Наследник судьбы - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 75

Обменявшись с Сапхой парой любезных фраз, Королев взял девушку под локоть и подвел ее к владетелю.

– Леди Энджи, князь…

Хозяин замка склонился в глубочайшем поклоне и, протянув руку, коснулся губами полы ее плаща. Энджи слегка порозовела и одарила восхищенного князя любезной улыбкой.

Сапха широко развел руки и поклонился еще раз, после чего вся процессия зашагала по серым ступеням широкой лестницы. В просторном холле их ждали юные пажи с кувшинами для мытья рук. После этой символической процедуры гости прошли в глубь башни – там, в небольшом уютном зальчике, был накрыт низкий овальный стол.

Торвард уселся на меховой пуф напротив хозяина, Энджи чуть замешкалась, и Лука, стрельнув глазами, прошептал, почти не раскрывая губ:

– По правую руку!.. С левой садится только дочь!

Дочери князя, кстати, не заставили себя ждать – появились из скрытой за занавесями двери, гордо прошествовали по залу и опустились на пуфики слева от отца. Торвард опустил голову, моля Бога, чтобы парням не пришло в башку пялиться на девушек… а посмотреть там было на что. Стройные, гибкие и мускулистые – все в отца, – чуть смугловатые красавицы выглядели настоящими амазонками, их грациозные тела были вызывающе затянуты в тонкие облегающие комбинезоны, а глаза – о-оо, в их угольной черноте плясали такие черти, что Королеву стало не по себе.

Пуф справа от князя остался свободным – Сапха был вдов, а повторный брак считался на Грэхеме шокирующей редкостью. Пришедшие с ним воины окружили сюзерена, рассевшись с обеих сторон, так же поступили и офицеры Торварда. Он облегченно вздохнул: первая часть дурацкого шоу прошла нормально, теперь можно было и чуть расслабиться.

Лука, занявший место на краю стола, поднял графин – по праву гостя и праву старшего: Сапха почтительно кивнул и тихонько хлопнул в ладоши. Из стены, словно ниоткуда, выплыли две молоденькие девочки в длинных платьях – они несли отсутствовавшие на столе кубки. Встав, Кириакис разлил резко пахнущую жидкость и вернулся на свое место. Первый тост был за хозяина.

В течение следующего часа этих тостов было произнесено несметное множество. Владетельный князь и в самом деле работал с производительностью аварийной помпы, закачивая в свою утробу невообразимо мерзкую маслянистую жидкость. Торвард не мог отделаться от ощущения, что цветистые многоэтажные тосты предназначены именно для подслащения проклятого самогона… Сапхе, впрочем, было на это плевать: здесь пили более чем редко и о вкусе выпивки не думали. Косорыловка лупила по мозгам почище главного калибра «Валькирии», а большего от нее и не требовалось.

Через некоторое время Торвард стал замечать, что его крепкая офицерская выправка дает о себе знать: он пил наравне с любезным хозяином, но почти не пьянел – тогда как Сапха уже начинал закатывать глазки. Князь, должно быть, и сам учуял приближение критического момента. Он наклонился к одному из своих рыцарей, что-то прошептал ему на ухо и, неестественно резко выпрямившись, хлопнул в ладоши.

– Предлагаю дорогим гостям прогуляться во внутреннем дворе! – любезнейше выкрикнул князь. – Здесь тем временем переменят стол.

Торвард встал. Сапха подошел к нему, сделал заговорщический жест и громко прошептал:

– А вас, мой отважный лорд, ждет некий сюрприз!

Королев поклонился. Они покинули зал, прошли коротким темным коридором и вошли во второй, тыльный холл. Сопровождавшие князя рыцари с поклоном развели в стороны массивные деревянные двери; Торвард шагнул вслед за хозяином и обомлел – все пространство довольно большого двора занимали плотные шеренги рослых темнолицых мужчин в тускло поблескивающих вороненых доспехах. Круглые, украшенные рогами и крыльями шлемы они держали на согнутой в локте руке – точно так, как когда-то держали фуражки имперские офицеры…

– Ваша тысяча, мой храбрый лорд, – усмехнулся Сапха. – Поговорите с ними, они ждут вас…

Торвард скользнул взглядом по суровым лицам первой шеренги, спиной чувствуя, как напряженно подтягиваются свитские парни на пороге. Оглядываться было нельзя…

– Воины! – гулко произнес он, кладя ладонь на рукоять своего меча. – Я тот, кто поведет вас к сияющим вершинам истинной славы! Готовы ли вы преклонить колена под рукой моей? Готовы ли вы идти за мной?

