Зеркало зла - Булычев Кир - Страница 31

В шестой день после того, как корабли Ост-Индской компании «Дредноут» и «Глория» вышли из устья Темзы и, пользуясь добрым попутным ветром, взяли курс к югу, к берегам Африки, шеф Земной службы ИнтерГалактической полиции комиссар Милодар, невысокого роста, немолодой, жилистый человек с копной седеющих курчавых волос, приехал к профессору Гродно в состоянии бешенства. Профессор Гродно, который руководит лабораторией генетической памяти, и его хорошенькая ассистентка Пегги не смогли скрыть своего удивления, на что Милодар ответил:

– А чего удивляться? Эти бюрократы доведут до клинической смерти даже железного робота, вот так!

– Что же случилось? – спросил малюсенький и потому честолюбивый профессор Гродно.

– А то, что за два полета в Лондон 1799 года я получил выговор! А то, что нам запретили без особой надобности включать мониторинг Коры, то есть Дороти Форест!

– Как так! – воскликнул профессор. – Это же опасно.

– И рискованно для эксперимента в целом, – добавил комиссар.

Пегги ничего не сказала. Она лишь улыбнулась уголками губ. Она недолюбливала самоуверенную Кору, потому что сама была самоуверенной и надеялась связать свою судьбу и ложе с профессором Гродно. В Коре же она чувствовала соперницу. Как, пожалуй, и в каждой молодой женщине.

– Но почему? – спросил профессор.

Он с тревогой поглядел на прекрасное обнаженное тело Коры Орват, неподвижно зависшее в плотном, почти прозрачном, крайне инертном газе саргоне. Тело было опутано проводами и обклеено датчиками, что не могло скрыть его соблазнительности. Это и выводило Пегги из себя.

– А потому что Центр-энерго выставил ИнтерГполу такие счета за наши экскурсы и мониторинги, словно мы поглотили половину энергии всей планеты! – заявил Милодар. – Всего два моих визита в восемнадцатый век для внедрения агента и элементарный мониторинг они оценили в два годовых бюджета моей конторы!

– Я ждал этого, – вздохнул профессор Гродно. – Я тихо молил небо, чтобы эта кара обрушилась на нас попозже, но она была неизбежна.

– Что вы хотите этим сказать?

– В Центр-энерго имеют все основания сердиться на нас. Мы и вправду ограбили Землю.

– Всего один человек…

– Вы забываете, что путешествие во времени на такое расстояние невозможно! Значит, мы отправляли только вашу голограмму. Так вот, стабилизация голограммы на расстоянии в триста лет вообще непредсказуема по расходу энергии. Вам, полицейским, все равно. Отдал приказ – выполняйте. На меня же работали математический институт и три физические лаборатории – все в один голос утверждали, что голограмма до восемнадцатого века не доберется. Я же сделал так, чтобы вы добрались, причем в одном куске.

– Спасибо, – сказал комиссар. – Вы выполнили свой долг, я выполнил свой долг. Значит, энергетики должны выполнить свой долг. Почему они этого не делают?

– Потому что тогда погаснет свет в школах, закроются космические порты, а в подводные города хлынет вода!

– Не драматизируйте, профессор.

– Это от меня не зависит. А вы, оказывается, не любите правды.

– Кто ее любит, – отмахнулся комиссар. – Особенно не хочется выслушивать ее от союзников. Ничего, кроме неприятностей, такая манера не приносит. Ну, ладно, мы обойдемся без командировок моей голограммы в Индийский океан. Хотя этим мы лишаемся возможности контролировать случайности. А что, если на наших друзей нападут какие-нибудь пираты?

– Надеюсь, они отобьются, – сказал профессор Гродно. – Два корабля линейного класса превосходят мощью целую эскадру пиратов.

– Дай бог, – ответил Милодар. – Но лучше было бы пугнуть приближающегося пирата, переодевшись в скелет…

– С фосфорным черепом, – хихикнула Пегги.

– Неважно, с каким черепом! Но мы должны хоть иногда заглядывать туда, где плывет наша девочка…

Милодар обратил взор к Коре. Лицо ее сквозь дымку было спокойным. Тонкие, но сильные кисти рук были сложены на груди, так что пальцы уместились в нежном углублении между персей агента № 3.

– Какие перси! – прошептал Милодар.

– Персы? – не понял профессор Гродно, который, как и любой средний по образованности человек двадцать первого века, не знал, что означает слово «перси». Милодар и сам не мог бы похвастаться широкой эрудицией, но он встречался со многими людьми и обладал цепкой памятью. А всего месяц назад он вел дело о краже археологических ценностей из нетронутого скифского кургана. Организатором банды был столетний профессор, археолог, поп-расстрига, который изъяснялся длинно и красиво. От него Милодар и узнал слово «перси», а также слова «ошуюю», «одесную» и «акриды».

Милодар не ответил профессору. Он думал о том, что у него опять нелады в семейной жизни, последний брак развалился, а душа требовала ласки и нежности. «А почему бы и нет, – подумал комиссар. – Уже десять лет мы работаем вместе. Может, и больше. А что, если удастся уговорить Кору уменьшиться раза в два? Говорят, такие косметические операции уже делают в Бразилии. Мы станем с Корой одного размера…»

– Да, – вздохнула над его ухом Пегги, – долгое пребывание в гробу Коре не к лицу. Она подурнела, ох как подурнела!

– Вы так думаете? – Милодар все еще находился в царстве мечты.

– Я с вами не согласен. Женщина как женщина, – возразил профессор. – Чего вы хотите от сотрудника, который уже две недели лежит в газовой камере, и сколько еще пролежит, одному богу известно.

– Вот именно! – Милодар выкинул мысли о новой женитьбе. Возможный объект был отделен от него непрошибаемой стенкой. И сколько бы ты ни целовал этот гроб, спящая красавица не проснется.

– Какие нам оставлены возможности контроля? – спросил профессор Гродно.

– Только в случае явной и серьезной угрозы жизни агента и появления красного сигнала, – Милодар показал на черный кружок над пультом, – мы можем прекратить работу и тащить Кору обратно. Возможно, я смогу вымолить, пробить еще один или два сеанса мониторинга, чтобы хотя бы знать, добралась она до Индии или утонула у берегов Австралии…

– Нет, – сказал профессор, – Дороти Форест не могла утонуть у берегов Австралии, потому что она должна родить ребенка.