Недостающее звено - Ахманов Михаил Сергеевич - Страница 76

– Разведка боем? – спросил Тревельян.

– Вот именно. Обойма у нас пятый лишний, так что его судьба – погибнуть с честью и славой. Но не без пользы: мы засечем огневые точки и накроем их залпом. Как я тебе объяснял, у прицельной стрельбы огромное преимущество перед ударом вслепую; если знаешь, куда палить, то…

Сухой шелест наэлектризованного воздуха прервал его. Фиолетовые стрелы молний метнулись от утесов, и трипод, стремительно шагавший к укреплениям, ответил из всех стволов. Какое-то время ему удавалось избегать прямых попаданий, но он был слишком огромен и слишком заметен на ровном, как стол, песке. Линия утесов озарилась сотнями огней, потоки плазмы стали гуще, и Тревельян услышал, как шипит раскаленный камень и как воздух с резким хлопком заполняет пустоту. Молнии настигли Обойму, и на мгновение его корпус засветился, точно чудовищный фонарь, плывущий над равниной. Купол трипода вспыхнул, орудия ударили в последний раз, пробив в скалах широкие бреши, затем броня вспучилась и лопнула с оглушительным грохотом.

– Ничего не скажешь, лихой молодец! Прошел почти половину дистанции, – заметил командор. – Ну, с богом! Начнем артподготовку. Занять позиции по боевому расписанию! Захватить цели в назначенных секторах! Огонь!

Четыре машины поднялись на своих треножниках, и Тревельян ощутил, как дважды содрогнулся корпус Сержанта. Залп! И снова залп! Широко шагая, его машина поднялась на холм вместе с другими триподами, и веера молний вновь развернулись перед ними. Скалы на другой стороне равнины затянуло дымом, колонны пламени взметнулись к небесам, грохнул взрыв, и командор заревел:

– Вперед, ребята! Прицельный огонь по флангам! Двигаться на максимальной скорости!

Следующие секунды слились для Тревельяна в миг неимоверной тряски, громовых раскатов и ослепительного блеска огненных стрел, коловших зрачки. В трафоров не стреляли – видимо, батареи, оборонявшие периметр на острие атаки, были разбиты первыми залпами или завалены камнем в рухнувших казематах. Должно быть, ширина полосы уничтожения составляла несколько километров – лишь где-то далеко, на западе и востоке, посверкивали вспышки выстрелов. Развернувшись цепью, Сержант, Штык, Затвор и Приклад мчались к бреши, пробитой Обоймой в скалах. Ее затягивало облако пыли и дыма; эта пелена колыхалась на ветру и медленно оседала вниз, разбрасывая темные клочья.

До рубежа оставалось полсотни метров, когда на равнину хлынули сокрушители. Их было немного, сотни две или три; возможно, часть погибла под огнем или была засыпана в подземельях. С высоты они казались маленькими многоногими жучками: жвалы растопырены, из отверстий корпуса выглядывают резаки, и ствол излучателя, будто хобот, торчит из пасти. Четыре трипода врезались в толпу защитников, раздался хруст, полетели осколки панцирей, обломанные клешни, из куполов на вершинах башен ударили яркие лучи. Внезапно треножник Штыка стал рассыпаться – пара отрезанных ступней потонула в массе роботов-жуков, уцелевшая конечность треснула и подломилась в суставе. Гигант покачнулся и рухнул на сокрушителей Фарданта. Из дыр в его броне вырвалось пламя, но метатели продолжали стрелять – одни плавили песок и панцири врагов, другие палили в небеса.

– Ходовая часть у них – самое уязвимое место, – спокойно молвил командор. – Но в ближнем бою штука полезная. Такими лапами топтать и топтать…

Превратив половину защитников в обломки, уцелевшие триподы ворвались в брешь. Стремительно промелькнули обугленные склоны утесов и руины подземных камер с разбитыми сводами; тут и там виднелись осыпи потемневших от жара камней и торчащие из них конечности жуков, куски панцирей и скрученные стволы орудий. Огромные машины замедлили ход, пробираясь в теснине, потом скалы отступили, и взгляду Ивара открылась равнина, засаженная энергетическими цветами. Все они были одной высоты, с чашечками, повернутыми к солнцу, и оттого казались фалангой воинов, прикрывших голову и плечи серебристыми щитами. Триподы, перестроившись в колонну, двигались теперь быстрее, ломая хрупкие стебли и топча лепестки. Широкая просека тянулась за ними, но погони Тревельян не замечал – то ли сокрушителей осталось мало, то ли пройденный рубеж был не последним на пути к оазису.

Откинувшись в кресле, Ивар промолвил:

– В домене Фарданта есть, наверное, и другие подземные крепости. Еще он может послать летательные машины… Как бы не сожгли нас ненароком, дед! Второй схватки нам не выдержать.

– Десант не отступает, – буркнул командор. Потом, видимо, собрался с мыслями и проворчал: – Больше не надо драться. Мы доказали свою решимость и твердость духа, а потому, если нас атакуют, сделаешь что собирался – вылезешь наружу и помашешь белым флагом.

– Нет у меня флага, тем более белого, – сообщил Тревельян. – Нечем мне махать.

– Мысленно помашешь, и тебя поймут. Поймут! Хозяин здесь головастый. Ты посмотри, что творится! Встречают нас как дорогих гостей!

Цветы задвигались, расступились, освобождая триподам дорогу, и замерли на обочинах словно почетная стража. Темная полоска рассекла бескрайнее серебристое поле, как бы указывая направление и обещая, что помех в пути не будет. Она вела точно на юг.