Наследник судьбы - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 18

Глава 7

– Н-да. – Торвард откинулся на спинку высокого кожаного кресла и провел рукой по лицу. – Я не представляю себе, где нам все это разгружать… Дай-ка мне сигарету, Барт, – похоже, я близок к умопомрачению.

– Разгружаться будем на Оксдэме. – Ровольт протянул ему мятую пачку и прошелся по мягкому ковру роскошно отделанного командирского салона. – Мы не можем летать со всем этим барахлом на борту, ты только глянь, – он наклонился над панелью центрального командирского терминала и нетерпеливо заклацал сенсорами, – смотри, у нас завалены все десантные деки, все нижние шахты, ни одна нижняя батарея не сможет перезарядиться после первого же залпа. Я не знаю, как мы взлетим с такой перегрузкой!

Торвард развернулся вместе с креслом и поднял глаза на своего друга.

– Взлетим, Барт, взлетим… Это сейчас не главное. Нужно продумать наши действия по прибытии на Оксдэм. Наверное, сделаем так: я останусь с кораблем, займусь возведением временной базы и разгрузкой, а ты полетишь на Аврору – денег у тебя достаточно, вот и вербуй нам экипаж. Твою скорлупку мы пока сунем в сонарное гнездо на спине «Валькирии» – места там хватит, а уж без боевого сонара мы в перегоне как-нибудь обойдемся.

– Хорошо… – Ровольт посмотрел на часы и подошел к консоли внутренней связи. – Собственно, мы именно так и предполагали. Ладно… по-моему, уже пора требовать доклады с постов. А?

– Да, пожалуй.

Пальцы полковника скользнули по панели – на выдвинувшемся дисплее заморгала красная полоска готовности.

– Внимание на борту! Говорит Ровольт… штурманская рубка, Кейнкросс, как у вас дела?

– Навигационный мозг к работе готов, расконсервация систем завершена, башни астронаведения исправны… тесты закончены.

– Понял… едем дальше. Борзенц, я вас слушаю.

– Прикажешь всем собраться в кают-компании – через полчаса. Ладно? – Торвард выбрался из кресла и двинулся к высоченным дверям салона. – Я пока соберу личные комплекты.

Пройдя через короткий светлый коридор, он погрузился в лифт и набрал на панели код одной из нижних палуб. Кабина остановилась в узком ярко освещенном проходе, который вел к уходящей в темноту пыльной ленте межсекторного эскалатора.

Ощутив на себе ноги хозяина, пластиковые ступени ожили и с мягким гудением понесли его вниз; через полминуты лента замерла, и впереди вспыхнул ряд потолочных плафонов. Торвард огляделся: он стоял посреди складской линии экипажных пакгаузов, справа и слева от него тянулись ряды одинаковых нешироких дверей.

Подойдя наугад к первой из них, Королев коснулся сенсора замка и тотчас отпрянул – дверь сдвинулась с места с громким влажным хлопком… ничего удивительного в этом не было – при консервации из всех помещений корабля удалялся воздух, но тем не менее Торвард не ожидал такого шума.

– Черт! – Он шагнул через комингс и оглядел ровные ряды одинаковых темно-синих тюков с имперскими орлами на боках. – Да, все правильно, все правильно…

Сдернув с верхнего ряда шесть увесистых мешков, он не без труда разместил их на спине и двинулся в обратный путь. Лифт поднял его на сорок вторую палубу – дальше предстояло двигаться капсулой.

Через четверть часа все шестнадцать комплектов личного бортового снаряжения ждали своих хозяев в просторном помещении офицерской кают-компании. Торвард выложил их аккуратным рядом на полу перед стойкой бара, поглядел на часы и отправился в салон.

– Прогулялся? – приветствовал его сидящий перед терминалом Ровольт. – Как оно там, внизу, – привидений не наблюдается?

– Привидений я не видел… а вот двери гремят, как барабаны, – с герметичностью там не все в порядке. Идем, нам уже пора.

– Да. – Полковник отключил терминал и поднялся из кресла. – Все перетащил?

– Все, что нужно. Как доклады?

– Везде порядок… правда, Гот недоволен.

– Недоволен? Чем, черт его побери?

Ровольт вошел в светло-бежевую кабину лифта и прислонился к стене.

– Он тебе сам расскажет. Похоже, разгоняться мы будем на грани риска.

– Что-то с моторами?

– Повторю, он тебе сам все объяснит… я не в состоянии процитировать его матюги, я просто не умею так ругаться.

