Наследник судьбы - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 65

Они расположились в полутемном уюте командирских апартаментов – Блант, впервые столкнувшийся с имперским пониманием проблем офицерского комфорта, был в изрядном шоке. Обстановка потрясла его до такой степени, что сдержанно-аристократичный Ярро не смог отказать себе в удовольствии ощупать стены и мебель.

– Я не понимаю, – честно признался он, – это что, спецзаказ? Эта каюта меблировалась для какого-то важного начальника?

– Нет, – ответил Торвард. – Это стандарт. Линкором командовал, как правило, полковник, и в Империи считали, что жилище полковника должно выглядеть именно так, и никак иначе. Впрочем, каюты рядовых тоже не похожи на казарму. Так, сейчас я поговорю с дежурным по связи, и мы возьмем вас на обслуживание. Тарифы у нас весьма умеренные, так что вы не переживайте.

Пока Энджи разбиралась с кухонной автоматикой, выжимая из нее полдесятка разнообразных рыбных блюд, Королев успел взгреть по шее вахтенного связного – олуха не оказалось на месте, объявить сутки ареста его начальнику и порядком перепугать весь экипаж громогласным обещанием с завтрашнего же дня лично заняться борьбой с безалаберностью и прочим раздолбайством. Люди с «Валькирии» хорошо знали, каким образом их командир борется с недостатками. Борьба эта означала многие часы на тренажерах, а для особо отличившихся – суровые экзамены по основным профессиям, владеть которыми должны были все. Список был длинным, как сам линкор, и пока лишь единицы могли похвастать успехами в сдаче зачета неумолимому командиру.

Тем временем в каюту просочился озирающийся Ровольт. Полковник был одет в прекрасно пошитый серый костюм, благоухал дорогим аврорским ароматом и тащил за собой… смущенно улыбающуюся черноволосую Элит.

– Наши люди выполняют приказы командира с идиотической исполнительностью, – заявил он, садясь в кресло.

– Да ну-у? – искренне поразился его словам Торвард. – Это что-то новенькое в моей скорбной практике. И… где ты увидел эту исполнительность? Я полагаю, в своем э-ээ, шкафу?

– Ничуть. – Лорд-канцлер изящно закинул ногу за ногу и извлек из кармана камзола длинную сигару. – Вот, погляди на несчастную девушку. После твоего рыка почти все свободные мужики кинулись растаскивать нашу добычу по каютам. Но дело в том, что у нас в экипаже – в экипажах – и так много женщин, и почти все они уже успели обзавестись сожителями. Да-а… а так как твой рев, как правило, не предвещает ничего хорошего и все это хорошо э-ээ, знают… да, о чем бишь я? Ах ну да! Так вот, Элит попала к мотористу Резерфорду. А он, понимаешь ли, девушками ну ни грамма не интересуется.

– Это как? Он что, инвалид?

– Здоров как бык. Просто он предпочитает мальчиков.

– Все-то ты знаешь, – почесался Торвард, – даже подозрительно становится. И ты, как и подобает бравому – этому, как его? – викингу, счел необходимым вызволить юную принцессу из плена, отбив ее у богомерзкого голубого дракона? Красота. Я тебя поздравляю. Правда, дорогой Ярро, мы ведь очень рады столь благополучному разрешению проблемы?

Энджи втолкнула в комнату антигравитационный столик с тарелками. Элит, вскочив, бросилась ей помогать. Закуски заняли место на длинном низком столе, Ровольт принес из кладовой еще один бочонок, и утренний покер, миновав сражение с ретранслятором и предпосадочную попойку, аккуратно переполз в веселый дружеский ужин. Блант, замотавшийся с утра и не успевший пообедать, охмелел на удивление быстро – правда, набрав определенный легкий градус, он перестал крениться и на все дальнейшие возлияния реагировал лишь изменением цвета – его нос стал сперва красным, потом сизым и наконец приобрел устойчивый фиолетовый колер.

Бортовое время перевалило за полночь. Торвард впал в задумчивость, горько сожалея по поводу полнейшей невозможности надраться как следует, – алкоголь не брал его ни в какую. Ровольт же, напротив, веселился от души, развлекая компанию похабными анекдотами времен своей юности. Освоившаяся среди чужих Элит уже сидела у него на коленях, и опытные руки старшего офицера требовательно скользили по ее шее – глаза девушки все сильнее затягивало сладкой поволокой, и Королев с кислой улыбкой ожидал скорого исчезновения новой парочки.

