Наследник судьбы - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 87

– Волли, Волли, Волли! – кричал Торвард, нащупывая в кармане новый магазин. – Санитарный бот на пеленг, скорее!

– Что? У вас жарко?

– У нас не просто жарко, это похоже на преисподнюю! Врачей, скорее!

Вокруг защелкали перезаряжаемые «хенклиры» десантников. Щит стационарного лазера превратился в раскаленную бахрому исковерканного металла, хищные щупальца стволов стекли по турели, обильно раскрашенной красным… Желтоватые кляксы чьих-то мозгов пятнами заляпали стену, и Торвард даже пожалел, что прибор ночного видения, хитрый электронный микромозг, передает картинку в натуральных цветах.

– Там, милорд… – вопросительно пробасил кто-то, и Королев рывком обернулся:

– Там никого… по крайней мере перед нами. Девчонки! Заберите всех раненых, остальные – за мной!

– Хреновы твари… дерьмо! Эй, парни! – раскатисто хрипнул стоявший рядом с Торвардом верзила с шикарным султаном на шлеме. – Давайте-ка поработаем по-настоящему! Намотаем ублюдкам кишки на уши!

Лестница ответила ему звериным рыком. Сканер шлема выдал отсутствие противника в доступном ему секторе, и Торвард снова рванулся вперед.

И третий этаж оказался пустым! Возможно, кто-то и прятался во внутренних покоях, но прочесывать их было некогда – сперва нужно было пройти башню вверх-вниз. Из-за угла на четвертом брызнули редкие очереди, Торвард едва успел отшатнуться, уступая дорогу ревущим легионерам. В шлеме снова пошел вызов: кричал Вольф.

– Да, – ответил Королев, прислоняясь к стене в безопасном месте.

– Санитарный бот уже у вас, – сообщил инженер, – «Слай» и старуха готовы к приему любого количества раненых.

– У нас тут не только раненые, – выдохнул Торвард, – у нас, кажется, и убитые есть. Что у тебя там?

– У меня порядок: ремонтируем компрессор твоего катера. Да, вот еще что! Кругом жуткий переполох, к тебе вылетели Ровольт и Казаченко со взводом солдат. Замок обложили по кругу. Только что со мной разговаривал Эштон – он не смог докричаться до тебя.

– Что у Эштона?

– Они разгромили крейсер, но там… там никого нет! Наши – они где-то у тебя, в замке. Это поместье лорда Тильса, он считался самым крутым и старым владельцем на Бифорте.

– Лорд Тильс, – повторил Торвард, пробуя незнакомое ему имя на вкус, – и какого же черта?

– Тор, его солдаты говорят, что он первым принес Хэмпфри ленную клятву. Остерегайся его, похоже, это какой-то маньяк: он отдал своего младшего сына евнухом в Верховный Дом!

– Младшего? У него, следовательно, есть и старший? Ничего, ему я тоже кое-что отрежу!

«Господи, ну почему? Почему я такой идиот? – Он сполз по стене и до боли закусил губу. – Я, я сам отправил ее в эту проклятую столицу! Боже, если она умрет! Как я буду жить? Как я, прости Господи, смогу смотреть в зеркало?»

Из-за скругленного угла выбежал невысокий широкоплечий легионер с рогами на шлеме. Торвард рывком вскочил на ноги.

– Два этажа чисты, милорд! Вверху идет драка – вы слышите?

Они взлетели на предпоследний этаж. В замкнутом пространстве коридора непрекращающийся грохот «хенклиров» казался совершенно жутким. К Торварду подскочил давешний верзила, коротко поклонился:

– Пару минут, ваша милость! Пару минут, и мы прикончим ублюдков.

– Подожди, – перебил его Королев, – прекрати на секунду стрельбу, я хочу с ними поговорить.

Мрак был полон дымом, и прибор наблюдения работал с небольшой задержкой. Осторожно высунувшись в простреливаемый коридор, Торвард увидел несколько мужчин, спрятавшихся за идущими вдоль стены аляповатыми колоннами. Среди них выделялся мощный седобородый человек в роскошном, подбитом мехом плаще: настороженно озираясь, он менял магазин своего старенького «бейлифа».

– Тильс! – заорал Торвард. – Ваша милость, ответьте мне!

– Лорд Тильс не опускается до бесед с гнусными мятежниками! – басовито гаркнул владетель. – Я надеюсь, что ты ухитришься дожить до суда, тварь!

