Защитник прекрасной дамы - Беннет Дженис - Страница 51

Он переходил от одной ученицы к другой, выстраивал и отвергал предположения, раздавая похвалы, и в то же время перебирал все мыслимые варианты возможных побуждений. Но ничего из этого не вышло. Тогда он начал обдумывать, как бы ему избавиться от своих самоназначенных подопечных.

В конечном счете этого не понадобилось. В библиотеку ворвалась мисс Беатриса, осмотрелась, уперлась руками в бока и с каменным лицом уведомила учениц:

– Вам пора переодеваться к обеду. Не задерживайтесь.

Они унеслись прочь; только мисс Брим задержалась, чтобы бросить прощальный взгляд на Адриана. Марианна опустила ресницы и вновь быстро подняла их, умело используя самые неотразимые приемы кокетства. Ее мурлыкающее «спасибо» было просто пропитано нежностью.

Джейн метнула сердитый взгляд на бывшую подругу, а затем задумчиво обратилась к Адриану:

– Я уверена, что Дафна присоединилась бы к нам с удовольствием. – Она поймала негодующий взгляд мисс Беатрисы, залилась румянцем и умчалась вслед за остальными.

Покачав головой, Беатриса спросила:

– Ну что, вконец вас замучили?

– Еще пока не совсем. Но вы извините меня, если я не пойду обедать? Я хотел бы продолжить обследование чердака.

Наконец-то он смог подняться на несколько лестничных пролетов и, минуя дверь своей комнаты, пройти по длинному коридору в чердачную кладовую, в которой, как он подозревал, таились объяснения большинства явлений, так сильно омрачивших жизнь пансиона. До сих пор он рылся среди мебели, но не обнаружил никаких приспособлений для быстрого появления и отступления. Он проверил окно и простукал стены – и ничего не нашел. Теперь он уберет отсюда все до последней щепочки, так чтобы можно было добраться до половиц.

Он вошел в коридор, открыл дверь напротив, которая вела во вторую кладовую, уже подготовленную им раньше, и принялся за утомительное дело перестановки тяжелых шкафов. Там, где это оказывалось возможным, он вынимал ящики; во всех остальных случаях он вытаскивал все содержимое, чтобы шкафы оставались пустыми. Это занимало уйму времени, но его рука, которую он плотно забинтовал, готовясь к этой работе, не позволяла ему ускорить темп.

Снизу донеслись беспорядочные аккорды: кто-то играл на фортепиано. Неужели в этом заведении кого-то еще тянет к старому инструменту? Конечно, на этот семестр в пансионе осталось мало учениц, так мало, что он не представлял себе, каким образом сестры Селвуд смогут выдержать необходимые расходы. И пока что он никак не сумел им помочь. Он вернулся к своему занятию с удвоенной решимостью.

Дело продвигалось удручающе медленно, но он упрямо и методично продолжал свои труды, пока не случилось так, что в дверях застрял тяжелый шкаф-гардероб, который Адриан лишь ценой огромных усилий мог вообще сдвинуть с места. Зачем только люди создавали такие неподъемные штуки? Он с досадой разглядывал грубую резьбу. Он предпочитал более чистые линии, более плавные очертания, чем у этого унылого темного и угловатого монстра. Кто бы ни был тот человек, который распорядился отправить сюда эту громадину, винить его не приходится, Адриан вообще отправил бы ее на костер.

В коридоре послышались легкие торопливые шаги, которые замедлились при подходе к двери кладовой. Шкаф имел в высоту добрых семь футов, и Адриан не мог выглянуть поверх него, но по просвету вокруг шкафа можно было судить, что проем достаточно широк для него и Адриан мог бы его вытолкнуть в коридор, если бы имел возможность маневрировать, обходя любые препятствия, которые окажутся на его пути.

– Мистер Карстейрс?.. – донесся из-за двери мягкий голос Дафны. – Жалко, что я не могла прийти раньше.

– Были бы вы тут раньше, вы бы поняли, что жалеть вам не о чем, – отозвался он. – Вряд ли это был бы для вас приемлемый способ приятно провести вечер.

– Но вам нужна помощь! Только не говорите мне, что вы все это перетащили один.

– Ну что вы, конечно нет! – заверил он ее. – Тут в моем распоряжении целый сонм духов.

Его острота не имела успеха. Через секунду Дафна спросила:

– Вы что, застряли?

– Временно, – сознался он.

– Это ужасно! – воскликнула она. – Вам нельзя всем этим заниматься. Рука у вас пока что не в том состоянии. Давайте я позову Моффета.

