Тайная доктрина. Том III - Блаватская Елена Петровна - Страница 116

Там, и только там царствует Паранишнанна (Гунггруб), абсолютно совершенное понимание Бытия и He-Бытия, неизменного истинного Существования в Духе, даже в то время, когда последний кажется все еще пребывающим в теле; каждый обитатель этого места есть Не-Эго, ибо он стал Совершенным Эго. Их пустота «самосуща и совершенна» – если бы имелись мирские глаза, чтобы ощутить и воспринять ее – потому что она стала абсолютной; нереальное бытие преобразовалось в необусловленную Реальность, и реальности этого, нашего мира сами по своей природе исчезли, растворившись в тонком (несуществующем) воздухе. «Абсолютная Истина» (Дондам-пай-дэн-па; санскритская Парамартхасатья) покорила «относительную истину» (Кунза-бчи-дэн-па; санскритскую Самвритисатью), и поэтому полагают, что обитатели этой таинственной области достигли состояния, которое в мистической фразеологии называется Свасамведана («самоанализирующее размышление») и Парамартха или то абсолютное сознание личного, слившегося с безличным Эго, которое выше всего, и, следовательно, выше иллюзий в любом смысле. Ее «Совершенные» Будды и Бодхисаттвы на гибком языке каждого буддиста могут фигурировать, как небесные – поэтому недосягаемые Существа, в то время, как притупленным восприятием европейского профана эти имена могут ничего не говорить. И какое дело до этого Тем, кто, находясь в этом мире, все же живут далеко за пределами нашей иллюзорной земли! Выше Их есть только один класс нирвани, а именно: чос-ку (дхармакая) или нирвани «без остатка» – чистые арупа, бесформенные Дыхания.[727]

Оттуда время от времени появляются бодхисаттвы в своих Прул-пай-ку (или Нирманакая) телах и, приняв обычную внешность, они учат людей. Имеются как сознательные, так и бессознательные воплощения.

Большинство доктрин, содержащихся в системах йогачарья или махаяны, эзотерические, как и остальные. Когда-нибудь непосвященные индусы и буддисты могут начать разносить Библию на куски, принимая её буквально. Образование быстро распространяется в Азии, и уже делались попытки в этом направлении, так что столы могут быть жестоко опрокинуты против христиан. К каким бы заключениям эти двое ни пришли, они никогда не будут даже наполовину так абсурдны и несправедливы, как некоторые из тех теорий, которые христиане выдвинули против их соответственных философий. Так, по мнению Спенса Харди, умирая, архат вступает в нирвану:

А согласно майору Якобу, Дживанмукта,

Шанкарачарья представлен сказавшим в своем введении к «Шветашватара»:

Доказывалось, что теософ, пока он жив, может делать добро и зло по своему выбору, и оставаться незапятнанным – такова сила гнозиса. Далее утверждали, что доктрина о нирване приводит к безнравственным выводам, и что квиетисты всех веков обвинялись в безнравственности.[730]

Согласно Васильеву [731] и Ксома де Кёросу,[732] школа Прасанга прибегала к особому методу

Правильные истолкования буддийской философии увенчаны толкованием на один тезис школы Прасанга, что

превращая таким образом наиболее свободомысленную религию в мире в систему слепой веры. Эта «угроза» относится, просто, к известному закону, что даже посвященный может потерпеть неудачу и не достичь своей цели, если он хоть на миг усомнится в действенности своих психических сил, – это алфавит оккультизма, что известно каждому каббалисту.

Тибетская секта Нго-во-ньид-мед пар Мраба («те, кто отрицают существование» или «рассматривают природу как Майю») [735] ни на миг не может быть сопоставлена с какой-либо из нигилистических или материалистических школ Индии, например, такой как Чарвака. Они чистые ведантисты по своим воззрениям. И если йогачарьев можно сравнивать и называть тибетскими вишиштадвайтистами, то школа Прасанга, несомненно, представляет собою философию Адвайты этой страны. Она разделилась на две: одну первоначально основал Бхавья, школу Свантатра Мадхъямика; другую Буддхапалита; обе имеют свои экзотерические и эзотерические разделы. Необходимо принадлежать к последнему, чтобы что-либо узнать из эзотерических доктрин этой секты, наиболее метафизической и философической изо всех. Чандракирти (Дава Дагпа) написал свои комментарии на доктрины Прасанга и проповедовал их открыто; и он ясно заявляет, что существуют два пути вступления на «Путь», ведущий к нирване. Любой добродетельный человек посредством Налджорнгонсум («медитации самоосознаванием») может достичь интуитивного понимания четырех Истин, не принадлежа к монашескому ордену и не являясь посвященным. В данном случае считалось ересью утверждать, что видения, которые могут возникнуть вследствие такой медитации, или Вишна (внутреннее знание), не подвержены ошибкам (Намтог, или ложные видения), ибо они подвержены. Единственно только Алайа, обладающая абсолютным и вечным существованием, может обладать абсолютным знанием; и даже посвященный в своем нирманакая [736] теле может иногда совершить ошибку, принимая ложное за истину при своих исследованиях «Беспричинного» Мира. Один только Дхармакая Бодхисаттва непогрешим, когда он находится в действительном Самадхи. Алайа или Пьинг-по, будучи корнем и основой всего, невидимая и непостижимая человеческому глазу и разуму, – она может отражать только свое отражение, а не Самое Себя. Таким образом, это отражение будет отражаться, подобно луне в спокойных и ясных водах, только в бесстрастном интеллекте Дхармакаи, и будет искажаться мелькнувшим изображением всего, воспринятого в ум, который сам подвержен нарушению.

Короче говоря, эта доктрина есть доктрина раджа-йоги в ее практиковании двух видов состояния самадхи; один из этих «Путей» ведет в сферу блаженства (Сукхавати, или Дэвачан), где человек наслаждается совершенным, ничем не омраченным счастьем, но все же остается связанным с личным существованием; другой – Путь, который ведет к полному освобождению от миров иллюзии, Я и нереальности. Первый открыт всем и достигается просто заслугами; второй – в сто раз быстрее – достигается через познание (посвящение). Таким образом последователи школы Прасанга ближе к эзотерическому буддизму, нежели йогачарьи, ибо их взгляды являются взглядами наиболее тайных школ, и только отголосок этих доктрин слышен в «Ямьянгшапда» и в других трудах, распространенных и применяемых среди широкой публики. Например, нереальность двух из трех делений времени изложена в публичных трудах, а именно: (а) что нет ни прошлого, ни будущего, оба эти деления коррелятивны настоящему; и (б) что реальность вещей никогда не может быть ощущаемой или воспринимаемой, за исключением только того, кто приобрел тело Дхармакаи; но здесь опять возникает затруднение, так как это тело «без остатка» уносит посвященного в полную Паранирвану, если мы примем это экзотерическое объяснение буквально, и поэтому не может ни чувствовать, ни воспринимать. Но, видимо, наши востоковеды не чувствуют этого caveat в таких несоответствиях и продолжают рассуждать, не задерживаясь, чтобы подумать об этом. Так как по мистицизму существует огромная литература, и Россия, благодаря свободному общению с бурятами, шаманами и монголами, приобрела целые библиотеки о Тибете, то ученые к настоящему времени должны бы знать лучше. Однако достаточно только прочитать, что Ксома написал о происхождении системы Калачакра [737] или Васильев – про буддизм, чтобы оставить всякую надежду увидеть их проникшими дальше кожуры «запретного плода». Когда обнаруживается, что Шлагинвейт сказал, что тибетский мистицизм не есть йога —