– Все может быть, – согласился Торвард, – но я могу гарантировать, что вы не доживете до рассвета! У меня больше тысячи хорошо вооруженных солдат! Сложите оружие, и обещаю вам честную петлю – в противном случае вы умрете очень плохой смертью!

– Смерть всегда одинакова! А насчет тысячи я тебе не верю – пока я видел не больше десятка!

– Милорд! Если вы согласитесь отдать мне моих людей, то я обещаю вам, что ваш сын сможет спокойно покинуть планету. Если же нет, то умрут все – и клянусь дьяволом, умирать вы будете очень долго!

– Ты имеешь в виду свою сучку и компанию рогатых дикарей? Да, они еще живы. Но, – и Тильс вдруг захохотал, – это ведь ненадолго, не правда ли?

Торвард вернулся за угол.

– Бородатого старика в шикарном плаще взять живым, – приказал он. – Те, кто вызовется сдирать с него шкуру, получат тройную плату – вместе с теми, кто его возьмет.

– Мы возьмем, милорд, – зловеще ощерился амбал с султаном, – и дело вовсе не в плате! Вы стоите за своих любой кровью! И теперь плата не имеет значения.

– Редко какой лорд будет стоять своей кровью, – буркнул кто-то, – и кем бы мы были, требуя платы в таком деле? Пошли, парни! Дай Бог всем такого лорда!

– Пошли, пошли, – заворчали легионеры – и жуткий рык вновь сотряс старый замок.

– Катера! – позвал Торвард. – Все катера, стоящие под замком! Поднимитесь на уровень последнего этажа центрального донжона, уставьтесь мордами в окна и врубите ревуны на полную мощность. Три минуты, не больше! А то мы тут охренеем.

Сперва раздался свист. Пятнадцать катеров медленно подлетели к окнам верхнего этажа, в коридорах которого еще ждали нападения последние люди лорда Тильса, и развернулись – чей-то острый нос вполз в стрельчатый проем, выломав пушкой ажурный переплет. И ударил рев, жуткий рев боевых сирен, низкий, сводящий с ума и заставляющий в панике бросать оружие и бежать куда глаза глядят. Гром стрельбы моментально утонул в гулком кошмаре ревунов – казалось, это ревут не катера, а трубы Судного Дня, и сейчас из-под старых мраморных плит начнут вставать призрачные фигуры в истлевших саванах.

Сирены еще не утихли, а по лестнице верхнего этажа уже побрели шатающиеся фигуры с зажатыми ладонями ушами. Оружия при них не было. Те, кого владетельный Тильс поставил на последнем рубеже обороны, не выдержали – Торвард прекрасно знал, что выдержать такое может лишь подготовленный человек, – как знал он и то, что его легионеров ревунами не испугаешь.

Катера отошли. Наступившая тишина показалась Торварду такой оглушительной, что до него не сразу дошло, что выстрелов в коридоре больше не слышно. Пятеро легионеров деловито опутывали тросами тех, кто спустился сверху, – удивленно хмыкнув, Торвард вышел в коридор и сразу увидел бешено брыкающегося лорда Тильса: руки его, выворачиваемые двумя дюжими мужами в рогатых шлемах, уже трещали суставами.

– Когда рвать его, милорд? – осведомился офицер с султаном на шлеме. – Сейчас или же погодя?

– Не торопись, дружище, – ухмыльнулся Торвард, – не торопись, ведь я обещал ему красивую, долгую смерть – позволь же ему насладиться ее ожиданием. Ну что, ваша милость, – затянутой в окровавленную перчатку рукой он приподнял седой подбородок владетеля, – вы все еще не желаете беседовать с мятежником?

Тильс заскрежетал зубами, и по седой бороде поползла кровавая пена.

– Что ты хочешь, тварь?

Офицер с султаном впечатал тяжелый сапог в живот лорда:

– Научись разговаривать так, как подобает!.. Хотя бы перед смертью!

– Ты украл мою женщину, – оскалился Торвард, – женщину, которую я люблю больше себя самого! Ты украл моих людей – мальчишку-пилота, который может быть воином лишь в небе, и мою свиту, клявшуюся мне в верности! Ты действовал как вероломный подонок. Клянусь, ты будешь умирать два часа – два часа, ваша милость! – если не скажешь, где ты их упрятал.

– Своей свитой ты можешь гордиться, – прохрипел Тильс, – рогатые умерли достойно, ни один из них не дался живым. Сучка твоя, видимо, доходит, потому что она тоже кинулась на моих гвардейцев. А щенок, я думаю, уже созрел для гаремной жизни – у моего сына Акса большой опыт в такой хирургии…