она, – ты действительно бросилась в океан и поплыла к какой-то лодке, чтобы сообщить им, сколько пушек у «Глории»?

Тон и подбор слов выказывали сторону, на которой стоит в этом споре госпожа Уиттли.

– Нет, госпожа, – ответила ей в тон Дороти. – К сожалению, я никогда бы не сообразила подсчитать, сколько пушек у «Глории».

– В чем-то мы с тобой похожи, – вздохнула Регина. – Но теперь ты видишь, к чему может привести легкомыслие. Не полезла бы ты в воду, не пришлось бы штурману спасать тебя…

– Кстати, а почему там же оказался штурман Фредро и почему он тоже поплыл по направлению к шпионской лодке? – спросил полковник.

– А я надеялась, что он спасал меня от акулы, – сказала Дороти.

– Знаешь, порой я жалею, что акула тебя не сожрала, – сказала всерьез Регина. – Хоть мне и трудно пришлось бы без хорошей горничной, зато не было бы этих допросов.

– Вы бы нашли здесь другую. Здесь есть очень хорошие горничные, – обиженно ответила Дороти.

– Ну ладно, ладно…

– И единственным приятным воспоминанием, – упрямо продолжала Дороти, – был сам миг спасения. Господин Фредро был настоящим рыцарем.

– Прочь! – закричала Регина. – Ты мне надоела со своими вечными намеками!

Склонив голову, Дороти пошла прочь из комнаты, забыв спросить разрешения выйти в город, и уж решила, что ей это никогда не удастся.