– Ну, Гот матом не ругается – он матом разговаривает, это ты зря…

На выходе из лифта они столкнулись с идущими по коридору Кейнкроссом и Эрнандесом – Милен шла сзади, негромко разговаривая с мотористом Биркнером. Следом за ними тянулись Морелла, Станкевич и двое десантников, которые временно остались не у дел.

– Как там у вас? – спросил Торвард, легонько хлопнув Кейнкросса по плечу.

– Нормально, – штурман поднял на него измученные глаза. – Вот поспать бы…

– Поспишь, не волнуйся. Сейчас разберемся с каютами, выставим бортовое время, и сможешь передохнуть.

Торвард отомкнул двери кают-компании универсальным командирским ключом, вошел в уютный зал с баром, бильярдом и эрзац-камином и уселся на высокий табурет перед стойкой.

– Вот это я понимаю, – восхитился Морелла, оглядывая обстановку помещения. – Вот это отделочка, да…

– А в баре что-нибудь есть? – спросил Эштон, подходя к стойке. – Ого! Может, по рюмочке, а, командир?

– Не возражаю, – улыбнулся Торвард. – Милен, ты не откажешься налить виски усталым мужикам?

– Что с вами делать, – лукаво вздохнула женщина. – Придется… Надеюсь, усталые мужики не станут потом приставать ко мне?

В коридоре хлопнули двери лифта, послышались торопливые шаги и гундосая скорострельная матерщина, прерываемая раскатами урчащего хохота.

– Гот, – выдохнул Ровольт.

–…и Борзенц, несомненно, – кивнул Торвард, принимая из рук Милен высокий стакан с ледяным напитком.

Первым в кают-компанию вошел Мерсар с потухшей сигарой в зубах – сигара делала его похожим на провинциального авантюриста средней руки, – а следом за ним, ругаясь и отчаянно жестикулируя, ввалился квадратный лысоватый Райнхард Гот, напоминавший Торварду жизнерадостного краснорожего гнома. За широкой спиной Гота басовито похохатывал Борзенц, держащий за руку удивленно хлопающую синими глазами светловолосую Эллен Линфорд, замыкал процессию невозмутимый шваброобразный Ульрих Вольф, недавний майор аврорских ВКС.

– Прекратите этот шум, – с трудом удерживаясь от смеха, приказал Торвард. – Гот, ты и на флоте так орал в присутствии командира экипажа?

– Э? Что? – опешил пилот. – Тысяча драконов! То есть я хотел сказать – прошу прощения! Шеф, у нас возникли небольшие проблемы – я хочу сказать, это не смертельно, но, лопни моя задница…

– Боже мой, – вздохнул Ровольт, – Милен, налей ему стакан, парню нужно чем-то заткнуть пасть и занять руки, а то его задница в самом деле… это, знаешь ли, запросто – а на кой черт нам пилот с треснувшим очком?

– Кого еще нет? – спросил Торвард, обводя взглядом помещение. – Пройсса нет. Где эта публика? Неужели заблудились?

– Вот Пройсс, – ответил Кейнкросс, первым услышавший звук лифта.

Вошедший энергетик по привычке поднес ладонь к правому виску и открыл рот для доклада, но увидев перед носом протянутый ему стакан, несколько смутился и осторожно присел на край табурета у стойки.

– Так. – Торвард хлопнул в ладоши и поставил на стойку свой бокал. – Начинаем. Штурман?

– Здесь штурман. – Кейнкросс выбрался из кресла и поскреб кончик носа. – У меня все в полном порядке. Системы исправны и боеготовы, навигационный пост готов к взлету и расчету любого курсового маневра. Проблем с работой на аппаратуре не возникло – по крайней мере у меня… Остальное, в общем-то, тоже терпимо. Разумеется, потребуется еще какое-то время…

– Благодарю… Пилоты?

– У нас проблема, – вскочил Гот.

– Какая? Что-нибудь непонятно?

– Что там может быть непонятного! Дело совсем не в этом, командир.

– А в чем же? Барахлят исполнительные звенья?

– Нет… не так драматично. Дело в том, что линкор перегружен почти до предела, еще полсотни тонн – и все, мы будем разгоняться на грани схлопывания. В данный момент тяговооруженность двигателей находится на уровне, достаточном для достижения базовых динамических характеристик… но – это уже почти предел. Для того, чтобы вывести движки на полную мощность, то есть расконсервировать их полностью, нам нужно… э-ээ, Морелла, что мы там с тобой насчитали?