– Готовы, о лорд клинков! – утробно ответила ему площадь.

– Все ли вы пришли ко мне своей волей?

– Все! – с правого фланга выступил крепкий темноволосый воин с изрубленным лицом – седина обильно посеребрила его виски, серебряные нити мелькали в свободно ниспадающих на плечи густых вьющихся локонах. – Все мы, о лорд звездных клинков, пришли под твою руку доброй волей и без какого-либо принуждения. – Ветеран вырвал из роскошно вызолоченных ножен длинный обоюдоострый меч, вскинул его над головой. – Мы твои!

– Тогда ждите меня, воины. Завтра я заберу вас на свои корабли. И, – выкрикнул он, торжествуя, – мы пойдем в бой!

Сапха одобрительно кивнул и ударил Торварда по спине:

– Верные слова, мой добрый лорд! Идемте же, нас ждет оставленное веселье…

Часть четвертая

Черный Барон

Глава 1

–…Боже, Боже, они все здесь, я их вижу! Имперский корабль… Господи, какой же он огромный – и с ним еще пять кораблей, орегонские. И еще кто-то такой… какой-то чужой? Он тоже большущий, как…

Крохотный исследовательский корвет под флагом Объединенных Миров, пологой дугой обходивший систему Бифорта, судорожно развернулся и ударился в бегство, форсируя движки в рискованном сверхсветовом разгоне.

Он был замечен вовремя, но первая выпущенная «Валькирией» ракета его достать не смогла – расстояние было слишком велико, и ее миниатюрный двигатель, рассчитанный на несколько секунд жизни, выгорел раньше, чем головка захватила целеуказание, – узкая черная стрелка умчалась в бездну пространства, проскочив в десятке градусов от цели. Корвет успел начать передачу.

Райнхард Гот, извергая фонтаны отборнейшей ругани (сейчас его, матерящегося, слышал весь экипаж!), дотянулся до моргающего полукруга панели, и из темного жерла носовой шахты выпрыгнуло тупорылое тело «Центуриона» – мощнейшей фузионной ракеты, применяемой для поражения на дальних дистанциях. Предельно форсированный сплит-мотор разогнал ее до немыслимой, невообразимой скорости, и, преодолев почти двести миллионов километров за пять секунд, «Центурион» влип прямо в хрипящие дюзы обреченного корвета, родив посреди зеленоватой тьмы короткую ослепительную вспышку. В эфире, трещавшем истошными призывами несчастного корабля, наступила наконец тишина.

Она была недолгой.

– Командирам, – произнес ровный металлический голос, – модификация оси. Строй ломать вверх-вниз от арьергарда. Эволюционный разгон. Флаг-штурману пересчитать время выхода по форс-мажорной траектории – пойдем напрямик. Десантным подразделениям – подъем, завтрак, получение личного оружия и снаряжения. Исполнять…

– Кончилось везение, – горестно пробормотал лорд старший офицер, стряхивая пепел своей сигары прямо на роскошный ковер, выстилавший пол командирского салона.

– Все в мире когда-нибудь кончается, – невозмутимо пожал плечами командир. – Нам и так неправдоподобно везло – и, заметь, далеко не один день.

– Но отсюда до Брэдхэма двадцать часов хорошего ходу!

– Ну что ж. Значит, постреляем. Я надеюсь, ты не забыл дозарядить унитарные ямы?

Торвард решился – пружина была сжата до отказа, и не было на свете силы, способной вывести его из душевного равновесия. Эскадра неслась к Бифорту. Теперь, после того, как ровный кильватерный строй был сломан и флагман вместо сложной маскировочной дуги повел своих собратьев напрямик, – теперь их видели и на планете.

– Два десять, – доложил Кейнкросс. – Рискуем, командир…

– Плевать, плевать, – отозвался Торвард. – Исполняйте.

Продолжать прятаться за гравитационными полями не имело смысла. Вопли исследовательского корвета наверняка услышали все башни Бифорта – и теперь там, на близкой уже зеленоватой планете, ревели сирены тревоги, и взмыленные люди занимали свои посты у пультов и манипуляторов. Впрочем, это тоже не имело смысла…