Недостающее звено - Ахманов Михаил Сергеевич - Страница 91

Фардант молчал, но движение световых пятен ускорилось, и от туловища робота стали один за другим ответвляться гибкие стержни манипуляторов. «Хватай бластер! – рявкнул под черепом командор. – Он готовится к атаке!» Но Тревельян не шевельнулся.

– Было сказано, что у тебя есть связь с кораблем. Было сказано, что корабль может прислать летательные машины, – раздался шелестящий голос Фарданта. – Вопрос: зачем восстанавливать поврежденный аппарат?

– Мне обещан почет, и это будет его знаком, – объяснил Тревельян. – Разбитое по злому умыслу необходимо починить. И быстро! В конце концов, Фардант Седьмой – не Тер Абанта Крора. Чем-то вы должны отличаться!

Световые пятна замерли, образовав узор в виде ромба.

– Я дам информацию и пошлю работников и стражей к твоей машине. Но ты к ней не вернешься. Не в данный момент времени. Ты выполнишь то, что обещал.

Ивар поднял взгляд к небу. Там висело тусклое солнце и плыли на запад облака.

– Я уже что-то обещал?

– Было сказано: на планете есть другие независимые разумы, и их слишком много для этого мира. Ты с этим согласился.

– Разумеется, владыка Фардант. Ты получишь компенсацию. Это непременное условие добрых отношений. Итак, чем мы займемся сейчас?

Ромб из световых пятен распался. Они снова блуждали по корпусу робота.

– Иди в воздушную машину. Ты спустишься вниз и будешь говорить со мной. Твой отпрыск пусть останется здесь.

Летательный аппарат пронизал голубоватое облако. Свет его был неярок, но Тревельяну показалось, что он находится в огромной шахте или колодце, чьи стены усеивали отверстия пещер. Одни из них были темными, в других мелькали огоньки и маячили гротескные фигуры, то безголовые, то с множеством конечностей, то с телами, подобными туловищам змей или драконов в блестящей чешуе. Они двигались неторопливо и плавно среди огромных машин, временами исчезая в бездонном чреве того или иного агрегата и появляясь вновь, но будто бы в ином обличье – возможно, их перестраивали или полностью разбирали, чтобы сложить из частей другие механизмы. Ивар решил, что видит работников, но кроме них попадались боевые роботы-стражи, уже знакомые, напоминавшие жуков, и более крупные, хотя не такие гиганты, как сокрушители Матаймы. Их можно было узнать по стволам метателей, торчавшим из раскрытых амбразур, мощным жвалам, резакам и хищной стремительности, с которой они скользили по отвесным стенам шахты. Раз или два встретилось нечто похожее на черную реку – этот поток с неестественной медлительностью стекал из темного отверстия, исчезая в подставленной снизу воронке чудовищной величины. Какая-то вязкая жидкость?.. – подумал Тревельян. Однако то был не расплав смолы или чего-то подобного, а мириады мелких тварей, таких же, как съевшие Пулю насекомые-ассенизаторы, добытчики сырья на истощенной древней планете.

Машина летела вниз по широкой спирали, и взгляду открывались все новые ходы и полости, галереи и карнизы, усеянные работниками и солдатами Фарданта. Гигантский муравейник в планетной коре, изрытой за многие тысячелетия; место, совсем не похожее на древний город и на любую обитель разума, какие попадались Тревельяну во время путешествий среди звезд. Эта клоака, полная имитирующих жизнь монстров, была такой же странной, как корабль сильмарри и даже еще более чужой – все-таки сильмарри являлись не роботами, а живыми существами, пусть необычными, но порождавшими себе подобных и уходившими в вечную тьму, как все другие галактические расы. Здесь, в этом подземелье, ничто не рождалось и не умирало, здесь перерабатывали сырье, штамповали блоки, узлы и детали, собирали и производили. Ивар, как всякий землянин, вырос в окружении машин, привык общаться с ними и воспринимать как часть естественной среды, но мир, где были только машины, одни машины, казался бессмыслицей. Не жизнь, но ее тень, кладбище, где бродят призраки былого…

Вспомнив, что трафор со всеми его приборами остался на поверхности, он выдвинул над шлемом камеру и включил запись. Масштабы производства впечатляли, как и мысль о том, что эта шахта наверняка не единственная. Согласно наблюдениям с орбиты, полости под континентами Хтона тянулись на сотни киломеров.

– Чем заняты твои слуги? – спросил Тревельян, повернувшись к отпрыску Фарданта.

– У каждого своя программа, – прошелестел тот. – Поглотители добывают сырье. Стражи готовы отразить врага. Работники воспроизводят новые формы. Есть побеги, распределяющие энергию, есть те, что наблюдают за внешним миром и поддерживают связь. В твоем языке есть термин, описывающий это состояние: гомеостаз.

– Кто управляет им?

– Часть сущности, не занятая общением с тобой. Разум, сосредоточенный в модулях, дополняющих центральный мозг. Функции управления распределены между ними.

Вдруг пробудился командор и забормотал, перебивая мысли Тревельяна:

«Спроси, кто командует стражами. Спроси, спроси, спроси…»

«Дед, перестань!»

Но тот не унимался. Временами он был на редкость упрям.

– Я наблюдал битвы стражей с сокрушителями Побега и Матаймы, – вздохнув, произнес Ивар. – Ты вел эти сражения сам? Или твой модуль?

– Вопрос: зачем Пришедшему эта информация?

Ивар снова вздохнул.

– Битвы были проиграны. Ты неважный полководец, владыка Фардант.

Они достигли дна колодца. Машина перешла в горизонтальный полет и двигалась теперь в пространстве, напоминавшем космос в миг творения: глубокая бархатная тьма, и ни единого лучика света. Возможно, это был тоннель, столь же огромный, как шахта, но оценить его размеры Тревельян не мог. Они летели рядом с титанической стеной, и ореол силового поля, окружавшего их аппарат, позволял разглядеть то бугристую каменную поверхность, то участок, залитый темным стекловидным веществом.

– Имеется модуль, который управляет сокрушителями, – внезапно произнес его спутник. – Стратег, в терминах твоего языка.

«Генерал!» – возликовал Советник, и Тревельян, удивленный, поинтересовался:

«Чему ты радуешься, дед?»

«Открылась генеральская вакансия, малыш. Я ведь до генерала не дослужился… А тут есть шансы!»