Пашка-троглодит - Булычев Кир - Страница 26

Но Медведь был хитрым лысым: он перекидывал длинные черные пряди волос из-за ушей поперек лысины и еще смазывал чем-то, чтобы держались. Так что лысина у него была полосатая, как спина зебры.

На шее у Медведя висело ожерелье из медвежьих зубов. «Ну вот, – подумал Пашка, – мне, значит, нельзя, а какому-то приходящему Медведю можно целое ожерелье».

Медведь ему не понравился с первого взгляда. Сразу было видно, что он куда более знаменитый охотник, чем Пашка.

За Медведем шел воин с большой дубиной.

Оба незнакомца были чем-то похожи – низкие лбы, не больше, чем у неандертальцев, глазки маленькие, а челюсти тяжелые, скошенные. Это были люди, но похожие на неандертальцев.

Мама вела себя с достоинством, хотя Пашка почувствовал, что Медведя она побаивается.

Правил приличия люди еще не выдумали, так что Медведь не поздоровался, а сразу прошел к пещере, возле которой собралось в кружок все племя, и, отодвинув в сторону Уру, уселся. Его помощник, или телохранитель, положил дубину на колени и опустился рядом, скрестив ноги, притом так сильно стукнул мальчика, у которого еще не было имени, что тот заныл и убежал в пещеру.

На земле лежали остатки мяса. Мама сама взяла два куска получше и протянула их гостям.

Телохранитель откусил, пожевал и произнес:

– Ленивца поймали. Редкая добыча.

– Седой поймал. Он молодой, но хороший охотник, – сказал Гром.

Медведь покосился на Пашку:

– Чужой. Гоните его.

– Мы знаем, кого гнать, – сказала Мама.

«Вот молодец, – подумал Пашка, – а я уж испугался, что они меня предадут».

Медведь тоже попробовал мясо, но оно ему не понравилось.

– Плохое мясо, – сказал он и бросил кусок себе за спину. Пес с лаем кинулся туда, решив, что это его угощают.

Медведь загоготал. Остальные молчали. Пашка подумал, что им, очевидно, не нравится, когда мясо кидают собакам. Мясо еще поймать надо. Он хотел было все это сказать нахальному Медведю, но Умница – недаром имя такое получила – толкнула его в бок и одними губами произнесла:

– Молчи.

– Надо вам идти в мое племя, – заявил Медведь.

Никто ему не ответил. Только телохранитель, который доел свой кусок и выкинул кость, сказал:

– Маленькое племя – одни беды. Завтра вас разбойники чу съедят – кто поможет? Большой Медведь далеко.

– Мы придем в твои пещеры, – заговорила Мама, – охотники будут приносить мясо, а ты будешь его есть? Ты возьмешь себе наших женщин, чтобы они кормили и развлекали тебя? Ты этого хочешь?

– Я не приду, другой придет, – сказал Медведь. – Маленьких всегда едят.

– Когда большая охота, мы идем, как все, – возразила Мама. – Что ты хочешь?

Медведь скривился – ему не понравилась речь Мамы. Потом он протянул руку и схватил оставшийся кусок мяса – словно нечаянно. Но было видно, с какой жадностью горели его глаза.

– Чу очень мешают, – сказал Медведь. – Чу много развелось. Надо чу всех убить и сделать из их шкур одеяла.

Все молчали.

– Чу надо убить, – наконец согласилась Мама. – Это верно. Сегодня чу подбирались к нашему жилищу. Хорошо, что наш новый воин Седой увидел их и прогнал.

– Хэ! – крикнул Медведь. – Этот детеныш не охотник! У него не должно быть имени!

– Племя решает, кому давать имя, – сказала Мама. – Это закон леса.

– Ты пожалеешь, – пригрозил Медведь.

– Что надо делать? – спросил Гром.

– Чу уходят от зимы, – сказал Медведь. – Многие собираются в Долину Горячей Воды. К ним можно подкрасться незаметно. Мы подойдем и убьем всех чу.

– Убьем всех чу! – закричали дети.

– Убьем чу! – закричали взрослые.

Все радовались, словно их ожидала удачная охота.

– А зачем их убивать? – спросил Пашка.

Все посмотрели на него с осуждением.

– Но они же плохие, – сказала Умница.

– Они разбойники, – сказала Ура.

Но главное сказал Медведь:

– Они – другие. Значит, их не должно быть. Есть только люди. Большие коричневые люди. И тебя, чужой, тоже надо убить.

– Я уже говорила, – возразила Мама, – воина Седого никто не тронет.

Медведь не стал с нею спорить.

– Пойдем ночью, – сказал он. – Мы их растопчем. Пусть до темноты все соберутся в моей пещере.

– Разорвем! – закричал Гром.

– Шкуру сдерем! – закричал Крот.

– Старуха Туча! Оставайся и смотри за костром, – приказала Мама. – Ты знаешь: если мы останемся без огня, мы убьем сначала тебя. Седой, где твой тигриный клык? Покажи Медведю.

– Я не пойду убивать чу, – набравшись смелости, выпалил Пашка.

Очень трудно сказать «нет», когда все говорят «да». Ведь тебя не поймут, а будут думать, что ты трус.

Удивительно, но Пашкины соплеменники сразу забыли, что он великий охотник. Они словно прозрели и увидели перед собой просто чужого мальчишку.

– Как ты смеешь?! – закричала Мама. – Мы тебя убьем!

– Надо убить его, – согласился Медведь. – Я приказываю вам убить его! – И он ткнул толстым пальцем в Пашку.

Не надо было ему так говорить. Своим нахальством он спас Пашке жизнь.

– Я – вождь племени, – сказала Мама. – Я здесь говорю. Когда ты покоришь мое племя, я буду слушаться тебя.

Медведь криво усмехнулся и пошел прочь. За ним последовал телохранитель с дубиной.

Пока племя собиралось в поход, Мама подошла к Пашке.

– Вместо тебя пойдет Туча. Ты остаешься в пещере один. Главное – береги огонь. Огонь – наш живой друг. Если огонь умрет, племя тоже умрет.

– И на что вам только сдались эти чу? – спросил Пашка.

– Ты чужой, ты не знаешь. Они как дикие звери. Их надо убивать. Пока всех не убьем, они будут грабить и убивать нас, мешать нам охотиться, отнимать нашу пищу. Но их уже осталось немного. Скоро мы убьем последних.

Пашка слушал вождиху и думал: «Вот и разрешилась историческая загадка. Оказывается, наши прабабушки и прадедушки убили несчастных неандертальцев. А не убили бы, еще неизвестно, кто бы сегодня владел Землей».

Уходя, соплеменники старались не смотреть на Пашку, только Мама подошла к нему и сказала:

– Сними пояс.

– Зачем?

– Это пояс охотника. И отдай нам свое имя.

– Возьмите.

– Ты больше не Седой, – сказала Мама. – Ты Пшшшк, как ты сам себя назвал. И пускай тебе будет стыдно.