Наследник судьбы - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 95

Люди испуганно жались к стенам, едва заслышав дробный стук его каблуков в коридорах резиденции лорд-канцлера. Он проносился мимо них, раскланиваясь на ходу, и открывал двери кабинетов властным рывком: казалось, по особняку несется яростный вихрь, сметающий все на своем пути.

Вольф встретил его в холле главной башни космопорта.

– Сумасшедший дом, – сообщил он, – да! Ох, командир, и на кой же черт я согласился на это каторжное дело?

– Ничего-ничего, – подбодрил его Торвард, – ты теперь большой начальник! Скоро тебе придется покупать скрепер для выгребания денег.

– Да ну их! Идемте ко мне в офис, тут слишком много народу…

– Офис господина технического директора, а по совместительству – главного инженера военно-космических сил, находился на втором этаже. В приемной безостановочно визжали модемы и телефоны, референты сбивались с ног. Миновав звенящий предбанник, они вошли в просторный светлый кабинет.

– Меня нет! – крикнул Вольф секретарям, перед тем как захлопнуть дверь. – Вы видите – прибыл его милость! Это черт знает что, – сказал он, усаживая Торварда в глубокое кресло. – К нам идут коммерческие грузы, один только Лука должен получить тридцать тысяч тонн на этой неделе – а Барт тормозит проект реконструкции имеющихся терминалов!

Он закурил сигару и подошел к стенному шкафу.

– Куда, куда я все это дену? Коньяк?

– Лучше виски. Барт тормозит и будет тормозить до тех пор, пока не утвердит проект всего нового порта в целом.

– Но ты понимаешь, ко мне каждый день подходят какие-то люди и предлагают большие деньги за возможность строить эти чертовы терминалы. Да я и сам могу натыкать здесь коробок – но где? Скажи мне, где, и я построю их за три дня.

– Ладно, – усмехнулся Торвард, поднимая стакан, – я напущу на олуха Энджи, и она живо вправит ему мозги. Считай, что с этим мы разобрались. Скажи-ка мне вот что: ты давно был на «Валькирии»?

– Позавчера. Старуха в полном порядке. Ты собрался куда-то лететь?

– Нужно смотаться на Грэхем. Но это не сегодня и не завтра. Не беспокойся, тебя я отрывать не стану. Ты мне нужен здесь. Что у тебя с грузопотоком – справляетесь?

– Мы уже за пределом. Я уповаю только на то, что будущие владельцы терминалов возьмут на себя все вопросы технического обеспечения. Высокие налоги им не грозят – пускай раскошеливаются. Сейчас я едва успеваю обрабатывать поток пассажиров. Кстати, наша таможня доводит меня до истерики. Они морочат людей часами! Ты можешь на них как-то повлиять?

– Ну, учитывая тот факт, что я являюсь главой совета директоров… а кстати, Ули, тебе не кажется смешным то, что у меня до сих пор нет своего офиса в этом развеселом заведении? Референт у меня есть, а офиса я не наблюдаю. Может, ты примешь какие-то меры? А то я всякий раз прилетаю и, понимаешь ли, болтаюсь туда-сюда – из ресторана в твой кабинет.

– В самом деле, нелепо. Хорошо, я разберусь. Будет тебе офис – самый лучший!

– Ну вот и слава Богу. – Торвард допил виски и поднялся. – В общем, с Бартом мы разберемся. Решим, так сказать. А я пока пошел – меня ждет Ярро, курортник хренов.

Господин советник сидел на крыше, среди аромата цветущих деревьев, и неторопливо обедал в компании своей подруги Умы. Королев уселся в креслице напротив жующего Бланта и щелкнул пальцами. Подскочивший официант почтительно склонился над ним, держа в руке блокнотик и золотой карандаш.

– Мясца, – капризно приказал Торвард, – с дыма, ясно? И виски самую капельку.

– Я поражаюсь непревзойденной крепости вашей владетельной печени, – заметил Ярро, – сколько вы выпиваете за день?

– Если я не буду пить, – категорически заявил Королев, – я свихнусь. Причем в рекордные сроки. А если говорить серьезно – пьяным я бываю максимум раз в месяц. Лихорадка власти, дорогой Ярро. Стоит бросить пить, и она скрутит меня в два счета.

– Довольно любопытное заболевание. Но милорд, у вас, кажется, нет оснований для недовольства.