– Не надо, – возразил он. – Для такой работы он слишком стар.

– Может быть, следовало бы нанять работника… – Дафна осеклась. – Мистер Карстейрс, вы не думаете, что именно это предпринял Джордж? Нанял двух рабочих, чтобы они двигали мебель?

Адриан хотел бы видеть ее, когда говорит с ней.

Он попробовал согнуть больную руку и с отвращением взглянул на шкаф. Ему понадобится наклонить эту махину на себя, протолкнуть на несколько дюймов и снова опустить. Он пошевелил плечами, собираясь с духом, схватил шкаф и потянул на себя. С протестующим скрипом шкаф наклонился к нему. Он видел, что пальцы Дафны ухватились за шкаф с боков недалеко от самого низа, и когда Адриан толкнул шкаф, Дафна потянула его на себя. Медленно, дюйм за дюймом, шкаф выползал из кладовой, и, наконец, оказался в коридоре, где его можно было поставить в нормальное положение.

Дафна разглядывала его с довольно мрачным лицом.

– По-моему, он выглядит исключительно элегантно именно там, где стоит сейчас. Больше ни на дюйм его никуда не передвигайте.

Адриан отступил, изучая результат своих усилий.

– Разве что еще на два дюйма, – сказал он и пододвинул шкаф к стене. – Здесь он мешал бы проходить.

– Духам не помешал бы. Они могут проходить сквозь дерево, – напомниа Дафна. Она вошла в помещение, из которого он только что выбрался, и осмотрелась вокруг. – Не очень-то далеко вы продвинулись, – сказала она и, спохватившись, вспыхнула. – Не подумайте, что я вас упрекаю. Но… я могу как-нибудь помочь?

Адриан поручил ей вынимать ящики из комода, пока сам он передвигал кресло к соседней двери. Потом он потащил опустошенный ею комод, а она следовала за ним с нижним ящиком. Потом, как только он придвинул комод к стене, она взялась задвигать ящики на место.

Она облокотилась о крышку комода, улыбаясь.

– Какие восхитительные способы проводить время мы тут находим! Нам еще не пора отправляться в ночной дозор?

Он вытащил из кармана часы и с удивлением обнаружил, что была ровно половина двенадцатого.

– Наденьте накидку, – напомнил он ей, пытаясь от самого себя скрыть, как приятно ему было узнать, что она составит ему компанию.

Он знал, что следовало бы оставить ее в доме, но и альтруизму есть границы. Он хотел, чтобы она была с ним – по крайней мере, во время первого обхода усадьбы. Он может послать ее в дом позднее, чтобы она стояла на страже здесь, пока он будет нести вахту снаружи.

Он ждал ее на лестничной площадке, глядя в окно. Снежный пейзаж казался спокойным; ни малейшего признака, что поблизости кто-то есть. Он думал о том, сколько это еще может продолжаться.

Через несколько минут вышла Дафна, на этот раз надев накидку и полусапожки; кроме того, она укутала голову и шею теплой шалью. Весь ее облик дышал воодушевлением и нетерпеливой готовностью. Совладав с мгновенным искушением обнять ее и поцеловать, Адриан вместе с ней направился вниз по лестнице и прошел в заднюю часть дома. У двери, ведущей в подвал, он заколебался, но потом решительно проследовал к выходу на задний двор. Подвал он обследует потом, когда с ним не будет Дафны.

Они вышли из тепла в леденящий холод ночи. Над ними расстилался звездный полог с серпом убывающей луны.

Высоко над головой проплывали туманно-серые клочья облаков, резко выделяющиеся на темном фоне неба.

Ясная, мирная ночь, пронизанная мерцающим светом. Нет, возразил себе Адриан, это самая подходящая ночь для призраков, если они собираются снова разыгрывать свои мерзкие трюки и при этом не хотят, чтобы их поймали. Дафна должна находиться в безопасном месте.

Удовлетворенный этим рассуждением, он направился к конюшне, где все было погружено в сон; даже конюха не было видно.

Дафна шагала с ним рядом, кутаясь в свою теплую одежду и настороженным взглядом обводя окрестности. Они обогнули дом и прошли вдоль главного фасада, стараясь держаться поближе к живой изгороди и по возможности не на виду у недобрых глаз. И снова – ничего. Несколько минут они постояли на месте, наблюдая за дорогой и рощей, где тишину нарушал только крик совы. Даже ни одна ночная зверюшка не прошмыгнула мимо.