В очередной раз забулькал кран бочонка, стукнули о стол наполненные кружки – и в кармане Ярро Бланта мерзко пискнул телефон.

Глава 5

– Да, – сказал он, – да, я слушаю.

Шум в гостиной чуть поутих, даже неугомонный Ровольт замер на полуслове, так и оставшись с открытым ртом; брови господина советника тем временем медленно поползли вверх.

– Ч-что? – спросил, бледнея. – Когда?.. А… И вы все это время молчали?.. Что вы думали, ваш-шу мать! Господи… да, да, да!!! Я перезвоню…

Ровольт закрыл рот. Господин Ярро положил телефон на стол и поднял на Торварда усталые глаза:

– Сегодня утром пропал катер с двумя очень важными орегонскими господами. Точнее говоря, утром он последний раз выходил на связь. Чертовы идиоты забрались в очень плохой район, и я… боюсь, что следует предполагать худшее.

– Что значит «плохой район»? – не понял Торвард. – Чем он так плох?

– Когда мы начинали разведку Грэхема, я лично поднял все архивные материалы, имевшиеся в нашем распоряжении. Имперских документов у нас, к сожалению, не было, но были орегонские отчеты – сто лет назад здесь побывала их экспедиция. В том «плохом» районе, о котором я говорю, исследователи потеряли два коптера. Сперва пропал один, потом второй, посланный на поиски первого. Князь, владеющий территорией – горной цепью, – где все это происходило, очень настоятельно предостерегал меня от проведения разведки в том квадрате.

– И вы его послушали?

– Да, я его послушал. Никто не знает, что там такое – возможно, гравитационная аномалия или что-то еще… мы в эти горы не залетали. И вот – пожалуйста!

– Их исчезновение – или гибель… это серьезно?

– Проклятие, это более чем серьезно! Мы можем остаться без кредитов! Два придурка, которые летели на этом катере, – крупнейшие орегонские банкиры. Вы себе не представляете, к каким последствиям может привести подобный инцидент!

Торвард прищурился.

– Сколько времени прошло с момента их последнего выхода в эфир?

– Около двенадцати часов.

– Пеленг был засечен?

– Разумеется – это происходит автоматически.

– Расстояние?

– Почти семь тысяч километров к северо-востоку.

– Семь. Летим, господа!

– Куда?! – выпучил глаза советник. – Вы в своем уме, милорд? Мы все пьяны – даже ваша охрана с трудом стоит на ногах!

– Вздор, – совершенно трезво возразил Королев. – Я в порядке, и этого достаточно. Выслушайте меня, прошу вас! Во-первых, прошло, как вы говорите, около двенадцати часов, следовательно, медлить нельзя – если представить, что они уцелели при аварии катера, то каждая минута сокращает их шансы выжить в замерзших скалах. Во-вторых, на всей планете нет ни одного транспортного средства, способного передвигаться в атмосфере со скоростью моего «трехсотого». И в-третьих, мой катер оснащен уникальной аппаратурой поиска и целеуказания. Я рассуждаю вполне логично, вы не находите?

Блант провел рукой по лицу, сдвигая липкую паутину дурмана. Куснул губу.

– Хорошо, пусть будет по-вашему! Летим.

– Вот это уже деловой разговор… Барт, приходи в себя, живо! Шрайвер, командирский катер к вылету – поднять на ноги Дитца, вызвать кого-нибудь из младших штурманов и любого врача. Всех упаковать в десантное снаряжение и вооружить. Через десять минут сбор в деках! Вперед, вперед, просыпайтесь, парни!

«ТР-300» стартовал ровно через пятнадцать минут с момента отдачи команды. Вахтенные техники выпустили машину командира без лишних вопросов; поднятый Ровольтом штурманский расчет связался с орегонским крейсером, борт которого покинули злосчастные путешественники, и запросил точные координаты пеленга. Ввинчивающийся в ночное небо катер слегка модифицировал курсовую ось и прибавил скорости.

Рубка «трехсотого» была забита людьми до отказа. Машину вели фон Дитц и молодой штурман Костер, поднятые по тревоге из коек. В креслах у переборки дремали врач Лорин Шнейдер, полупьяный Ровольт и охранники – все были одеты в полные комплекты боевого снаряжения имперских десантников, включая шлемы и тяжелые наплечники: оружие лежало на полу под ногами.