– Да, наверное. Даже жена мне не изменяет.

– У вашей милости все еще одна супруга? – поинтересовалась Ума.

– Я не являюсь поклонником многоженства, деточка. А Энджи тем более. Мне ее хватает – по уши. Моя владетельная супруга способна накрутить мозгов даже его милости лорд-канцлеру, а его трудно назвать слабонервным человеком.

– О-оо, его милость молодец! – причмокнул Блант. – Молодец! Я мало видел таких толковых и энергичных людей. С ним вы далеко пойдете.

– Да, наверное. И, кстати, между нами: вот он-то как раз и пьет. Ага. Вы не думайте, что такие нагрузки проходят для человека бесследно. Он работает по шестнадцать часов в сутки, у него две смены референтов! Ровольт даже по ночам проводит совещания. Я боюсь, что в таком темпе его надолго не хватит.

– М-мм, Ярро, мы с вами еще не были в Норхэме?

– Да нет пока. А что там интересного?

– Ну вот слетаете, увидите. Казик и Морелла там здорово развернулись. Вы можете спуститься в холл и полюбоваться новеньким офисом их банка – одним из многих, разумеется. Хороший, между прочим, банк. Парни решили, что нищета не красит человека, и взялись за дело как надо. Побольше бы мне таких артистов…

Официант принес ему жаренное на угольях мясо и виски в запотевшем бокале. Поблагодарив его кивком, Торвард принялся за обед.

– Ваше здоровье, дорогой Ярро. Чертовски недурное виски подают в этом заведении! Нужно будет узнать у хозяина марку этого божественного напитка.

– Как, интересно, к этому относится леди Энджи?

– А при чем тут леди Энджи? Уж не хотите ли вы сказать, что я нахожусь под каблуком у супруги? Благодарю вас.

– Да нет же! – захохотал Блант. – Вы меня не так поняли. И, кстати: миледи подкинула мне одну любопытнейшую идею. Я как раз хотел обсудить ее с вами. Ей-Богу, я поражаюсь мыслям, которые бродят в ее прелестной головке.

– Ну-ну, говорите, – зашевелился Торвард.

– Так вот. Как вы знаете, Орегон сейчас очень сильно разозлен по случаю этого идиотского секвестра, наложенного Светлейшими на все их капиталовложения в экономику Объединенных Миров. Леди пришла гениальная мысль: а почему бы не организовать небольшой флот, который занялся бы восстановлением справедливости?

– Опять грабеж по всем правилам большой дороги? Да, это действительно любопытно. Но при чем тут Орегон?

– А Орегон пускай выдаст капитанам соответствующие патенты… или же предоставит техническую базу. Что вы на это скажете?

– Прибыль, разумеется, пополам?

– Вы читаете мои мысли.

– А где уверенность, что на такую справедливость согласятся сами пострадавшие?

Блант коротко хохотнул и пригубил бокал вина.

– Милорд, речь идет о сотнях миллиардов! И если эту мысль орегонским магнатам подсунет не кто иной, как наш общий друг – не станем всуе трепать его имя, – они будут визжать от восторга! И не беспокойтесь, Сенат протащит это решение подавляющим большинством голосов.

– Да, я знаю – на Орегоне без решения Сената и муха не чихнет. Гм, над этим стоит подумать. У меня бездельничает целая орава высококвалифицированных мерзавцев, и они с удовольствием возьмутся за такую работу. Черт возьми, Ярро, вы опять втягиваете меня в какие-то весьма сомнительные мероприятия!

– А вам самим без них не скучно? – лукаво прищурился господин советник.

– Тысяча чертей! Но ситуация-то изменилась коренным образом!

Блант скептически улыбнулся и вытер салфеткой губы.

– Побеседуйте с миледи…

Дитц опустил катер на недавно законченном посадочном поле, и сопровождаемый охраной Торвард быстро прошагал через тенистую аллею к парадному подъезду своей резиденции.

Этот дворец принадлежал чертовски упрямому лорду, водившему личную дружбу с Домом Хэмпфри, и танковые гусеницы порядком размолотили имение. Строительным бригадам понадобилось целых пять дней, зато теперь усадьба сверкала пуще прежнего. Торвард поселился в этом гнезде исключительно по настоянию лорд-канцлера: командирские апартаменты «Валькирии» его вполне устраивали, и даже перевезя сюда свои вещи, он все равно считал линкор своим домом.