Далекий Сайкат - Ахманов Михаил Сергеевич - Страница 77

– Гы! Он твой.

Затем случилось странное. Похоже, Длинное Копье был не согласен с этим выбором и не желал отправляться к Раздающему Дары, чтобы стать лучшим охотником. То ли он вконец перепугался при виде посланца-великана, то ли решил, что его отдают Чужаку как дохлую добычу, что на самом деле мясо его насытит Раздающего, кости попадут в огонь, а содранную кожу растянут для просушки на шестах. Так ли, иначе, но, бросив свое оружие, он устремился в лес и мчался так, что даже змея шоюн не сумела бы его догнать. Но Живой Камень, висевший над посланцем, метнулся следом, и был он быстрее стремительной шоюн, быстрее атакующего маа, быстрее любого зверя и птицы, что бегают по лесу и парят в небесах. Неодолимый страх охватил Сломанного Меча и всех его воинов, и они, подобно скачущим крысам, ринулись под защиту кустов и деревьев, добежали до горного склона и забились в щели меж камнями.

Они просидели там до вечера, пока не вернулся Длинное Копье. Он был цел и невредим, но о случившемся у Раздающего Дары говорить не пожелал, и на все расспросы лишь усмехался, скалил зубы да тыкал лапой в небо. Казалось, он очень доволен и ждет какого-то знамения – может быть, других даров, которые обещаны Раздающим. Той же ночью в небе засверкали молнии, вспыхнули зарницы, раскатился гром, и понеслись из темноты к земле кровавые пылающие звезды. Стая, пришедшая в ужас, укрылась в утесах, но грохот и огонь небесный исчезли так же быстро, как и начались, и Сломанный Меч велел возвращаться в стойбище. На обратной дороге встретился им Длинное Копье – похоже, он не сидел со всеми под стеной ущелья, а бродил у лесной опушки, задрав голову, и будто бы чего-то ждал.

Ждал он на следующий день, и на второй, и на третий с четвертым, но эти дни и ночи были спокойными. Страшные огни и грохот не повторялись, изгладившись вскоре из памяти охотников и самок, а те, кто видел великана-Чужака и слышал его обещания, об этом тоже стали забывать. Забывали Черный Топор и Меткий Дротик, Каменный Нож и Дубина С Тремя Сучками, Топор На Ремне и все остальные, но только не Сломанный Меч. Вождю забывать не положено.

Вскоре он выяснил, что охотничьих навыков и удачи у Длинного Копья не прибавилось, а вот странностей стало больше. Днем Копье еще походил на человека среди настоящих Людей, но по ночам случалось с ним что-то непонятное: он ускользал из стойбища и, добравшись до поляны или другого открытого места, садился там, смотрел на горящие в небе звезды, а после принимался выть, кататься в траве и грызть кулаки.

Увидев такое, Сломанный Меч догадался, что Чужак приходил не от Того, Кто Раздает Дары, а от Того, Кто Их Отнимает. Это было совершенно ясно – ведь у Длинного Копья что-то отняли, иначе с чего ему горестно выть и выдирать клочья шерсти и травы. Отняв же, могли чего-то добавить, но вряд ли Отнимающий добавлял хорошее. Так, например, он мог внедрить идею, что стае нужен новый вождь и имя этого вождя Длинное Копье.

При этой мысли Сломанный Меч взволновался, но вскоре его тревога перешла в решимость. Как уже говорилось, он был прагматиком, стремившимся предотвращать неприятности, пока они не наступили. И потому однажды ночью он подкрался к Длинному Копью, послушал, как тот воет на звезды, и раскроил ему череп топором.

Эпилог

Ситуация на Пекле тревожная, – сказал Роберт-Али Щербаков, глядя, как плывут над парком розовые голографические облака. – Очень тревожная, Ивар.

– Фонд патронирует сотни миров, так что всегда найдется парочка с большими неприятностями, – отозвался Тревельян. – Это не повод к такой безбожной эксплуатации.

– В принципе, я согласен. Однако личная просьба консула Юи Сато…

– Полевых агентов у него хоть пруд пруди.

– Ты, Ивар, один из лучших.

– Один из… Значит, есть другие! Пусть посылает их, а у меня законный отпуск. Я хочу на Гондвану, а не в Пекло!

– Ты там уже побывал. У других нет твоего опыта.

– Я, Боб, трудился на Пекле стажером. Какая польза от сопливого юнца? В нашей группе было еще пятеро, и все намного опытней – Крис Аллен, Жаннат Азимбаев, Кэти Гравина, Такеши Саи и Карел Гурченко, координатор. Где же они?

– Заняты.

– Значит, заняты! А я, значит, свободен! – произнес Тревельян, стараясь вложить в эти слова побольше сарказма. – Миссия здесь завершена, и я свободен! Был у нас Хаймор, потом – Пта и Осиер, за ними – Сайкат, а теперь намечается Пекло! Хотел бы я знать, когда появится в этом списке Гондвана? Или база отдыха на Рооне, или еще какой-нибудь курорт, где можно погреться на солнышке и поиграть с девушками в теннис?

– Знаю я эти игры, – молвил Роберт-Али, ухмыляясь.

– Не в играх суть, а в том, что график отпусков – святое дело. Кстати, всякие игры на свежем воздухе способствуют восстановлению работоспособности, – пояснил Тревельян. – Контакты с девушками тоже, особенно с волосатыми. То есть я хочу сказать, с такими, у которых есть прическа, а не голая кожа на темени.

– Этих на Пекле полным-полно. Там у женщин роскошные волосы.

– Не видел ты этих женщин, – с тоской сказал Тревельян. – Не получал зуботычин, не слышал их воплей, не нюхал их запах… На Пекле, знаешь ли, мало воды, и моются там не каждый день. Стирать одежду тоже не принято.

– Зато какие солнечные ванны!

– Точно. На солнышке смола кипит, а когда их два на небе, так прямо загорается. Особенно в области экватора. Там, друг мой Роберт…

Щербаков кашлянул и негромко произнес:

– Серый Трубач перешел горы.

После этих слов воцарилось молчание. Собеседники сидели в парке, рядом с павильоном, где проходил банкет в честь земного эмиссара, и это навевало тяжкие раздумья. Семь из десяти достойных были мертвы, трое живых и слуги улетели на крейсере «Ганнибал», но череда убийств и мрачных тайн еще не стерлась из памяти Тревельяна. Полезно сменить обстановку, думал он, но перемена должна быть приятной. А тут, из огня – да в Пекло! Ивар не имел никакого желания увидеть снова эту знойную планету, не говоря уж о ее обитателях. Разбойники, бандиты, а кое-кто так настоящий людоед! Вот Осиер он посетил бы с удовольствием. Осиер или хотя бы Хаймор с его плавучими джунглями! Однако: Серый Трубач перешел горы…